- Я буду осторожна, Рус! Правда, правда.

Я и сама перепугалась не на шутку. Опять какая-то гадина пытается нам навредить! Одно радует – не во дворце. Официанта нашли мертвым, он был зарезан точным ударом в сердце. Что-то мне это напомнило, но я никак не могла поймать воспоминание. Став исключительно послушной, я ела только дома. Моя охрана глаз с меня не спускала.

В государстве все налаживалось, фрейлины стали моими глазами и ушами. Толковых девушек я набрала. Мне теперь не побегать, живот рос, малечек в нем толкался, как каратист. Мой муж усиленно поднимал хозяйство страны, почувствовав к этому вкус и получая реальные результаты. Ковры мои пока забуксовали, нужны специалисты. Зато заработал ткацкий цех Рионы. Она показала чудеса мастерства, выткав шерстяную тонкую ткань с необычной узорной текстурой.

Меня вдруг стали посещать дурные предчувствия. Я боялась смерти, своей или ребенка.

Джули, приехав к нам в гости ничего дурного около меня не почувствовала. Недавно они с Доном объявили о помолвке, я была счастлива. Вообще мои друзья, став обеспеченными людьми, начали устраивать свою личную жизнь. Ина, долгое время безответно влюбленная в Ози, нашла свое счастье с одним из моих поставщиков. Их свадьба не за горами. У Гила и Мела имелись возлюбленные. Устоял только Ози.

Я радовалась всему: строящимся домам моих близких – будут вить гнезда, их желанию создавать семьи.

Малышу, которого Ози определил мальчиком, я создала чудесную комнату. Но это потом, сначала я буду держать его рядом. Сама выкормлю, вынянчу. Впрочем, няня все равно была нужна. Оджи, с которым мы подружились, привел мне двойняшек Тину и Литу, они уже работали с детьми и заслужили самые лестные характеристики.

Светлоглазые, улыбчивые девушки мне понравились обе, выбрать я не смогла.

День родов приближался, меня наблюдали целитель и повитуха. Джули обещала вернуться к моим родам вместе с Ози.

Родов я уже не боялась, но никому не говорила о своей тайной тревоге. Она была ни о чем, просто жила где-то внутри. Наверное, это естественно для беременных – нестабильное состояние.

Рожать я начала безо всяких причин раньше на полторы недели. Вдруг схватила боль посреди обеда. Я охнула и зажмурилась. На мой стон сбежались слуги, но меня отпустило, правда обед я продолжать не стала – аппетит пропал. Захотелось кислого, мне подали воду с лимоном. Глотнула и чуть не подавилась – снова скрутило. Сомнения отпали – я рожаю. Без всякой паники отвели в спальню, тут же пришли целитель с повитухой. Схватки пока были регулярными, но через десять минут, значит рожать не так скоро. Вызвали Северуса, который сразу примчался. Он сидел рядом, обмахивал меня веером, гладил и держал за руку. Во время схватки я сжимала его руку.

Целитель сказал, что все идет, как нужно. Схватки участились, я стонала, Рус переживал так, что на его лице отражалось страдание. Меня чем-то поили понемногу, но через пару часов схватки стали сильней и почти слились. По знаку повитухи в комнату начали вносить все необходимое для родов. Целитель почти вытолкал Руса. Сами роды прошли довольно быстро. Я слушала и делала. Малыш закричал и я протянула руки.

- Мы его сейчас обиходим и дадим вам, сенора.

- Нет, - повелительно сказала я, - положите мне его на грудь.

- Мой сыночек, Артуро, здравствуй, - мое блаженство не знало границ.

Я положила его на пеленку рядом и дала грудь. Здесь этого не поймут, но мне наплевать.

Рассматривала его, перебирала пальчики, он уснул и только тогда я его отдала. Запеленутого малыша мне вернули и после этого пустили Руса. Тот влетел и бросился к нашей кровати.

- Сынок мой. Тами, любимая, спасибо! – влажные глаза мужа не отрывались от малыша.

- Наш Артуро красавец, правда?

- Артуро! Да. Такой маленький!

- Ну, что вы, ваше сиятельство! Очень крепенький мальчик. Я навещу вас завтра.

Повитуха хотела положить малыша в колыбель у нашей кровати, но я не дала. Засыпая, услышала залпы и крики у дворца. Народ радовался наследнику, внизу был настоящий праздник. Мне показалось, что проспала я очень мало, когда закряхтел малыш. Сил особо не было, но я дала грудь детке, приказала его обмыть и перепеленать и снова уснула. На следующий день мои близкие уже были рядом с нами. Артуро заплакал, я стала кормить, но он вяло брал грудь. Странно.

