И в НАТО, конечно, не могли оставить эти события без внимания. Американцы создали самоходную РСЗО типа M270 MLRS, принятую на вооружение Вооружённых сил США в 1981 году. Позже она поступила и в армии других стран НАТО и внеблоковых союзников США. До 2003 года заказчикам передали около 1,3 тысячи боевых машин, выпущенных в США и Европе, и более 700 тысяч боеприпасов различного типа к ним.

Название данной системы — MLRS, что и означает «реактивная система залпового огня», стало нарицательным. Позже на её базе создали лёгкую колёсную РСЗО типа HIMARS, которая попила немало крови нашим войскам в будущей войне и даже отчасти поменяла некоторые представления о возможностях РСЗО дальнего действия. И такие машины нужны нам раньше. Вообще, с того момента, как на вооружении появились управляемые снаряды для РСЗО, разница между РСЗО и оперативно-тактическими ракетными комплексами стала постепенно стираться. Вот куда стоит смотреть нашим артиллеристам.

Василевский обещал подумать, кого можно поставить на это управление. Ну, вскоре он станет министром — тогда и флаг в руки. Я просто намекнул ему, что точными ударами издалека можно разгромить чужие штабы, мосты и склады, не привлекая авиацию и не неся прямых потерь. Полководец тут же прикинул получаемые ништяки и представил перспективы. Он отлично знает, что такое потеря руководства войсками. Насмотрелся в своё время.

Осталось встретиться с авиаконструкторами. Нам необходим резкий рывок вперёд, потому что я хочу начать войну в Корее раньше на год. А там нам потребуются самолёты всех типов.

Мои подчинённые поглядывают на меня исподлобья. Только что объявил им о создании отдельного 7-го управления, предназначенного для особо секретных операций. Пуще всего усердно зыркает Судоплатов. Так, ему его и возглавлять. Тем более что иду ему навстречу и разместятся они в зелёной зоне столицы. Благ лесов тут ещё полно. Слишком уж у них будет специфическая задача. Но ничего, генерал, менять тебя не собираюсь. Хватит тебе прятаться в Службе «ДР». Самое время заняться настоящим делом! А националистов гасить будут твои воспитанники. Нам же пора запускать операцию «Золото гномов». Ох, чую, влетит мне от товарища Сталина. Потому и собираю тщательно бумажку к бумажке. Благо Эйтингон и Ивашутин кое-что ценное уже привезли. Почуяли запах денег и, как хорошие гончие, взяли след. Рядышком сидят возвратившиеся из-за рубежа Наум Эйтингон (он как раз возглавит один из отделов), Ивашутин и Копелянский. К уже проверенным сотрудникам я добавил известного мне по будущему подполковника Прудникова. Вызванного с Украины генерал-майора Дроздова, который отлично проводил с Судоплатовым мероприятия по уничтожению указанных мной бандеровцев, засевших в подполье безо всякого суда и следствия. Где-то там сгинул и молодой Кравчук. Ибо не хрен!

Присутствует и полковник Коротков. Он отлично знает Германию: служил перед войной там заместителем резидента НКГБ, а год после войны пребывал полноценным резидентом. Сейчас управляет 4-м отделением в Комитете по информации, занимается нелегальной разведкой. Но я добился перевода сюда. Молотов выслушал мои аргументы и согласился. Его явно впечатлили успехи в Прибалтике и на Украине. В первой националистическое подполье фактически разгромлено, во второй — при издыхании. Поляки и чехословаки также работают на совесть. Я поделился с ними информацией. Ну и куда без Питовранова! Генерал-майор будет заместителем управления. Это как бы для него понижение: он сейчас руководит Вторым главным управлением. Но он мне со своим авантюризмом нужен здесь.

Мне внимают те люди, которым я доверю сейчас сокровенное. Нет, не историю будущего. Оно уже изменилось. Я слежу за газетами и замечаю странное несоответствие там, где я ещё не «поработал». Такое впечатление, что в этом мире я не одинок. Неужели Провидение ещё кого-то направило или это параллельный мир, с которым соответствий не так много? Пока мне непонятно. Я же сейчас провожу короткую лекцию о том, против кого мы на самом деле будем воевать.

