- Вот спасибо, сенора! Век благодарить будем.

Ози, услышав о новых членах команды, только посмеялся. Он доволен был чрезвычайно – хороших поставщиков нашел. Я в лавках увидела наш товар, спросила, как продается.

- Так, от партии к партии, сенора. Эти для заказов висят. Покупатели поставок ждут.

Правильно я решила производство расширять, надо поторопиться. Среди местных купцов знакомствами обзавелась, но про договоры только на будущее сговорились. Особых дел у нас не намечалось, решили по стране проехаться, познакомиться с ней.

Очень мне их льняные поля понравились, аккуратные, ухоженные. Лен какой-то особый, они его белым и золотистым называют. Стебли у него высокие, гибкие. Одна хитрая крестьянка поманила меня.

- Интересуетесь? Могу пару мешочков семян продать. Только тайно и дорого.

Некрасиво, конечно, но уж больно интересен необычный лен. Купила. Виноградники тоже посетили, сам хозяин нас водил, показывал гордо свои владения. Дегустацию устроил. Вино легкое, яркое мне так понравилось, что с собой прикупили и о поставке договорились, благо, страна соседняя.

Красота природы завораживала. Казалось, здесь за всем такой уход, что только расти и расцветай. Бережно все сохраняют. Когда выехали к кристально чистому озеру, утонувшему в горных отрогах, я ахнула от восторга. Лазурная вода, синий оттенок гор и голубое небо делали это место незабываемым. По холмам раскиданы виноградники и оливковые рощи, трава сочная и зеленая, будто красили ее.

Путешествие удалось, в душе поселилось равновесие, красота успокоила и вдохновила. Татьянина семья нас уже ждала, даже выездную оформили, умницы. Здесь она звалась Татина, дочь Альда или Алли, как ее звали в семье, и внучка Ленора. Женщины с любопытством смотрели на наш дорожный дормез, изобретенный и улучшенный Мелом. Мягкие рессоры, удобные сидения, множество дорожных приспособлений делали долгие дороги вполне сносными.

Тати и ее семейство отдала под патронаж Ине, та, с ее материнским инстинктом, умела всех устроить и обогреть.

- Будем создавать моду на ваши кружева. Только боюсь, не поспеете с заказами. Надо ещё мастериц набирать. Будешь, Тати, цехом заведовать.

У нее дух захватило от такой перспективы.

- А пока сплети-ка ты мне шаль красоты небывалой и накидку с рукавами на платье. Рекламу делать надо.

- Уж, мы расстараемся! Век такого никто не видел, - азартно взялась Тати.

- И как это у тебя выходит, Тами? Люди, идеи сами в руки падают? – удивилась Ина.

- Вот, конечно, падают. Их рассмотреть надо. Другие идут себе мимо, а ты цепким глазом хвать! Это ж красота какая! Или удобство… Поняла?

Наши вечера возобновились, народа порой бывало столько, что и на балкон двери открывали широко. Начали появляться новые, часто интересные. Рассказывали о дальних путешествиях, других народах, их обычаях, читали свои произведения, играли на музыкальных инструментах.

Мы любили людей искусства, некоторым помогали. Нашими усилиями не один художник обрел признание. Мои портреты, преподнесенные с благодарностью, уже и вешать некуда было. Явился к нам и маркиз Эрий, как обещал. Блистал остроумием, обаянием и улыбками, но как-то никого из моих не обаял.

- Искусственный он весь, Тами. Актер, - определила Джули.

- Вот и я как-то не расположилась сразу. Глаза у него такие холодные, серые.

Меня словно по лбу ударили. Глаза! Я вспомнила глаза моего похитителя, когда он приблизил свое лицо к моему – серые, стальные, без эмоций.

- Неужели я ошиблась? У Северуса глаза были карие, теплые, сама же говорила. Боже мой! Что же я наделала! А что он говорил, мол украсть снова… Так это ж он о том случае, когда лошадь мою приманил. Я помчалась к Гилу, чуть не врезалась в него, выходящего.

- Гил! Я знаю, кто меня похищал! Я узнала его! Это маркиз.

- Тихо. Все это время мы собирали доказательства и сами уже вышли на него. Сегодня его арестуют и вышлют из страны с пожизненным запретом.

- И ты молчал!