- Давайте я перепеленаю и отдам нянькам, - предложила повитуха.

- Я сама, - возразила я, - Сейчас покажу вам мое сокровище.

Мои близкие сгрудились смотреть, а повитуха попятилась.Я аккуратно развернула малыша… Мой крик был похож на звериный. Я вскочила и бросилась к повитухе с протянутыми к ней руками.

- Это не мой ребенок! Отдайте мне сына! Где мой Артуро! – схватив за горло повитуху кричала я.

Меня оторвали от женщины, она сделала шаг назад, схватилась за грудь и рухнула мертвая. Мне было все равно, я рыдала. Мне подменили ребенка.

- Тами, девочка! С чего ты взяла, что это не наш сын? – мягко увещевал меня муж.

Я рванула ворот его рубашки, пуговицы полетели и его грудь обнажилась.

- Смотри! Вот здесь под ключицей родинка. У Артуро она тоже была! Он хорошо ел, а этот ребенок еле-еле.

Я будто заново увидела шрам от кинжального удара.

- Вот это! У убитого официанта был такой же! Кто это сделал?

- Мой брат. Но он мертв.

- Ты видел его труп? Хоронил? Это он! Мой сын в руках чудовища!

Я задохнулась и отключилась. Голоса и звуки долетали до меня, как в тумане.

- Я сожалею, Рус, но это похоже на правду, - голос Джули

- Смотрите! Вот здесь обивка будто надорвана, - голос Гила

Треск срываемой обивки. Голоса-голоса. Скрежет.

- Бог мой! Да это тайный ход!

Тишина. Я хочу очнуться до конца и не могу. Рядом Ози, он дает мне что-то с ложки. Все уходит в никуда. Я очнулась с мыслью, что жизнь моя окончена, в ней нет смысла. Джули видит мои открытые глаза и зовёт Ози.

- Тами! Мы с тобой. Скажи что-нибудь.

Я не хочу говорить, молчу и смотрю перед собой. Я вижу своего малыша, такого чудесного, с темными завивающимися волосиками, большими глазами и ищущим ротиком.

- Он же голодный! Мой сыночек голодный! – вскакиваю я.

Меня обнимают, что-то говорят, я не понимаю. Мне нужно накормить Артуро.

- Его ищут, Тами. Обязательно найдут, надо подождать.

- Тихо, тихо, сейчас они придут и все расскажут.

Я понимаю, что мне надо ждать. Только ждать.

Велина ведет в ванну, я послушна. Она ухаживает за мной, одевает, расчесывает и заплетает волосы. Сажусь в кресло. Входят Гил, Дон и Рус.

- Тайного хода нет ни на одном плане. Он ведет в старую башню, которая закрыта уже не первое столетие. Вход в нее из дворца не просто закрыт, а замурован, а вот выход на улицу оказался открыт. Мы проверили все этажи башни, наверху кто-то жил. Там стоит кровать, стол, стул. Открытая бутылка вина на столе. Бумага и чернильница, – рассказывал Дон.

- Я думаю, скоро потребуют какой-то выкуп. Это может быть что угодно, будьте готовы.

- Я отдам что угодно за своего сына.

Рус крепко прижал меня к себе.

- Да, - согласилась я, - Что угодно. Даже жизнь.

Хуже мне ещё не было. Беспомощность – самое страшное. И страх, всепоглощающий страх за ребенка. Никаких следов не найдено, преступник хорошо подготовился. Вбегает охранник. В дрожащих руках корзинка, в ней щенок со свернутой шеей и письмо. Меня начинает колотить, я хватаю бумагу.

«Мой жалкий братец, ты так и не угадал, откуда твои беды. Как жаль, что ты выжил и имел наглость занять мой трон. Я же давал тебе понять, что твоя личная жизнь невозможна, ты не понял. Теперь ответят все. Твой щенок у меня, двумя пальцами я могу с ним расправиться. Все в твоих руках. Приходите с женой в старую крепость ровно в полночь, надеюсь, щенок до этого не сдохнет от голода. Никого больше, только вы.»

Я застонала, без еды мой Артуро может умереть. Ещё четыре часа! Я не выдержу, мне нужно туда прямо сейчас, никто не удержит. Решительно встаю.