— Тогда он идиот, — отрезала Лина. — И ты тоже идиотка, если собираешься просто сдаться.

— Я не сдаюсь, — возразила я, поднимаясь с кровати. — Я просто… принимаю реальность.

— Реальность — это то, что вы связаны, — Лина подошла ко мне, взяв за плечи. — Реальность — это то, что его зверь признал тебя. Реальность — это то, что он поцеловал тебя вчера, несмотря на все свои слова о том, что ты недостойна. Так что перестань жалеть себя и начни бороться за то, что принадлежит тебе по праву.

Я посмотрела на подругу, и что-то внутри меня зашевелилось — что-то упрямое, дикое. Лина была права. Я не должна просто сдаваться. Не после вчерашней ночи. Не после того, как почувствовала, что Кейден не так равнодушен ко мне, как пытается показать.

— Что мне делать? — спросила я.

Лина ухмыльнулась.

— Для начала — приведи себя в порядок. Потом спустись на завтрак. Покажи этой Селене, что ты не собираешься отступать без боя.

— Лина, я не могу просто…

— Можешь, — перебила подруга. — И будешь. Потому что ты сильнее, чем думаешь. И потому что я не позволю тебе сдаться.

Я вздохнула, но кивнула. Лина была как ураган — бесполезно пытаться сопротивляться, когда она что-то решила.

Час спустя я спускалась по лестнице в общую столовую клана, чувствуя, как нервы скручиваются в тугой узел в животе. Лина помогла мне выбрать одежду — простое синее платье, подчеркивающее фигуру, но не вызывающее. Волосы были собраны в свободную косу, открывая шею. Царапины и синяки были скрыты под тональным кремом, который Лина настояла нанести.

— Ты выглядишь прекрасно, — заверила подруга, идя рядом. — Уверенно. Достойно.

Я не чувствовала себя ни прекрасной, ни уверенной, но я выпрямила плечи и подняла подбородок. Если я собираюсь это сделать, то сделаю правильно.

Столовая была полна. Весь клан собрался на завтрак, что было необычно — обычно люди ели когда хотели, не придерживаясь строгого расписания. Но сегодня был особый случай. Гости.

Я увидела их сразу — группа волков из Северного Ветра сидела за длинным столом у окна. Они выделялись среди членов моего клана — более крупные, более суровые, с этой особой аурой воинов, которые видели много боев.

И среди них была она. Селена.

Я поняла, почему Лина назвала ее красивой. Девушка была потрясающей — высокая, стройная, с длинными платиновыми волосами и ледяными голубыми глазами. Она сидела рядом с Кейденом, склонившись к нему и что-то говоря, а он слушал, кивая.

Что-то острое и болезненное кольнуло меня в грудь. Ревность. Чистая, жгучая ревность.

— Дыши, — прошептала Лина, толкая меня вперед. — И улыбайся.

Я заставила себя двигаться, направляясь к столу, где обычно сидела. Это был дальний угол, подальше от главного стола, где восседал Кейден со старейшинами. Место для омег, для тех, кто не имел особого статуса в клане.

Но сегодня я не дошла до своего обычного места, потому что Кейден поднял голову, и наши взгляды встретились через всю комнату.

Время замерло.

Я видела, как его глаза расширились, как напряглись мышцы челюсти. Видела, как его ноздри раздулись, улавливая мой запах. И видела, как что-то темное и голодное вспыхнуло в янтарных глубинах его глаз.

Селена заметила его реакцию. Она проследила за его взглядом, и когда увидела меня, ее губы изогнулись в холодной улыбке.

— Это она? — спросила Селена достаточно громко, чтобы все услышали. — Твоя… как ее там… истинная пара?

Я почувствовала, как все взгляды обращаются на меня. Разговоры стихли. Воздух сгустился от напряжения. Кейден не ответил сразу. Он смотрел на меня, и в его взгляде была целая буря эмоций, которые я не могла разобрать.

— Да, — сказал он наконец, и голос его был ровным, бесстрастным. — Это Мина.

Селена оглядела меня с ног до головы, и в ее взгляде было столько презрения, что я почувствовала, как вспыхивают щеки.

— Интересно, — протянула Селена. — Луна действительно бывает… непредсказуема.