- Мы решили тебя лишний раз не беспокоить.

- Черт! Лучше бы побеспокоили! Я свою личную жизнь разбила вдребезги!

- Тихо, тихо, - гладил меня по плечу и успокаивал мой друг, - Все устроится, увидишь.

Что ж я за дура такая! Любимому не поверила, своими руками его оттолкнула. Не простит. Я даже не знаю, как ему о своих подозрениях рассказать. Не простит точно! Весь вечер около меня просидели подруги. Я рыдала и кусала подушку.

- Поезжай-ка ты с сыном на природу, - решила семья.

И я подчинилась. Здесь покой и просторы, бег по росе и конные прогулки, игры с сыном и тихие вечера. Первый вечер прошел в умиротворении, а во второй нежданно ворвался Северус. Он схватил меня за локоть, усадил и прорычал:

- Сиди и слушай. Даже не пытайся уйти, пока я не договорю. Я тебя люблю. Не знаю, что ты там себе надумала, но я ни в чем перед тобой не виноват. Да, я скрыл свое герцогство. Исключительно из опасений, что ты не станешь со мной общаться, посчитаешь, что с моей стороны это несерьезно. Я - взрослый мужчина, владетель небольшой страны, хозяин своей судьбы, знаю чего хочу. А хочу я назвать тебя своей женой. И попробуй мне отказать! Украду, запру в замке пока не согласишься.

- Давай! – сияя глазами и бросившись ему на шею радостно крикнула я, - Я согласна!

- Господи! С тобой святой не выдержит! А что это было раньше?

- А раньше это была моя глупая ошибка. Думала с ума сойду от горя!

- Ну, все. Никаких ошибок. Я за тобой слежу, помолвка через два дня, не позже. И никаких но!

Я даже не спросила, где будет помолвка, просто собрала себя и Ори и укатила домой. Влетела как раз успев на ужин. Вид у меня был такой, что все вскочили.

- Ужас, ужас! У меня помолвка через два дня, а я совсем не готова!!!

Тишина. Все замерли от неожиданности.

- Да, отомрите же! Герцог Северус и я давно любим друг друга. Он сделал мне предложение. На помощь! Мы ничего не успеваем.

Сначала эти негодники рассмеялись, глядя на мои вытаращенные глаза, потом деловито начали обсуждать подробности того, что нужно сделать.

Тати молча принесла накидку на платье. Увидев этот шедевр все ахнули. Такого здесь не видели.

- Где будет помолвка? – спросили меня.

- Я не знаю, - растерянно ответила.

- Завтра прямо с утра узнаем у герцога. У Тами кратковременное размягчение ума, - спокойно планировала Джули.

Меня напоили успокоительным, уложили в постель и оставили.

- Совещаются, - решила я, засыпая.

Мои друзья и герцог устроили все наилучшим образом. Оказывается у него здесь был просторный дом, где и организовали праздник.

Никто бы не поверил, что так быстро можно все сделать на высочайшем уровне. Даже швеи сеноры Валетти трудились над моим платьем всю ночь. Моя накидка ее так вдохновила, что платье к ней вышло просто восхитительным. Я бесконечно крутилась перед зеркалом, представляя, как мы с Северусом идем рука об руку. Была и ложка дегтя. Его матушка, моя будущая свекровь показала, насколько она не рада нашему браку. Не словами, нет. Выражением лица. Она согласилась присутствовать, взяв с нас обещание, что сына мы назовем Артуро, в честь отца Северуса, а дочь Авророй в честь нее. Имена мне понравились, почему бы и нет.

Этот праздник здесь запомнят надолго. У ворот дома уличные музыканты играли романтический мелодии, гости шли по белой дорожке, усыпанной розами. Меня, приехавшую из дома, встречал мой жених, безумно красивый в своем бархатном костюме. Он не дал мне и шагу ступить, поднял на руки и внес в дом. Это было неожиданно и ново, гости аплодировали.

Даже боржи приехали на наше торжество. Стол с подарками был завален так, что пришлось приставлять ещё один. Северус поставил меня на невысокий подиум, увитый цветами и листьями, встал рядом и надел фамильное кольцо на палец. Зал взорвался приветствиями и аплодисментами. В конце зала был устроен обильный шведский стол, многие уже отдали дань искусству наших поваров.