С трудом поднялись с травы в 17 часов и пошли на банкет. Навстречу нам идут Костенко, Мамонов и Шарлаев в поисках места, куда вписать рюкзаки. Оставили их в магазине.

На банкет мы явились ровно в 18–00. В чистых желтых майках с надписью «TRAVEL-RU — сервер о туризме и путешествиях». Но многие посольщики были в пиджаках при галстуках. При 30-ти градусной жаре!

Народу было около сотни. Одни только русские. Недавно назначенный новый консул разослал факсы с приглашениями всем «нашим» в стране — даже у художника Леонида в Карибибе мы видели такой же факс, как и у летчиков в У-Бее. Однако, когда в одной стране проживает много русских, отнюдь не все они горят желанием видеть друг друга. Мы помним, как в Аддис-Абебе многие наши соотечественники избегали контактов друг с другом. А здесь, консул, решил если не «померить» всех друг с другом, то хотя бы познакомиться со всеми сразу. В результате, ему это почти удалось, вот только подходить к закускам никто не спешил.

Банкет превращался в чисто политическое мероприятие.

Русские женщины тянут нас к столам, чуть ли не за руки: «Ну, вы же голодные ну, посмотрите какие сэндвичи, какая горячая колбаска…» Ну как мы могли объяснить им, что только недавно обожрались в ресторане чуть ли не до обморока?! Спасибо большое всем русским тетушкам, которые в тот вечер наготовили столько вкусностей! Пусть не обижаются на наш «плохой аппетит» — в этом виноваты только мы сами. Впрочем, к вечеру мы покушали все же фруктов и виноград.

Вот музыка стихла. В центр банкета вышел посол, по правую руку с ним встал консул. Все повернулись к ним и посол сказал речь, в которой прозвучали такие слова:

«…Я очень рад видеть вас всех здесь. Спасибо большое, что откликнулись на наше приглашение. Я надеюсь, что такие встречи станут традиционными, и чтобы не случилось в будущем, помните, что в день 7-е ноября мы всегда рады видеть вас здесь. Ой! Я конечно, имел в виду, 7-е января — рождество…»

Мы тихонечко усмехнулись, но это и понятно, что для работника МИДа, 7-е ноября красный день календаря навсегда, а вот 7-е января — довольно молодая традиция и не все успели к ней привыкнуть. А уж русские люди, живущие в Африке больше десяти лет, вообще узнали об этом празднике только из факса-приглашения.

Банкет продолжился. Мы стали знакомиться и общаться с разными интересными людьми:

летчиками из Анголы, коммерсантами, корреспондентом ТАСС. Многие достали мобильные телефоны и стали звонить своим друзьям, которые сначала вежливо отклонили приглашение на банкет: «Але! Вован? Слушай, приезжай сюда… да нет! Да. А он здесь, но все спокойно… …а их здесь нет вообще… все нормально. Все нормально, я тебе говорю … выпиваем, закусываем, все тихо мирно.» Мы порадовались, что «криминальные разборки» не добрались еще в столь удаленные места и сегодня «все тихо мирно».

Вечером вернулись на вписку к дедушке. Намылись в душе и уложились спать, с трудом уговорив хозяина, что мы прекрасно поспим втроем всего в двух спальнях. Это был безумный, с точки зрения немецкого инженера поступок — в его понимании, ночевать можно было только на отдельной кровати и в отдельной спальне — как мы ни старались, он так и не понял, что мы привыкли спать на полу, на своих ковриках.

Утром дедушка уехал в Свакопмунд, мы выписались из его дома в любимый парк и жизнь пошли своей чередой. Правда, г-н Башкин не сделал нам рекомендательного письма, но он позвонил в ангольское посольство и договорился на завтра о нашем визите за визой Анголы.

Шарлаев и Костенко сдали паспорта в посольство Зимбабве, чья виза оказалась здесь довольно дешевой, примерно 20 долларов.

