– Раз уж у тебя всё так радужно и замечательно, – продолжил я тем временем. – Может, обойдёшься без подарка? Присоединяться к остальным ты мне запретила, книги с Земли в качестве презента не зачла, лишь молчишь и загадочно улыбаешься…

– А ты – если бы действительно хотел – уже давно узнал бы и сам, – отвернулась Астрид. Не от обиды или в шутку, а скорее просто пряча лицо. Да, узнал бы. Но… Чем дальше в лес – тем меньше мне хочется использовать нашу с ней связь для подобного. Во время секса или просто для обмена мнениями и впечатлениями на расстоянии – да. Ещё как! А вот так копаться в голове подруги… Скажем так, пусть я буду слегка дебилом, но предпочту дать ей ещё один шанс без излишнего контроля. Да и… самое яркое всё равно прорвётся.

– Я просто… даже не знаю, как разговор начать, – донеслось с другой стороны кровати. – И как ты на это отреагируешь. Вернее, догадываюсь, но всё равно хочу поговорить…

– Та-а-а-к, – протянул я, внутренне слегка сжимаясь и поворачивая жену лицом к себе. – Вот сейчас ты меня пугать начинаешь. Астрид… ты меня знаешь. Не скажешь сама – я наплюю на своё благородство и сам полезу.

На лбу у баронессы пролегла морщинка, а сама она закусила губу, явно борясь с собой и то ли взвешивая «за» и «против», то ли думая над формулировкой.

– Что ты думаешь о детях? – наконец выдохнула девушка, зажмурившись и спрятав лицо у меня на груди. А затем и вовсе накрылась одеялом с головой, даже не дыша, по-моему.

Ох-х. Одному Творцу известно, чего мне стоило удержаться и не ляпнуть «Я про них не думаю – я же не педофил». Шутку юмора она может и поняла бы, но… момент не тот.

Не, ну… Этого следовало ожидать. Более того – даже я пару раз вскользь озвучивал мысль, что наследников иметь намерен и конкретно баронесса Ланар будет производить их на свет. Но бля… не сегодня же! И не завтра. И даже не через год.

– Астрид… – осторожно начал я, чтобы не затягивать молчание. – С одной стороны, как мы уже не раз обсуждали этот вопрос… пусть и непрямо… о детях я думаю только хорошее. В том плане, что они у нас обязательно будут. С другой же… Буквально неделю назад мы имели разговор другой – о перспективах твоего и маминого переезда на Землю. В свете… не самого нашего устойчивого положения в мире…

– Ты нервничаешь, – глухо раздалось из-под одеяла. – Когда ты так медленно говоришь, подбирая слова – значит, сдерживаешься, чтобы не ляпнуть чего-то и не обидеть. Значит…

И замолчала. Вот… Гр-р-р.

– Я… – и вот что ей сказать. А в следующий момент я замер, поражённый своей же гениальностью. – Я подумаю о детях, если ты подумаешь о переезде на Землю.

Вот так! Кто молодец? Я молодец!

Астрид меж тем вынырнула из-под одеяла, хмуро глядя на меня одним глазом:

– Так нечестно!

– А ты предпочтёшь, чтобы в один прекрасный момент их использовали против меня в качестве рычага? – я склонил голову на бок, наблюдая за её реакцией. Которая, должен признать, мне понравилась. В том плане, что баронесса полностью высунула голову на свет божий и сначала визуально задумалась, затем испугалась, а под конец и вовсе ужаснулась. Во-о-т. Теперь мы говорим на одном языке. В следующий же момент девушка вновь уткнулась лицом мне в грудь, начав откровенно плакать что-то там всхлипывать о «прости», «я дура» и «не подумала».

Пришлось успокаивать, лепеча что-то слабосвязанное и гладя по всему, до чего смог дотянуться. А когда подруга успокоилась и начала разговаривать уже более внятно, пришёл уже мой черёд сжимать булки.

– Я просто… ты… ты всегда сам всё решаешь. Я испугалась, что ты совсем не дашь мне права голоса… и… я… в общем, сделала кое-что, чтобы гарантированно забеременеть. Вне зависимости от дня. Хотя, – всхлипнула Астрид, – ты за этим тоже не следил. Но оно не сработало. Ни разу. И тогда я поняла, что ты сам предохраняешься. Ну знаешь… ещё со времён… до Ясмин…

Последнее она выдала уже в максимально нейтральном стиле, явно намекая на неизвестную ей в подробностях, но несомненно бурную часть моей жизни. Ну так-то да. Предпочитаю стрелять холостыми, не заморачиваясь вопросом: есть ли у партнёрши бронежилет или нет? Презервативов на Боре, увы, не водится. Вся защита – или чародейская или химическая.

