Но мой адрес только что слили. Джордж мог быть уже в пути, прямо сейчас. Даже если он ещё не увидел то видео — он всё равно меня найдёт. Всегда находил.

Но тогда, если я знаю это, какой смысл? Зачем бежать?

Иззи была права: я никогда не буду готова больше, чем сейчас. Я готова и вооружена. И каждый раз убегая, я просто откладываю неизбежное. Рано или поздно мне придётся столкнуться со своим преследователем. Он никогда не остановится. Это случится.

Так почему не здесь?

И вот так просто, я приняла решение. Я больше не собиралась бегать от своей собственной жизни. Я устала запирать себя во внутреннюю тюрьму. Я по-прежнему не могла встречаться с Сэтом. Моё решение не изменилось. Принимать его помощь — это одно. Делать из него мишень — совершенно другое.

Но если у меня был сосед, готовый находиться рядом, знающий, что происходит, и способный оказаться у меня за считанные секунды — я это приму.

Он прав. Одинокое дерево — под риском падения.

Если Джордж придёт…

Я буду ждать его. Здесь.

Шарлотта

Нам вернули лестницу.

Вечером понедельника, в пять часов, как и обещали. Я и Сэт стояли наверху, на площадке, наблюдали, как рабочие загружают свои машины и уезжают.

Мы убрали нашу «гостиную» на воздухе.

Больше не будет никакого бассейна. Ничего не будет.

Сэт снова был в своём фиксирующем ботинке и на костылях. Он угробил лодыжку, окончательно.

Я посмотрела на парковку. Мне казалось, что теперь я у всех на виду.

— Хорошо, — сказал он. — У меня домофон установлен, Джон поставит камеры на стоянке послезавтра. Что ещё тебе нужно? Как ещё я могу помочь тебе чувствовать себя в безопасности?

— Этого более чем достаточно, Сэт. Спасибо.

— Я оставлю уведомления о движении включёнными круглосуточно, — сказал он. — Когда я вернусь к работе через пару недель, буду звонить Джону, если что-то увижу, но сам не буду успевать.

Я слабо улыбнулась.

— Почему ты до сих пор один? Мне кажется, дамы уже давно должны были сосватать тебя своим внучкам.

— Поверь, они пытались. Вечер с бонсай — это как быстрые свидания, но не по моей инициативе.

Я фыркнула.

— Думаю, мне просто нравится очень специфический типаж.

— И какой же?

— Вооружённые, странноватые бухгалтеры.

Я рассмеялась.

— Ты уверена, что я не могу пригласить тебя на свидание?

Я глубоко вдохнула.

— Уверена.

Мы стояли в тишине и смотрели на парковку.

— Кажется, Иззи и Гейб теперь вместе.

— Мне тоже так кажется.

— Она не особо доверяет мужчинам.

— Ну, он хороший. Ей не о чем волноваться.

— Она тоже хорошая. К ней не сразу подберёшься, но ожидание стоит того.

Я почувствовала, что он смотрит на меня.

— Знаешь, ты тоже.

— Что?

— Стоишь того, чтобы тебя ждать.

Я взглянула на него.

— Уверена, одна вооружённая, немного странноватая бухгалтерша где-то ждёт тебя.

— Но будет ли она понимать мои шутки про деревья?

— Было бы странно, если нет.

Он усмехнулся. Но веселье быстро исчезло, и Сэт посмотрел на меня с грустью.

— Тебе нельзя смотреть то шоу без меня, — тихо сказал он.

Я с трудом сглотнула ком в горле.

— Не буду. Обещаю.

Сэт едва заметно улыбнулся.

Моё сердце тянулось к нему. Я осторожно притянула его обратно.

Говорят, лучше любить и потерять, чем не любить вовсе. Сомневаюсь, что я была согласна с этим. Что-то подсказывало мне, что я никогда не смогу пережить эту потерю.

Это всё было слишком рано, и так ново. Но я уже видела, куда это может привести. Куда должно привести. Вместо этого Сэт останется мне просто другом. Открытое поле цветов, на которое я смогу смотреть из своей темницы. Прохладный воздух, пока я буду задыхаюсь в своей коробке. И однажды я увижу движение через домофон — это будет он, возвращающийся домой с кем-то другим. И мне придётся смириться с этим. И со всем остальным, чего меня лишили.

