Он шел вперед, и я осторожно шла за ним, держась за него крепко.

Честно говоря, это помогало. Я меньше думала о том, что боюсь. Сначала одну песню, потом другую… Тут не близко, можно много успеть спеть. Идти получалось совсем медленно, быстрее я боялась, но Стефан не торопил. Если я останавливалась перевести дух, он не тащил вперед, давал отдышаться. Один раз я чуть не поскользнулась, но он действительно подхватил, и вот тут я почувствовала, как сам дышать перестал, напрягся, даже разом побелело лицо. Но обошлось.

- Простите… - шепотом всхлипнула я.

- Все хорошо.

Колени тряслись.

Пока мы добрались до конца, я думала, что умру, что это никогда не закончится, что не смогу. Готова была разрыдаться прямо там. Но подпевать Стефану и рыдать разом – выходило не очень. Еще немного…

И вот, наконец, мы ступили на широкую площадку, здесь можно отойти в сторону от обрыва и сесть. Дальше дорога была заметно шире.

И тут мои силы закончились.

- Вот и все. Вы молодец, - Стефан обнял меня за плечи.

Я всхлипнула снова, уткнулась ему в грудь, но прижаться не вышло, там Уголек. Кот возмутился и полез на свободу. Стефан осторожно достал его. Потом снял и поставил рядом мешок с вещами.

- Сядьте и посидите пока, хорошо? – сказал он. – Я за ослами схожу.

От мысли, что ему придется снова идти туда и обратно – у меня закружилась голова. Но ведь не оставлять же их там одних.

Может, я преувеличиваю? Может, я просто такая трусиха.

Потому что Стефан просто пошел… то есть это со мной он так аккуратно переступал по дорожке, как по узкому карнизу, а один просто пошел, словно это обычная дорога. Насвистывая песенку. Местами он чуть поворачивался боком, потому что места было мало, но по большей части даже этого не требовалось.

Светлая Матерь! Я просто боюсь высоты…

Сидела, смотрела ему в спину, пока Стефан совсем не скрылся за поворотом.

Кот вдруг дернулся за ним на дорожку. Я попыталась было поймать, но куда там!

- Уголек! – позвала я. – Иди сюда. Не ходи за ним, он скоро придет.

Но Уголек тревожно смотрел вслед хозяину.

Я подползла к дорожке на четвереньках, ноги что-то совсем не держали. Попыталась поймать, но он не давался, смотрел на меня недоверчиво. Фыркнул и дальше пошел.

- Уголек! Не надо! Иди ко мне!

Он сначала долго смотрел на меня, но как только я протянула руку, сразу рванул по дорожке назад. Не догнать его. Я не смогу.

Твою ж мать… Стефан ругаться будет? Руперт бы наверняка наорал, что упустила, но Стефан… Я не знаю. Я ведь виновата. Но для кота же это не опасно? Он же кот, они по деревенским заборчикам ходят, как по дороге, а тут для него полно места. И все равно, я сидела, и слезы наворачивались.

Одна осталась.

Мне только ждать.

Я ждала. Это так безумно долго, время тянется бесконечно. Я пыталась прислушиваться, но ничего толком не могла разобрать. Солнце успело сесть, и стало темно. Как же там Стефан в темноте? Это все из-за меня… он бы без меня перешел легко…

А еще и какие-то далекие крики слышны, то ли птицы, то ли… Гарпии? Они летают в темноте?

Пока, наконец, не услышала тихое пение за поворотом, я успела столько всего передумать. Уже даже начала представлять, что буду делать, если останусь тут одна. Если Стефан меня бросить решил… Нет, он не такой, конечно, но в моей жизни столько всего было, что и это не удивило бы.

И вот его голос, он «Кровавую Мэри» поет. Для меня. Чтобы я слышала – он рядом, и меньше волновалась. И разрыдалась окончательно. Просто сидела там, плакала и не могла успокоиться. Самой стыдно за это. С чего бы так реветь? Но ничего сделать не могла.

Только отползла подальше. Держась за камни, поднялась на ноги.

И только когда Стефан подошел, я кое-как смогла взять себя в руку и вытереть слезы. Хватит.

- Фанни! Как вы тут?

- Все хорошо. А Уголек?

Подумала, что темно, и он моих слез не видит. Это правильно.

Стефан достал кота из-за пазухи.

