О, эта вывеска мне вообще нравится: «Клуб „Белая Ладья“, шахматы, шашки». Так и пахнуло незабвенным: «Шахматный клуб четырех коней», или «Красный эндшпиль», или «Потеря качества при выигрыше темпа»[29].

Между прочим, вывесок о театральных представлениях много. Вот, для детей, например: «Приключения кота Леопольда в Америке».

Магазин книги «Черное море». Зайти, что ли? Внутри небольшой зал, заполненный печатной продукцией, есть журналы, газеты, буклеты. Абсолютно все на русском языке, причем издано в США, Франции, Германии. А, нет, советские издания тоже есть. Ох, нифига себе, даже моя книжка о приключениях магаданских мальчишек имеется. Какими путями она сюда-то попала? Не удержался и купил, хотя зачем, спрашивается? Ладно, подарю кому-нибудь на Аляске.

Кстати, не зря в 90-х сняли комедию «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-Бич опять идут дожди». Фильм, конечно, так себе, но параллель в нем ясная — показана связь между так называемым «русским» районом Большого Яблока и Одессой. Да тут каждая третья вывеска ассоциируется с Черноморском, как Одессу в «Золотом теленке» обозвали. Хотя вон, магазин «Ташкент» тоже имеется.

Самое забавное — люди. Такое ощущение, что попал опять в СССР, только изобильный на магазины и какой-то гипертрофированный, что ли. Я уже привык, что в США нужно старательно улыбаться, иначе народ тебя просто не понимает, смотрит подозрительно. Говоришь кому-нибудь «Хай» и сразу лыбу тянешь, вот тогда все нормально.

А тут люди советские, глядят сурово. Даже одеты все, будто мы в Союзе. Нет, богато по меркам СССР, джинсы там, куртки болоньевые и кожаные, но все равно, словно на каждом штамп стоит «made in USSR», невидимый, но несмываемый. Вот как так?

Привлекло меня объявление «Праздничные цены на „Русский край“: крупы, грибы, соленья, салаты. Sale», и рядом «Свежее мясо с фермы». Лавочка, кстати, называется «Tasted Russia». Ну, посмотрю, что тут за «вкус России». Зашел посмотреть.

Ну, точно, «здесь русский вкус, здесь Русью…» шут знает, как дальше продолжить. Действительно — все есть: селедка соленая, грибы сушеные (интересно, где собирали?), огурцы и капуста квашенные. О, «Бабушкина сметана». Взять что ли? Наклонился, рассмотреть получше баночки на полке. Хрясь, меня чуть не смело с ног, еле устоял, но за витрину с товарами пришлось хвататься. Обернулся, сразу ясно стало, в чем дело — прется такая корова толстая, задница во весь проход между стеллажами.

Узнаю, узнаю советскую высокую культуру быта. Нет, чтобы попросить посторониться, нет, толкнула жопой и пошла дальше, как будто так и надо. Так-то в Америке принято «I’m sorry» говорить даже, если чуть-чуть другого заденешь, но местные жители выше этого. О, уже кто-то ругается. Глянул в другой проход — обладательница необъятных ягодиц зацепилась языком с такой же «фигуристой» теткой'. Ну, натуральный одесский привоз, мат на мате стоит, а остальные посетители внимают уши развесив, развлечение им, видите ли, подогнали бесплатное.

Мне в прошлой жизни говорили, что даже в 2020-х Брайтон-Бич оставался эдаким заповедником 80-х и 90х годов, островком кажущейся стабильности в бурном море изменений.

Забавно, люди ехали в эмиграцию, говорили, что мечтают о лучшей доле, о профессиональной востребованности, а на деле привезли Советский Союз с собой, причем в его худшем изводе. Ну, никакой разницы я не вижу с нашей страной, кроме изобилия товаров в магазине. Очень похоже на 90-е в начальные годы, когда антураж 80-х еще остался и люди те же, а вот магазинов стало уйма, ну и без гиперинфляции, потому как цены тут в долларах.

