— Выдохни! — Закричал Коннелл. Поток ослепительно белой энергии вырвался из его палочки и обрушился на Лича.

Другие пользователи магии тоже начали колдовать, потоки сталкивались в портале, как ленты молний. Через несколько секунд воздух наполнился резким запахом озона и неудивительно. Это были многовековые практики, которые использовали самую мощную магию, которую я когда-либо видел. Любой мой вклад был бы ничтожен по сравнению с этим.

Я все равно приготовил свою трость, косясь на сверкающее место удара, где только что появился Лич. Сколько еще магии сможет выдержать его защита? Я подумал, что она, несомненно, дает сбои, хотя и скорее с надеждой, чем с убеждением. Лич был магом в первом поколении и черпал силу от существа более древнего, чем старейшие святые, существа, которое жаждало хаоса.

Черное щупальце вырвалось из вспышки света и обхватило горло практикующей женщины. Она выронила палочку, когда щупальце подняло её в воздух. Другое щупальце вцепилось в длинные светлые волосы мужчины и сбило его с ног. Он закричал, перекрывая шум.

Я бросился к женщине, которая была ближе. Я инстинктивно потянул за рукоять меча, забыв, что магия Лича удержала клинок внутри посоха. Он не поддавался.

Сменив хватку, я нацелил трость на щупальце и крикнул:

— Энергия!

Как и в случае с погребом Ласло, сила, исходившая от трости, прошла сквозь щупальце, как будто его там и не было. Я выстрелил в еще несколько щупалец. Крики и сдавленный визг перекрыли общий шум. Пока маги размахивали руками, потоки энергии из их палочек уменьшались, пока я снова не смог увидеть Лича.

Теперь он был крупнее и ближе. Его палочка и рука поддерживали защитное поле, в то время как извивающиеся щупальца росли из его спины. Без Старшей книги, способной остановить поток влияния Дхуула, Лич стал сильнее, чем в прошлый раз, когда он появился в образе Чикори.

Я подумал, что на этот раз он действительно может одолеть их.

Раздался дикий лай, и несколько мастифов из Убежища пробежали мимо меня. Коннелл попытался окликнуть их, но они не обратили на это внимания. Они менялись на бегу, белое пламя окутывало их мускулистые фигуры, делая их более крупными и мифическими. Один за другим они прыгали на портал, на Лича, но тут же распадались на части. Белое пламя дождем лилось по поляне.

— Подчинитесь силе Дхуула! — Крикнул Лич, его коренные зубы выпирали из-под кожи на челюсти — Подчинитесь, и все будет прощено! Я заберу вас с собой! Я сделаю вас всех бессмертными!

Щупальца, торчащие из его спины, сильно дернулись. Раздались два болезненных хруста, и женщина и светловолосый мужчина, которых он схватил первыми, рухнули на землю.

— Альтернатива это смерть — закончил он.

Гнев взорвался во мне и вырвался из моих легких криком:

—Форза-Дура!

Я замахнулся тростью на Лича. Где-то под бурей эмоций я понимал, что это бесполезный поступок. Но это был маг, который убил мою мать, который наблюдал, как она сгорает, и который продолжал демонстрировать свое пренебрежение к жизни. Мое заклинание было настолько спонтанным, что, без сомнения, оказалось бы неэффективным.

Но сила, вырвавшаяся из моей трости, ошеломила мага. Я на секунду моргнул. Я не мог себе этого представить. Лич сделал шаг назад, его щупальца сжались. И выражение его лица… То, что осталось от дедушкиных чар, причинило боль сукиному сыну.

Я набрал в грудь воздуха, чтобы произнести еще одно слово, но прежде чем я успел произнести это слово, ко мне метнулось щупальце. Я взмахнул тростью, преграждая ей путь. Щупальце поймало трость, обернув опаловый конец.

— Выдохни! — Закричал я, изо всех сил пытаясь удержаться.

Свет и сила исходили от опала, но щупальце заглушало и то, и другое. Я отклонился от его мускулистой хватки, каблуки моих ботинок вонзились в землю. Когда щупальце, извиваясь, потянулось к моим побелевшим костяшкам пальцев, я начал ощущать разрушительную силу Лича, начал ощущать, как мои мысли трещат по швам, угрожая вылиться в насилие и беспорядок. Напряженный стон вырвался из-под моих стиснутых зубов, пока я боролся за то, чтобы удержать трость, а также за свое здравомыслие.

