- Он снова за вами убежит, - сказала я. Губы поджала.

Стефан вздохнул, похоже, и сам так думал.

Но брать кота с собой в горы?

- Он вообще от меня не отходит, всегда рядом, - сказал виновато. – Даже если его запереть, он все равно потом убежит. Потеряется еще, - и погладил кота снова. – У-у, мокрый какой! Ничего, сейчас согреешься.

Я невольно улыбнулась, глядя на это.

- Придется брать, - пожала плечами. – А почему Уголек? Он же белый.

Стефан усмехнулся.

- В печке нашли. Он еще совсем котенком в трубу провалился, с крыши. Еле достали, думали даже – трубу разбирать придется. Он так орал там. Вытащили – черный весь, в саже. Ну, вот и вышло, что Уголек. Потом, конечно, отмыли, но… - усмехнулся, - это не помогло.

Я даже отсюда слышала, как кот, спрятавшись в тепло, довольно заурчал.

Что ж… с котом, так с котом.

Мы остановились передохнуть уже после полудня, на пригорке, где посуше.

Стефан достал кота, тот отогрелся и распушился, и не упустил ни единой возможности сунуть свой нос во все дела.

Пока Стефан стелил одеяло на травку, Уголек успел несколько раз под одеялом пробежать. И потом влез туда, в самую середину, перекатываясь с боку на бок. Но как только Стефан открыл сумку с едой – кот уже сидел рядом с готовностью дегустировать.

- Да подожди ты, дай достану, - усмехнулся Стефан. – Я вообще на тебя не рассчитывал. Иди мышей лови.

Кот презрительно фыркнул и никуда не ушел.

На обед – небольшой холодный перекус, а костер мы будем разводить уже вечером.

Стефан достал хлеб, вареное и нарезанное ломтиками мясо, зелень, сыр и яйца.

- Берите, - предложил он. – Если будет мало, у меня еще есть.

Коту, конечно, мясо досталось тоже, он съел два приличных куска, потом подошел ко мне, понюхал, чуть потерся и улегся рядом, привалившись боком к ноге.

- Надо же! – удивился Стефан. – Он к чужим обычно не очень.

- Наверно, решил, что если еще долго идти и жить тут рядом со мной, то нужно налаживать отношения.

Стефан хмыкнул. Какое-то время молчал, дожевывая ломтик мяса с зеленью.

- Можно, я все же спрошу? – сказал он. – Исключительно для налаживания отношений и взаимопонимания, а то нам еще долго идти вместе. Вот тогда… после турнира, зачем вы это сделали?

Ох… вот же…

Ладно, отступать мне уже некуда. Это самый логичный и разумный вопрос из всех, что можно задать. Он так смотрит сейчас, что во взгляде даже не осуждение, не обида, а желание понять. Все же много лет прошло.

Да любой на его месте убить бы хотел за это, а он просто интересуется.

Я нервно облизала губы…

Да, я боялась этого разговора. Но объяснить надо.

- Алисия… сестра Руперта, Алисия Миньярд… она убедила меня, что вам нужно отомстить. Это, в целом, даже не ее идея была. Ей подсказал Руперт, а она уже мне.

- То, что идея Руперта – это понятно, - кивнул Стефан. – Он приходил потом ко мне, так радовался… Но за что мстить?

- За то, что вы изнасиловали горничную Алисии, - сказала я тихо.

Он удивленно уставился на меня.

- Я? Изнасиловал горничную?

Что мне сейчас сказать?

- Уже потом, пару лет спустя, Руперт как-то напился и рассказал, как они все это весело придумали. Горничной заплатили. На ней порвали платье, и Руперт ударил ее по лицу, для правдоподобности. Она так плакала… - у меня голос дрогнул, я сглотнула вставший в горле ком. – Мы пришли вечером в спальню, а она сидит там в углу и рыдает… Я поверила. Как было не поверить? Алисия сказала еще – ну, вы же оборотень, значит, в какой-то момент могли просто не контролировать себя. А жаловаться отцу… герцогу, нет смысла, потому что за какую-то горничную вам ничего не будет. Нужно отомстить самим.

Стефан слушал, хмурясь все больше.

- И вот это было восстановление справедливости?

Дико звучит, да?

- Простите, - сказала я совсем шепотом. Знаю, что просить прощения тут бессмысленно, это как-то слишком. Но не знаю, что еще могу сейчас сделать. Я виновата.

