Помимо переживаний Джорджа по поводу фильма, были и другие трудности. Майкл месяцами бился над сценарием, и в конце концов Джей Джей и Кэти приняли решение заменить его Ларри Кэзданом, который в соавторстве с Джорджем написал фильмы "Империя наносит ответный удар" и "Возвращение Джедая" (а также "Налетчики из потерянного ковчега", "Большой холод" и многие другие). Ларри и Джей Джей довольно быстро закончили черновой вариант, и весной 2014 года мы приступили к съемкам.
Изначально мы планировали выпустить фильм в мае 2015 года, но из-за задержек со сценарием на ранних этапах и некоторых других сложностей в дальнейшем, мы выпустили его только в декабре. Это перенесло его из 2015 финансового года в 2016 финансовый год. Моя презентация совету директоров перед приобретением и наши заявления инвесторам о том, что мы начнем получать прибыль от инвестиций в 2015 году, оказались неправдой. Сотни миллионов долларов ушли из одного финансового года в другой. Это не было большой проблемой, но с ней нужно было разобраться.
Одна из самых больших ошибок, которые, как мне приходилось видеть, совершают киностудии, — это привязка к дате релиза, что позволяет им влиять на творческие решения, и зачастую они торопятся запустить фильм в производство раньше, чем он будет готов. Я изо всех сил стараюсь не поддаваться давлению календаря. Лучше отказаться от даты релиза и продолжать работать над созданием лучшего фильма, и мы всегда старались ставить качество превыше всего, даже если это означает кратковременный удар по нашим доходам. В данном случае мы меньше всего хотели выпустить фильм, который не оправдал бы ожиданий поклонников "Звездных войн". Фанаты "Звездных войн" очень страстны, и нам было крайне важно дать им то, что они любят и считают достойным своей преданности. Если бы мы не сделали этого правильно в нашем первом фильме о "Звездных войнах", мы бы нарушили доверие с нашей аудиторией, от которого было бы очень трудно оправиться.
Незадолго до мирового релиза Кэти показала "Пробуждение силы" Джорджу. Он не скрывал своего разочарования. "Там нет ничего нового", — сказал он. В каждом из фильмов оригинальной трилогии для него было важно представить новые миры, новые истории, новых персонажей и новые технологии. В этом фильме, по его словам, "не было достаточного визуального или технического скачка вперед". Он не ошибся, но он также не оценил давление, под которым мы находились, чтобы дать ярым фанатам фильм, который был бы квинтэссенцией "Звездных войн". Мы намеренно создали мир, визуально и тонально связанный с предыдущими фильмами, чтобы не отходить слишком далеко от того, что люди любили и ожидали, а Джордж критиковал нас именно за то, что мы пытались сделать. Оглядываясь назад через несколько лет и еще несколько фильмов "Звездных войн", я считаю, что Джей Джей добился почти невозможного, создав идеальный мост между тем, что было, и тем, что должно было появиться.
Помимо реакции Джорджа, в прессе и со стороны преданных фанатов было много спекуляций на тему того, как мы собираемся "дисней-файтить" "Звездные войны". Как и в случае с Marvel, я принял решение не указывать "Disney" нигде в титрах фильма или маркетинговых кампаниях, а также никоим образом не менять логотип "Звездных войн". "Disney-Pixar" имеет смысл с точки зрения анимационного брендинга, но фанатам Лукаса нужно было дать понять, что мы тоже в первую очередь фанаты, уважающие создателя и стремящиеся расширить его наследие, а не узурпировать его.
Несмотря на то, что у него были проблемы с фильмом, я считал важным, чтобы Джордж присутствовал на премьере "Пробуждения силы". Сначала он не хотел приходить, но Кэти с помощью теперь уже жены Джорджа, Меллоди Хобсон, убедила его, что так будет правильно. В числе последних пунктов, которые мы согласовали перед заключением сделки, был пункт о запрете дискредитации. Я попросил Джорджа согласиться с тем, что он не будет публично критиковать ни один из снятых нами фильмов "Звездных войн". Когда я заговорил об этом, он сказал: "Я собираюсь стать крупным акционером Walt Disney Company. Зачем мне пренебрежительно отзываться о вас или о том, что вы делаете? Вы должны мне доверять". Я поверил ему на слово.
Теперь вопрос заключался в том, как провести премьеру. Я хотел, чтобы весь мир узнал, что это фильм Джей Джей, фильм Кэти и наш первый фильм о "Звездных войнах". Конечно, это был самый большой фильм, который мы выпустили с тех пор, как я стал генеральным директором. Мы устроили гигантскую премьеру в театре "Долби", где проходит вручение премии "Оскар". Я вышел на сцену первым и, прежде чем вывести за собой Джей-Джея и Кэти, сказал: "Мы все здесь благодаря одному человеку, который создал величайшую мифологию нашего времени, а затем доверил ее Walt Disney Company". Джордж был на своем месте. Ему долго и восторженно аплодировали стоя. Уиллоу сидела в ряду позади него и сделала замечательную фотографию, на которой он запечатлен в окружении нескольких тысяч человек, все на ногах. Я с удовольствием посмотрела на нее позже и увидела, как Джордж был доволен и благодарен за то, что все восхищались им.
Фильм открыл кассовые сборы и установил множество рекордов, и мы все вздохнули с облегчением. Наш первый фильм "Звездных войн" остался позади, и, судя по всему, поклонникам "Звездных войн" он понравился. Однако вскоре после выхода фильма в эфир вышло интервью, которое Джордж дал несколькими неделями ранее Чарли Роузу. Джордж говорил о своем разочаровании тем, что мы не последовали его замыслу, и сказал, что продажа компании Disney была подобна продаже его детей "белым рабовладельцам". Это был неудачный и неловкий способ, которым он описал чувство продажи того, что он считал своими детьми. Я решил промолчать и пропустить это мимо ушей. Вступать в публичную дискуссию или вести защиту было бесполезно. Меллоди прислал мне письмо с извинениями, объясняя, как ему было тяжело. Затем Джордж позвонил мне. "Я перегнул палку", — сказал он. "Я не должен был так говорить. Я пытался объяснить, как трудно оставить все это".
Я сказала ему, что понимаю. За четыре с половиной года до этого я сидел с Джорджем за завтраком и пытался донести до него, что я знаю, как трудно ему будет, но что когда он будет готов, он может довериться мне. Все переговоры — по поводу денег, а затем по вопросу его дальнейшего участия в "Звездных войнах" — были упражнениями в балансировании между моим уважением к тому, что сделал Джордж, и тем, насколько глубоко личным это было для него, и моей ответственностью перед компанией. Я мог сопереживать Джорджу, но не мог дать ему то, чего он хотел. На каждом шагу нужно было четко понимать, что я делаю, и в то же время учитывать, насколько эмоциональным был для него весь этот процесс.
Оглядываясь назад, на приобретения Pixar, Marvel и Lucasfilm, можно заметить, что все они (кроме того, что все вместе они преобразили Disney) проходят красной нитью через все сделки: каждая из них зависела от установления доверия с единственным контролирующим лицом. Во всех сделках были сложные вопросы, по которым нужно было вести переговоры, и наши соответствующие команды проводили долгие дни и недели, достигая соглашения по ним. Но личная составляющая каждой из этих сделок должна была сделать или сломать их, и подлинность была решающим фактором. Стив должен был поверить моему обещанию, что мы будем уважать сущность Pixar. Айк должен был знать, что команда Marvel будет цениться и получит возможность процветать в новой компании. А Джордж должен был верить, что его наследие, его "ребенок", будет в хороших руках в Disney.