Вечером к нам в парк подъехал корреспондент ИТА-ТАСС Павел Мыльцев со своей супругой Катериной. Помня о нашем прошлом контакте с представителями русской прессы в Танзании, мы общались с ним все вшестером, тщательно фильтруя информацию, чтобы опять не оказаться «смертельно больными, сидящими в тюрьме», как это вышло в публикации «Комсомольской правды». Но Мальцевы оказались куда мудрее и компетентнее Игоря Черняка, (в ИТА-ТАСС всяких, которым «повеселее» не держат!) Двое из нас поехали в гости, чтобы воспользоваться русским компьютером с интернет и телефонной связью. В гостеприимном доме Мальцевых мы провели незабываемый вечер, нас вписали в комнату у бассейна, с отдельным душем.

Девятого января мы посетили посольство Анголы в первый раз. К сожалению, звонок из посольства РФ не ускорил решение наших проблем. Для изготовления визы ангольцы по-прежнему просили рекомендательное письмо и неделю ожидания. После получения положительного ответа из Луанды, можно за 280 намибийских денег получить визу, которая живет два месяца, из них 30 дней пребывания в Анголе. Сегодня сдали фотографии и анкеты трое из нас: Кротов, Лапшин, Степанов. Остальные все еще надеются дождаться приглашения в ЮАР.

Пока Антон ездил в посольство РФ за «рекомендательным письмом», мы посетили местный бассейн под отрытым небом. Стоит удовольствие всего 1,5 местных доллара в будни и 3 в выходные. Помимо 100 метрового бассейна есть еще один для прыжков с трамплина и мелкий «лягушатник» для детей. Но самая большая польза для нас, это горячий душ в раздевалке. В период нашего жития в Намибии мы еще не раз пользовались сиим бассейном.

Когда принесли письмо и сдали анкеты, распрощались до следующего вторника.

«Раз уж мне не суждено попасть на крайнюю южную точку Африки, то нужно съездить хотя бы на реку Оранжевую, по которой проходит граница Намибии и ЮАР. Оттуда всего 300 километров до Кейптауна по отличной дороге.»

Так что, прежде чем отправляться обратно на север (в Анголу), я решил за оставшуюся неделю съездить максимально далеко на юг. Благо Южный тропик проходил всего в ста километрах от Виндхука, а на выезде из города даже есть указатель «South Africa. KEYPTAWN».

До следующего города Rehoboth доехал в кузове «тойоты», где перевозился новенький детский велосипед. На закате мы догнали еще одну машину, которая сломалась. Пока чинились, я успел вылезти на трассу и сфотографировать потрясающий вечерний пейзаж: темная нитка идеально прямой дороги пронзает каменистую пустыню и упирается в красные горы на горизонте.

На АЗС окраины городка набрал воды и купил хлеба. В восемь вечера уже совсем темно, а автостоп прекращается за отсутствием машин. Но я никуда и не спешил. Прошагав пешком около трех километров, поставил палатку при свете полной луны, а в 21–00 наблюдал такое интересное явление, как «частичное лунное затмение», когда тень Земли наползает на диск Луны.

Ночь случилась довольно прохладной, и это способствовало бодрому сну.

Утром, в течение полутора часов, не остановилась ни одна машина. Наверное, водителей слишком удивляло появление на трассе белого человека с рюкзаком, учитывая что до следующего города больше ста километров, а кругом лишь камни и колючки. Тогда я решил застопить обратную машину на север и вернуться на АЗС, где можно разговаривать с водителями, а не только махать руками проносящимся мимо машинам. Черная тетушка с пятью детьми подвезла на скрипучей старой колымаге до местного магазина. Там я умывался и завтракал целый час, а потом снова встал на АЗС. Через час подъезжают в кузове А. Мамонов и К. Степанов — «ну вот, в Африке русским автостопщикам уже и разъехаться некуда!» Они тоже решили прокатиться до реки Оранжевой.

В этом кузове мы просвистели 170 километров, один раз заменив лопнувшее колесо.

Машина сворачивала в город Stamplet. Снова разделились, но опять встретились на выездной АЗС города Mariental.

В отличие от наших городов, пост полиции здесь только один на три сотни миль. Зато на каждом выезде из города есть круглосуточная заправка с большим магазином, кафе, банкоматом, туалетом с горячей водой и прочим сервисом.