— Ой, я совсем забыл, — сказал он, вырывая меня из мыслей. — Я вот что принёс.

Он пошёл в свою квартиру и взял что-то у двери. Поднял с гордостью:

— Бейсбольная бита в носке.

Я улыбнулась.

— Дай посмотреть.

Он протянул её мне.

— Класс! Деревянная. Тяжёлая. Мне нравится.

Он посмотрел на часы.

— Мне нужно кормить Свим Шейди. Зайдёшь на минутку?

— Нет. Хочу постоять здесь ещё немного.

— Хорошо. Я скоро вернусь. И мы пойдём поливать твои растения.

— Ты ещё не отказался от них?

Он остановился в дверях:

— Я никогда ни от чего не отказываюсь, Шарлотта.

Он захромал на костылях в квартиру и закрыл за собой дверь.

Я осталась стоять на площадке, опираясь на биту. Смотрела на вид, в который за последние три дня влюбилась.

Я буду скучать по этим минутам. Здесь больше не будет безопасно. Но мне правда всё это нравилось. Облака на фоне синего неба, покачивающиеся пальмы.

Я хотела большего.

Я хотела пойти с Сэтом в бассейн. Настоящий. Или гулять с ним по одному из его парков, чтобы он показывал мне деревья. Я хотела сказать «да», когда мальчик, который мне нравится, звал меня на свидание. Я хотела...

На краю участка было какое-то движение. У меня по коже побежали мурашки.

Кажется, я почувствовала его раньше, чем увидела. Какую-то неестественную энергию, от которой по коже пробежал холодок.

Джордж.

Он вышел из кустов, растущих вдоль стоянки. Грязный оборванец, выглядевший так, будто последний месяц провёл на улице. Я бы и не узнала его, если бы не глаза — те самые, которые преследовали меня в моих кошмарах.

Я смотрела, как он идёт по газону — прямо ко мне. В руке у него был канцелярский нож.

И странно — мне больше не было страшно. Совсем. Сердце колотилось, меня захлестнул адреналин, но страха не было. Было нечто другое. То, чего я не ожидала.

Ярость.

Чистая, необузданная женская ярость.

Как он посмел?!

Как он осмелился прийти сюда — в место, которое я начала любить? В мой дом, чтобы снова причинить мне боль или навредить Сэту, украсть мой покой, отнять больше, чем он уже отнял.

Перед глазами пронеслись последние два года. Я увидела все те моменты, когда он вызывал у меня дискомфорт. Все разы, когда он приходил ко мне на работу и пугал. Стоял у моей машины. Заглядывал в окна. Смотрел с фотографии в полицейском участке.

Все те разы, когда я не видела его вовсе, когда одна лишь мысль о нём заставляла меня сжиматься, отступать, прятаться. Работа, которую я не могла иметь. Ощущения, которыми не могла насладиться.

Мужчина, с которым не могла встречаться.

Слово «злость» не передавало мои эмоции в полной мере.

Я была воплощением ярости. Вспышкой, которая уничтожает всё на своём пути.

Теперь опасной была я.

Иззи была права. Я больше не та женщина, которой была, когда он положил на меня взгляд.

Теперь я знала, как защитить себя. Знала, как драться. Была подтянутой и сильной. Меня недооценивали, но сейчас я была готова больше, чем когда-либо.

Всё, чему меня учили на курсах самообороны за последние два года, всплыло в памяти. Кроме одного, главного правила, которое вдалбливала мне Иззи.

Я побежала в его сторону. А не от него.

Спустилась по ступеням и пошла к нему с битой в руке.

Казалось, он был в восторге. Какая удача — поймать меня на улице, на открытом пространстве!

Но когда он подошёл достаточно близко, и я услышала, как он что-то бормочет про пророчества и всё прочее, что он обычно несёт, я остановилась.

— Не подходи ко мне, иначе я буду защищаться, — сказала я чётко и уверенно.

Он продолжил приближаться.

Я подняла биту и ударила. Джордж отпустил нож и схватил биту. Носок соскользнул, он пошатнулся. Я ударила ещё раз, прицельно — по коленям. Услышала, как ломаются кости, и он рухнул, как мешок с рисом, крича. Я ударила ещё раз — на всякий случай.