Мое внимание привлекло странное здание с выгнутой стеной. Театр какой-нибудь, что ли? Оказалось, местная синагога. Да уж, забавная архитектура.

Кстати, черные и латиносы довольно часто попадаются, но даже они не улыбаются. Наверное, прониклись уже местными традициями.

Но я проголодался, надо бы зайти куда-нибудь перекусить. Почему бы и не сюда? Недалеко обольщала прохожих вывеска «У тещи», а ниже на английском: «At your Mother-In-Law». Еще на плакате была нарисована тарелка с борщом.

Спрашивается, почему именно у тещи-то? Я бы понял «как дома» или «как у мамы». Ежели теща не шибко любимая, то ведь и травануть может, бывали, знаете, случаи, ну, если фольклор не врет. Хотя зятья тоже не отстают:

' — От чего умерла ваша теща?

— Грибами отравилась.

— А почему на шее синие пятна?

— Так есть не хотела!'

Ладно, рискну, тем более, что нечего верить стереотипам. Немало я знал тещ, которые очень даже любили своих зятьев. Даже пар случаев знал, когда у зятя лучше отношения с мамой жены, чем с самой супругой. А что, бывает и так.

А ничего тут, уютненько. Не ресторан, скорее, столовая с самообслуживанием, как в СССР. Берешь поднос и сам набираешь, что на тебя глядит завлекательней.

А лица, то все наши вокруг. За дальним столиком мужская компания пару столиков вместе составила и в «козла» забивает, но шумят не сильно, со всего маху по столу костяшками не хлопают. Ну, да, выгонят же иначе. И разговоры оттуда исключительно на русском:

— А вот раньше…

— В Союзе было лучше.

— Там хоть все понятно было.

Половина столиков не заняты, за остальными родные неулыбчивые лица. Мамаша поучает ребенка:

— Будешь капризничать, тортик не получишь.

Что-то на отпрыска угроза не действует, все равно ноет:

— Тут лу-ук, я его не люблю-у-у.

И пузыри из носа.

Отечественная столовка прямо. И ассортимент хоть и богатый, но вызывающий ностальгию: борщ, солянка, щи. На второе есть котлета, шницель, гуляш, голубцы, фаршированный перец, люля, жареная курочка. И, конечно, компот, как без него. Рядом стаканы, наполовину наполненные «домашней» сметаной. Но вообще блюд много, салаты всякие: оливье, крабовый, винегрет, цезарь. Даже гречка есть, которую в Штатах только русские и едят, настоящий узбекский плов, вон, уз него даже неочищенная головка чеснока торчит. А вот всяких форшмаков и цимесов отнюдь не наблюдается.

А еще всякой выпечки полно. Ценники вперемешку, на беляшах, блинчиках с мясом и капустой, хачапури с сыром надписи на русском и тут же пирожки, а на бумажках отчего-то: eggs and onion, potato, cabbage[30].

Поставил на поднос солянку, плов, крабовый салат, стакан с компотом, поверх него беляш положил, пошел к столику рядом с окном. Я люблю, когда красивый вид перед глазами, а тут невдалеке море нараспашку.

— Эта, мистер, не возражаете, если я тут сит даун? Это мой любимый тэйбл.

Ох, знаток языков какой, практически полиглот. Оторвался от солянки, рядом парень топчется лет двадцати пяти, в руках поднос. Показал ему рукой вежливо, мол, садись.

— Спасибо, мистер. Эта, сэнкс.

— Да не мучайся ты так, говори нормально, — мне аж жаль стало бедолагу.

— О, русский что ли? А прямо, как не наш.

— Я с Аляски сейчас, — объяснил диспозицию.

— А чего сюда приехал?

— Да вот, вишь, солянки страсть как захотелось. Ну, где я на Аляске настоящей солянки поем? И плова тоже, — прости, парень, но на глупые вопросы принято давать дурацкие ответы.

— Изяслав Варшавский, — представился парень.

— Алекс, — не стал говорить я фамилию, — Имя у тебя замечательное, стоило ли с таким уезжать из Союза? Здесь, считай, все его преимущества пропали.