Это было оскорбление, завуалированное под равнодушный тон. Я сжала кулаки, чувствуя, как гнев поднимается волной.

— Да, — сказала я, удивляясь тому, как спокойно прозвучал мой голос. — Иногда Луна выбирает не тех, кто кажется очевидным выбором. Ей известно куда больше, чем нам.

Селена прищурилась, и в ее глазах сверкнула опасность.

— Намекаешь на что-то?

— Я просто констатирую факт, — я заставила себя улыбнуться. — В конце концов, истинная пара — это не то, что можно выбрать или изменить. Это судьба.

— Судьба, — повторила Селена, и в ее голосе прозвучала насмешка. — Как романтично. Но в реальном мире альфе нужна пара, которая может стоять рядом с ним, а не прятаться в тени.

— Я не прячусь, — возразила я, и теперь в моем голосе зазвучала сталь. — Я здесь. Всегда была здесь.

— Достаточно, — голос Кейдена прорезал напряжение, как нож. Он встал, и все мгновенно замолчали. — Селена, Мина — обе вы гости за этим столом. Я ожидаю уважения.

Селена склонила голову, но в ее улыбке не было ничего покорного.

— Конечно, альфа. Прошу прощения, если я была груба.

Она не извинялась. Это было ясно всем.

Кейден перевел взгляд на меня, и я увидела в его глазах предупреждение. Не начинай. Не сейчас.

Но я устала подчиняться. Устала быть тихой, покорной омегой, которая принимает все, что ей дают.

— Я тоже прошу прощения, — сказала я, глядя прямо на Селену. — Если мои слова прозвучали как вызов. Я просто хотела прояснить ситуацию. Кейден — мой альфа. Моя истинная пара. И никакой альянс, никакое предложение не изменит этого.

Тишина была оглушающей. Я слышала собственное сердцебиение, громкое и быстрое. Я только что бросила вызов не только Селене, но и самому Кейдену, публично заявив о своих правах на него.

Это было безрассудно. Глупо. Но я не могла больше молчать.

Кейден смотрел на меня, и выражение его лица было нечитаемым. Потом он медленно обошел стол и направился ко мне.

Я заставила себя не отступать, когда он остановился прямо передо мной, нависая всем своим ростом. Он был так близко, что я чувствовала жар его тела, запах сосны и дождя, который всегда окружал его.

— Ты закончила? — спросил он тихо, и только я могла слышать опасную нотку в его голосе.

— Нет, — ответила я, поднимая подбородок. — Я только начала.

Что-то вспыхнуло в его глазах — удивление, восхищение, гнев. Все вместе.

— Тогда продолжай, — сказал он, отступая на шаг. — Но помни, каждое слово имеет последствия.

Он развернулся и вернулся к столу, оставив меня стоять посреди столовой под взглядами всего клана.

Лина схватила меня за руку и потащила к нашему обычному месту.

— Ты сошла с ума, — прошипела она, но в ее глазах плясали восхищенные искорки. — Абсолютно, полностью сошла с ума.

— Возможно, — согласилась я, садясь и чувствуя, как дрожат руки от адреналина. — Но я не могла больше молчать.

— Я знаю, — Лина сжала мою руку. — И я горжусь тобой. Но ты понимаешь, что только что объявила войну, да?

Я посмотрела на Селену, которая смотрела на меня с холодной яростью в глазах. Потом перевела взгляд на Кейдена, который сидел неподвижно, глядя в окно.

— Да, — сказала я тихо. — Я понимаю.

И я не была готова к этой войне…

3

Следующие несколько дней были похожи на хождение по минному полю. Селена и ее клан остались в качестве гостей, и каждый прием пищи, каждое собрание превращались в тонкую игру власти и манипуляций.

Селена была мастером этой игры. Она всегда оказывалась рядом с Кейденом, всегда находила повод коснуться его руки, его плеча. Она смеялась над его шутками, давала советы по управлению кланом, демонстрировала свои боевые навыки на тренировках. Она была всем, чем я не была — сильной, уверенной, опытной волчицей. Идеальной кандидаткой на роль пары альфы.

И это сводило меня с ума.

— Она делает это специально, — пробормотала Лина, наблюдая, как Селена снова склоняется к Кейдену во время ужина. — Провоцирует тебя.