Тяжёлые гуманоиды двинулись в лоб, и их молоты раскачивались в такт шагам. По флангам нас обходили чешуйчатые твари широкими полукружьями, а мелкая пакость по центру шла последней и подсекала отстающих когтями для острастки. Я насчитал сорок голов в первом эшелоне, и столько же подбиралось во втором.

— Ну, рыцари смерти, покажите чего стоите. И голову того хмыря мне на блюдце чтоб принесли.

Рыцари, в полном молчании, тронулись с места одновременно. Шесть пар сапог встали на камень в центре плато, и ятаганы взметнулись вверх.

Шесть аур Дыхания Смерти разом расширились.

Чёрно-зелёные облака стекли с плеч и колен моих Рыцарей, потекли по камню низкой плотной волной и сомкнулись над пятаком в одно общее поле. Поле прокатилось вперёд, накрыло мелкую пакость первой и встретило тяжёлых гуманоидов в момент удара молотами.

Молоты рухнули в пустоту.

Передовая волна осыпалась прахом за пару секунд. Плоть и кости стекли с гуманоидов одновременно с чешуёй и когтями тварей с флангов. Снаряжение опало в сухую пыль с глухим металлическим звоном, и пепельный ветерок понёс прах в сторону каньона, оставляя после себя только запах нагретой стали.

Уцелевшая часть толпы откатилась назад единой волной. Кто-то выронил молот и тут же споткнулся о собственного соседа, а весь второй эшелон дружно забыл, как дышать.

Над плато повисла гулкая тишина, в которой особенно отчётливо был слышен скрип чьего-то сустава.

Хорг застыл с раскрытым ртом. Ха-хах. Сейчас в его рот можно было бы легко загнать сапог сорок шестого размера.

Виктория за моим плечом издала довольный горловой звук, а Кристиан рядом с ней разглядывал место, где минуту назад топтались сорок голов первого эшелона.

Я опустил щит ещё на полметра и заглянул Хоргу в лицо.

— Хорг. Мое предложение всё ещё в силе. Снаряжение и эссенции к моим ногам, и я подумаю, разумеется после того как ты деятельно извинишься за свой язык.

Лицо Хорга медленно сменило цвет с серо-зелёного на бронзово-багровый, под бронёй у него глухо загудело, и по плечам поползли тонкие багровые жилы, втягиваясь в нагрудник через шипы.

Бронзовые шипы вспыхнули.

Хорг ударил кулаком в собственный нагрудник и взревел, и над плато прокатилась волна давления такой плотности, что у Кристиана за моей спиной отчётливо зазвенела кольчуга.

Я скользнул взглядом по Кристиану, он устоял, вцепившись в эфес, и затем переключил внимание на шестёрку Рыцарей.

Аура Хорга прошла сквозь чёрные латы и ушла дальше, не оставив на них ни единого следа. Брох даже не повёл шлемом, Кайна по правую руку перехватила ятаган удобнее, и их шеренга осталась стоять в той же небрежной позе.

Шестьдесят первый уровень против благословения Смерти отыграл вхолостую, и ставки в этой партии получились односторонние с самого начала.

Хорг почуял, что его фокус не сработал, и взревел заново.

— Все на них! Уничтожить тварей!!!

Уцелевшие хлынули лавиной, потому что после ауральной демонстрации стало понятно, что одного касания не хватит, и в ближний бой полезли молоты, шипастые палицы и когти.

Рыцари наконец подняли клинки.

Шесть лезвий полыхнули белой костью под ауральным маревом, и шестёрка тронулась с места одним движением. Брох с Мордом ушли в центр клином, Кайна и Тенрик закрыли фланги, Ворген принял на себя тыл.

Я поднялся на щите на пару метров выше, чтобы ничего не загораживало мне обзор.

Брох встретил первого тяжёлого гуманоида плечом в нагрудник и одним росчерком рассёк противника от ключицы до бедра, а кислотная плёнка осталась на отлетающем куске брони и зашипела в полёте, опадая хлопьями ржавчины. Морд поймал второго на встречном движении, ушёл с линии и ударил снизу вверх, так что тушу разнесло на две части ещё до того, как она коснулась камня.

Дальше клин просто прошёл сквозь толпу. Фланги осыпались чешуйчатыми ошмётками, центр захлёбывался кислотным шипением. На пятаке стало тесно от падающих кусков и тихо, живых противников не осталось.