Несмотря ни на что, что-то подсказывало мне, что ты не можешь потерять свой меч и посох.

Лич смотрел на меня сверху вниз, сосуды на его голове пульсировали. На его лице отразилась мрачная решимость, несмотря на то, что прибыло еще больше магов, и свежая энергия ударила в его щит. Теперь я практически сидел, как якорь в игре в перетягивание каната, мои ладони горели огнем. Щупальце потянулось к моим сведенным судорогой рукам. Моя хватка ослабла до конца рукояти трости.

И лезвие выскользнуло.

Я упал на спину. Щупальце метнулось обратно к порталу, сжимая мой посох. Я услышал, как вокруг меня с глухим стуком упали маги, когда оставшиеся щупальца отпустили их. Щупальца исчезли в портале вместе с Личем, когда последние эманации, исходящие от чародеев, закрыли отверстие.

По безмолвной поляне поплыл дым.

Кто-то закашлялся. Я перевел взгляд с обнаженного клинка на звук и увидел, что одна из чародеек, которую подняли, корчится на земле, схватившись за горло. На коже вокруг её шеи виднелись зелено-черные кровоподтеки. её глаза безумно выпучились из орбит.

Арианна бросилась к ней и произнесла исцеляющее заклинание. Мгновение спустя свет от её палочки окутал женщину. Когда свет погас, женщина исчезла, её перенесли во дворец, чтобы очистить от магии Шепчущего. С несколькими другими пострадавшими другие пользователи магии поступили аналогичным образом.

— Это было какое-то безумное дерьмо — сказал Джеймс, подходя ко мне, и из кончика его палочки повалил дым.

Я тупо кивнул, наблюдая, как двоих убитых накрывают проявленными простынями. За ними седеющий маг наклонился, чтобы поднять свою палочку. Я внимательно наблюдал за ним, гадая, не Марлоу ли это, мой отец.

— С вами обоими все в порядке? — спросил Коннелл.

— Я в порядке — сказал я, поворачиваясь к нему лицом. Джеймс пробормотал что-то похожее. Я посмотрел на то место, где несколько мгновений назад был портал — Он закрыт? Он может вернуться?

— Все надежно запечатано — заверил меня Коннелл.

Ужасная мысль пронзила меня.

— Вернувшись сюда, я позволил ему пройти?

— Любой проход создает временную брешь в мембране между нашими мирами, но это не твоя вина, Эверсон. Сила Лича растет так быстро, что скоро он сможет приходить и уходить по своему желанию.

Что ж, это определенно моя вина, с тоской подумал я, вспоминая свой триумф, когда уничтожил то, что, как я думал, было книгой Лича. Коннелл сжал мое плечо и посмотрел мне в глаза. Под слоем пота на его лице проступили едва заметные шрамы.

— Мы на войне, Эверсон. Это самая важная война, которую мы когда-либо вели. Мы не можем переживать за каждую битву. Это может показаться бессердечным, но такова реальность. Важно то, что ты знаешь правду и что ты здесь — Он крепко хлопнул меня по плечу — И ты привел подкрепление.

Я кивнул, все еще не уверенный, что не облажался.

— Это Джеймс Вессон — сказал я — Джеймс, это Коннелл.

Когда они пожимали друг другу руки, Коннелл сказал:

— Мы следили за тобой несколько лет назад.

Джеймс бросил на него подозрительный взгляд, в то время как я вопросительно нахмурил брови. Затем я вспомнил о способности Фронта подключаться к демоническому царству. Как и в случае с Табитой, у них, должно быть, была связь с демоном, который вселился в Джеймса, когда он был подростком.

— А её ты уже знаешь — сказал я, кивнув в сторону Табиты, которая только что спустилась с дерева. Она направилась к нам со словами:

— Во что, черт возьми, ты меня втянул? — выражение её лица стало кислым.

— Табита — представился он — я Коннел. Добро пожаловать

Она пробормотала что-то о том, что уже несколько дней не ела нормальной еды.

— Пойдем — сказал Коннелл, уже шагая с поляны. Давай вернемся во дворец. У нас много дел, а времени мало.