Стоп. Стоп-стоп-стоп… И снова мне пришлось прилагать буквально нечеловеческие усилия, чтобы не выдать ничего ни внешне, ни в эмоциональном плане. Потому что возникшая в голове мысль на полном серьёзе могла стоить мне… очень многого. В том числе с Астрид.

А ещё, вместе с этой мыслью, в черепе раздался голос Теодора:

«Ну и к резуректу она не летает».

Это из нашего с ним разговора о маме и её магическом резерве. Правда, конкретно здесь и сейчас речь, конечно, не о ней. А обо мне, как раз летающем к капсулам чаще кого бы то ни было на планете. Ставящего себе компьютер. Улучшающего тело. Вживляющего накопители.

И. Больше. Ничего.

Я в последний раз предохранитель на себя накладывал когда? Ой бля… Не помню. До Астрид. До Ясмин. До шлюх. Очень давно.

Блядь.

А как так?

18.07.1420 – 41.07.1420

– Я вас категорически приветствую, – поздоровался я, влетая в комнату. – Нет-нет, можете не вставать! – добавил насмешливо не видя, однако, даже попыток подняться у будущих собеседников. – Ну как вам тут? Спокойно? Уютно? Кормят хорошо?

В ответ на меня уставилось четыре хмурые рожи. Рожи тамианцев, как уже можно было бы догадаться. Тех самых пленников, запертых в одном из более-менее сохранившихся домов Эльхорна и живущих вот уже несколько месяцев под бдительным присмотром Рейнора и его товарищей.

– Здравствуй, – наконец выдавил один из них, переглядываясь с однополчанами и бросая пару взглядов на стоящих позади меня Спайка и Ника. Остальные, включая профессора и магистра, на первую полноценную встречу с пленниками отправляться не пожелали, мотивируя это полным и абсолютным отсутствием смысла. Мол, за четыре или сколько там тысяч лет их в плен уже только ленивый не брал. Да, бывало, особенно поначалу такое, что гости с Тамиана выдавали много чего важного и полезного. В частности, именно так дисы поняли, кто это такие и откуда у них их способности. Но… во-первых, в последние столетия на Боре тамианцы без «обета молчания» не появляются, а во-вторых… что, скажите пожалуйста, такого важного они в принципе могут сказать? Для любого жителя планеты это враг. Простой. Понятный. Не обладающий особым набором тайн или секретов и держащийся за Тальтахор исключительно за счёт количества и/или качества своих монстров. Тамианцев нет смысла допрашивать так как никому, кроме рейнджеров Экспедиционного корпуса, их ответы всё равно не нужны.

Болт я брал и клал на всю эту аргументацию.

Как минимум, потому что даже с Теодором у нас изначально разные подходы к вопросу. Он смотрит на Тамиан как на досадную проблему. Закрыть портал и забыть. Для меня же это – ещё один мир. Уникальный, интересный и перспективный. И условный быт жителей этого мира меня волнует возможно даже больше, чем количество легионов или средний резерв чародеев. Всё равно когда (не если!) дело дойдёт до экспансии, всего десяток запущенных на орбиту спутников дадут мне больше информации, чем любой, даже очень высокопоставленный пленник. Ну и, я надеюсь, нет смысла уточнять, что отправляться на Тамиан я буду не через Стеклянную пустыню? Координаты их мира в базе данных Тальтахора есть, осталось лишь выяснить, где расположена точка выхода относительно текущей ситуации на планете и что там вокруг.

Вот и пришлось прыгать на тёплый, даже жаркий по сравнению с баронством юг.

Из хороших новостей (а их есть у меня) – язык они уже вполне себе выучили. Просто, потому что, кроме этого, больше особо ничем и не занимались. Конечно, чувствительные темы мои ребята обходили стороной, но из понятного на сегодня – жить вся четвёрка хочет. Идейных или просто конченых, слава богу, среди них нет. А если бы и был кто-то – его бы шустренько изолировали от группы и устранили, как опасный и разрушительный элемент.