— Первая попытка создать в Нью-Йорке центр мировых финансов при золотом обменном стандарте, управляемом США, провалилась в сентябре 1931 года, когда Великобритания, а вместе с ней и ряд других европейских стран отказались от золотого стандарта. Крах оказался закономерным и полностью предсказуемым, учитывая хрупкую международную систему банковских кредитов и гарантированных облигаций. Эту систему построила «Дж. П. Морган и К°» после Версальской мирной конференции в 1919 году. В 1930 году, когда сельскохозяйственная депрессия в Америке достигла пика (усугубленная рекордной засухой и пыльными бурями), разорилось 1345 банков. Пыльные бури стали результатом десятилетий экстенсивного земледелия без севооборота. Большинство разорившихся банков — небольшие сельские фермерские банки. Распространение изъятия вкладов из оставшихся банков вело к ещё большему количеству банковских банкротств.

К 1931 году закрылось уже 2294 банка — почти в два раза больше, чем в предыдущем. И ещё 1453 банка закрыли свои двери в 1932 году. К этому моменту (в год президентских выборов) кризис перекинулся с отдельных банков на целые штаты. Губернаторы штатов начиная с Невады, стали объявлять «банковские каникулы» на своей территории в попытках остановить панику снятия наличных. Вскоре паника распространилась и на промышленный штат Мичиган. Опасаясь неизбежной девальвации американского доллара по отношению к золоту, иностранные центральные банки и прочие держатели долларов начали переводить свои доллары в золото. Это сделало финальный кризис ещё более определённым, укрепляя решимость ФРС держать золотой паритет любой ценой, независимо от последствий для внутренней экономики.

Повышение ставок убило последние шансы на восстановление внутренней американской банковской системы и ещё более усугубило внутренний кризис. Кризис, в свою очередь, подпитывал бегство вкладчиков из банков. В период с августа по ноябрь денежная масса США (в том числе циркулирующая валюта и банковские вклады) сократилась на 8% — беспрецедентный случай в короткой истории Федеральной резервной системы. Одновременно золотые запасы Федеральной резервной системы, которые теоретически должны возрасти после повышения процентных ставок, упали на тревожные 11%.

Между крахом фондового рынка в октябре 1929 года и концом 1932 года (всего за три месяца до инаугурации Франклина Делано Рузвельта в марте 1933 года) национальное богатство Америки испарялось с невообразимой ранее скоростью. Национальный доход (ВВП) упал с 88 миллиардов долларов почти в два с лишним раза — до 42 миллиардов к концу 1932 года.

Среди неразберихи крушения нью-йоркского фондового рынка в 1929–1933 годах и разорения тысяч небольших региональных банков по всей Америке в высшем эшелоне нью-йоркской банковской элиты шла титаническая борьба за власть.

Борьба за то, кто же выйдет из этого кризиса сильнейшим. Впервые в истории США (за исключением периода Гражданской войны) на американском рынке капитала преобладал государственный долг правительства США. В 1930 году, через несколько недель после обвала нью-йоркского фондового рынка в октябре 1929 года, государственный долг США стоял на уровне чуть более 16 миллиардов долларов — всего 22% от национального дохода. К концу Второй мировой войны, в январе 1946 года, государственный долг составил 278 миллиардов долларов, или 170% от ВВП. Это означает, что номинальный долг федерального правительства всего за шестнадцать лет вырос более чем на 1700%.

Слушают внимательно, но заметно, что наши политинформаторы и пропагандисты облажались. Вместо общих слов лучше бы преподавали вкратце мировую политэкономию в лицах. Тогда те изменения, что на самом деле происходили в мире, помогали бы принимать более правильные решения в ответ. Но вот как раз императив «нужны верные, а не умные» и привёл нас к войне со страшным противником, а в итоге — к огромным потерям, которые сказывались до восьмидесятых годов. Вот и сейчас мы нищие без штанов, создаём атомных и ракетных титанов. И стоит донести хотя бы до части людей, допущенных к информации, как оно обстоит в мире на самом деле.