- Пф-ф… - Стефан бороду поскреб. - Я бы сказал, вы храбрая женщина, но это даже не храбрость, это дурь какая-то. При всем при том, что вы обо мне думали – вот так взять и подойти? Если бы ваша горничная говорила правду, я бы мог вас убить, заподозрив неладное. Никто бы из кустов не успел вас спасти. Я мог бы сорваться и убить. Срыв - это в первую очередь агрессия, а не похоть.

Сейчас я это понимаю.

- Я дура, да.

- Да, - согласился Стефан. Фыркнул.

Потом снова нахмурился.

- Я была уверена, что вы ничего мне не сделаете, - сказала я.

- Почему?

- Не знаю. Я смотрела тогда на вас и… в этом не сомневалась… Я не могу объяснить. Просто так.

Стефан тряхнул головой. Отвернулся. Какое-то время просто сидел, глядя в сторону.

- С горничной мог, с вами нет? Забавно… - он скривился. - Ладно… Мотивы Руперта я понимаю и сам. Но я был уверен, он заставил вас, как-то запугал.

- Почему?

- Не знаю… - Стефан усмехнулся, быстро на меня глянул, но усмешка совсем невеселой вышла, он только вернул мне мой же ответ. – Слезы… Я помню, как… когда все эти люди, весело улюлюкая, выскочили с пиками… вы отошли назад… Вы стояли там, и у вас по щекам текли слезы. Я подумал – вы не хотели, но иначе не могли.

Что-то болезненно дернулось в лице.

Поднялся на ноги, в сторону отошел.

Стефан с интересом наблюдал, как я пытаюсь готовить. Мы ведь договаривались, что готовлю я сама, он проводник, а не кухарка. Что ж, я думала, тут ничего сложного, но…

Не то, чтобы я не умела, только на костре в лесу все выходило как-то не так.

Надо признать, что костер разжечь Стефан помог, притащил пару крупных веток, нарубил топориком. А вот остальное – сама. Воду из ручейка принесла, порезала немного копченого мяса, морковки, засыпала крупу. Вроде ничего особенного, но как-то… то не кипело, то подгорало… Непривычно, я приноровиться не могла.

Пока возилась, Стефан поставил палатку.

- А она у нас одна? – осторожно спросила я, разглядывая вещи.

- Да, - Стефан плечами пожал. – Палатка тяжелая, две тащить – слишком много и бессмысленно.

Я чуть подобралась. Но ведь ничего не будет? Если бы он хотел что-то мне сделать, то какая разница – в палатке или нет? Да и я отлично понимаю, что рядом с ним банально будет теплее, если вдруг снег и холод в горах. Это пока мы еще в долине, но завтра уже начнем подниматься выше.

- Это для вас, в основном, - сказал Стефан. – Я сегодня точно на улице посплю. Я же медведь, и, в целом, хоть на снегу могу спать, ничего не будет. Вот если ливень или снегопад, тогда к вам.

Я кивнула.

- Договорились.

- У вас сейчас убежит там…

Точно! Я бросилась мешать, но сильно не помогало, попыталась снять с огня, но быстро тоже не вышло. Стефан в готовку не вмешивался, но моя суета его, кажется, развлекала. У меня там, в котелке, половина разварилась в кашу, половина не доварилась. Я попробовала осторожно.

- Ну, как? – спросил Стефан с интересом.

- Ужасно, - честно сказала я.

- Совсем? Или еще как-то есть можно?

Я протянула ему ложку – пробуй сам. Он пожал плечами, подошел пробовать. Зачерпнул, подул немного… И да, сморщился.

- Ага, это ужасно, - согласился как-то весело. – Знаете, думаю, посолить немного надо. И сюда бы еще сметанки вбухать… жалко, нету. А то сметаной можно исправить почти все. Сыр есть. Если мелко порезать и туда? Попробуем?

- А если лучше не станет? – спросил я. – Еще и сыр переводить…

Стефан усмехнулся.

- Ну, если что, я и такое съем, не пропадет. Я и похуже видал. Сейчас посолим, и нормально…

С сыром и солью стало чуть лучше, но все равно сильно так себе. Я кое-как съела тарелку, ведь ничего другого не ожидалось, и запасы еды у нас еще на неделю, не стоит разбрасываться.

А Стефан доел все остальное. Я даже подумала, что такого медведя не прокормить, ему больше готовить надо. Только надо посмотреть, чтобы всех наших запасов хватило…