- Уголька принес, - отозвался он. – Не переживайте. Он всегда за мной бегает.

Вот и все. Вот и перешли.

Стефан провел ослов к широкому месту, потом подошел ко мне. Желтые глаза чуть поблескивали в темноте. Посмотрел так внимательно… Он же оборотень, наверняка хорошо видит в темноте, они все хорошо видят. И что я тут ревела – наверняка заметно.

А потом просто молча сгреб меня и прижал к себе.

- Уже все, - тихо сказал мне в макушку. – Сейчас ужинать будем. Костра тут не разжечь, но можно и так. Уже все.

Обнял, по спине осторожно поглаживая.

И вот тут да, отпустило. Я обняла его сама… шмыгнула носом… долго стояла, прижавшись щекой к его груди. Он гладил меня по спине.

С ним так спокойно, как никогда не было в жизни.

А потом он тихонько коснулся губами моего лба…

Я вздрогнула, подняла на него глаза.

Он улыбнулся.

- Ну что, давайте разбирать вещи к ночевке?

Утро выдалось морозное и солнечное.

Этой ночью я, уже не стесняясь, влезла к Стефану под бок и прижалась – так теплее. Он обнял, укрыл своим плащом. Так просто и так спокойно. Я ведь привыкну быть рядом с ним… уже почти привыкла.

Дальше дорога казалась немного попроще, хотя идти было страшно все равно.

Крутой каменистый склон, узкая, едва заметная дорожка, и мы идем среди камней. Стоит поскользнуться, и покатишься вниз. Стефан сразу сказал – мне лучше верхом, ослы привыкли к такой дороге, знают, как, а мне самой будет очень тяжело. Если страшно, я могу и вовсе глаза закрыть, меня все равно вывезут. Я даже пыталась закрывать вначале, потому что действительно страшно на такой высоте. Но постоянно прислушивалась, и закрыть глаза не получалось. Не расслабиться никак. Мне все казалось, я слышу далекие крики гарпий. Сейчас самое главное, чтобы он не напали по ясной погоде.

До полудня было спокойно.

Я вглядывалась в небо до рези в глазах, вслушивалась в каждый шорох.

Успела испугаться, когда увидела крупную птицу в небе. Дернулась.

- Это беркут, - сказал Стефан, всматриваясь из-под ладони. – Их тут много. И даже наоборот, если есть беркут, то гарпий рядом не будет.

Наверно, это должно было успокоить, но я волновалась все равно.

Беркут далеко, там где-то над скалами.

И все же почти упустила момент, когда из-за вершины ближайшей скалы с клекотом выскочили две гарпии. Даже замерла в первое мгновение, растерялась, настолько нереальным это показалось. Внутри все оборвалось. Только одна мысль – «Не может быть!»

- На землю! – резко скомандовал Стефан.

Сам первым делом кинулся к Угольку, который бежал рядом, а сейчас выгнул спину и страшно зашипел. Гарпии Угольку не нравились. Зато гарпиям понравился Уголек, они сразу распознали в нем добычу, развернулись и кинулись с пронзительными криками.

Только досмотреть, чем там у них закончилось, поймали или нет - я не успела.

Пытаясь спрыгнуть на землю, я засуетилась, поторопилась и запуталась в стременах, зацепилась ногой. Упала. Осел, и так напуганный гарпиями, испугался еще больше и потащил меня по склону. Я вскрикнула. Где-то краем глаза успела заметить, как гарпии налетают на Стефана, тот выхватывает клинок… Ему точно не до меня сейчас.

Одна из гарпий шарахается от Стефана в сторону, и как раз надо мной, и осел пугается уже окончательно, шарахается в сторону и спотыкается на крутом склоне. Падает, неудержимо съезжает вниз, утаскивая меня за собой. Я пытаюсь выдернуть ногу из стремени, хоть за что-то зацепиться, но не получается. Вниз, по мерзлой земле… все быстрее…

Я сейчас умру.

Я вдруг понимаю это ужасно отчетливо, хоть и чуть отстраненно. Разум отказывается принять это. Пусть и все очевидно. Крутой склон здесь, а дальше обрыв и дальше – пропасть, глубокое ущелье. И если не зацепиться никак, то все. А зацепиться не выходит.

Даже закричать – сил нет. Я еще пытаюсь как-то ухватиться, судорожно, но осел слишком тяжелый, и даже ухватившись – не удержать.