Я мысленно поставил галочку напротив графы «выбор материала окупился сполна». Ятаганы шли продолжением рук Рыцарей. Движения у шестёрки складывались в почерк ветеранов на десяток уровней выше. Похоже, Смерть положила в комплект к ауре ещё и порцию боевой моторики. Жирно с её стороны, ну да я не в обиде.

За три минуты пятак перед расселиной превратился в анатомический театр под открытым небом, и от толпы осталась тройка: Хорг и пара его телохранителей, отступившая к скале.

Кристиан за моим плечом издал звук, в котором звучало восхищение.

— Геральт. Это твоя личная гвардия?

— С сегодняшнего дня, ваше высочество, именно она.

— Личная гвардия сюзерена, — тихо повторил он, будто пробовал формулировку на язык.

Виктория хмыкнула за моей спиной.

— Милорд. Признаться, я недооценивала ваши столярные таланты.

— Это была заточка, а не столярка.

— Тем более, милорд.

Хорг бросил взгляд на собственных громил, потом ткнул в Дагора пальцем размером с копчик.

— Эй, черный. Ты у них главный?

Дагор повёл шлемом из дымки.

— Дуэль один на один до смерти. Если завалю тебя, твои щенята положат оружие. По рукам?

Дагор повернул шлем в мою сторону.

— Кагор, прояви себя, — кивнул я ему в ответ.

Хорг рявкнул что-то на языке из одних согласных, и телохранители отошли ему за спину. Бронзовые шипы на нагруднике полыхнули вторично, а над правым плечом вожака материализовался артефакт-молот размером с пивной бочонок и крошечным смерчем над ободом.

Дагор шагнул в круг с ятаганом в опущенной руке, и от его расслабленной походки у меня потеплело в груди по-отечески. Хорг же, наоборот, прыгнул на него с занесённым молотом.

Боёк пошёл вниз. Дагор лениво ушёл с линии в полшага. И молот ушёл в низ…

БУМ!

Пятак брызнул крошкой, Кристиан рядом со мной невольно отступил на шаг. Хорг крутанулся всем корпусом и пустил молот по диагонали.

Дагор принял молот на щит, сел на колено под весом и тут же ответил ударом снизу вверх. Лезвие чиркнуло Хоргу по бедру, тот отдёрнул ногу с обиженным рыком. Шкура выдержала, а вот кислотная плёнка осталась на штанине широкой полосой и зашипела…

— Капитан, не балуй, — пробормотал я под нос. — Заточил же на совесть.

Виктория за плечом тихо хмыкнула.

— Милорд, он играет.

— Вижу.

Хорг тем временем прозрел, что играют действительно с ним, и обрушил на Дагора подряд серию ударов. Молот метался угольной полосой, а Дагор уходил с линии впритык, и в его движениях читалась снисходительная неспешность, с которой взрослый отбирает у ребёнка деревянный меч.

На пятом ударе вожак изловчился, поймал ятаган в клинч между молотом и нагрудником и перекинул моего капитана через бедро.

Дагор грохнулся спиной о камень. Молот прошёл сверху и снёс с его плеч шлем, точнее, плотную дымку.

— Готово! — Хорг встряхнул молотом над головой. — Один минус, пятеро на очереди!

Уцелевшая пара телохранителей издала торжествующий гул.

Однако, гул оборвался на середине вдоха.

— Чё⁈ У тебя не было головы?

Из-под обрубка шеи Дагора пополз вверх столб чёрного тумана, он закрутился винтом и собрался в новый шлем и внутри него, в прорезях зажглись зелёные угольки.

Дагор поднялся с земли в одно движение.

Я присвистнул про себя, а у Хорга распахнулась пасть.

Дагор поднял ятаган и коротким движением вогнал остриё под край нагрудника Хорга, на ладонь, не глубже.

Бронзовая броня издала короткий чайный свист. Пшшш-с-с… Жилы под кожей вожака поплыли по швам, и в следующую секунду Хорг мгновенно высох изнутри: лицо у него ввалилось, бронзовые шипы на нагруднике осыпались бурыми хлопьями, плечи провалились, и тело осело на колени, а потом завалилось на бок. Молот покатился в сторону и заглох у валуна.