Колонна ехала со скоростью 100–110 километров в час — дорога идеальная, даже в Турции таких ровных не видел. Еще только один раз остановились на 10 минут, чтобы пассажиры могли сходить в туалет. Партизан так и не встретили. Вдоль дороги были предупреждающие знаки «осторожно слоны!», но и слонов тоже не видели.

В 17–25 слева показалась река. Джип с пулеметчиками сразу отстал, легковые машины вырвались вперед. За мостом через реку проехали еще один пост, где уже формировалась колонна в обратную сторону.

Дорога шла по длинной плоской равнине, поросшей колючими кустарниками и деревьями с плоской кроной. Судя по размытой почве — здесь часто бывают дожди. Никаких проявлений цивилизации, кроме ровной прямой дороги, я не видел. Именно такой мне представлялись «бескрайние саванны южной Африки» по очеркам Василия Пескова.

Исчерпав все темы разговора, мы стали слушать на стереосистеме кассету Вадима и Валерия Мищуков. Водитель, конечно, не понимал ни слова, но музыка ему очень нравилось.

Когда прозвучала песня про часы с припевом «тик-так тик-так тик-так…» водитель спросил:

— О чем поется в этой песне?

— А ты как думаешь? На что похоже?

— Ну, похоже, на то, как работает двигатель моего грузовика.

— Значит двигатель твоего грузовика очень хороший — работает как часы!

Только я сделал сей удачный комплимент, как у нас протерлась и лопнула покрышка. А когда стали поднимать грузовик, сломался домкрат.

Целый час слушали Мищуков на пустой трассе — не было машин ни в одну сторону. Зато когда приехали сразу два грузовика, то не только одолжили домкрат, но и помогли с ремонтом и дальше ехали втроем.

В первом намибийском городе Rundu заехали на АЗС. В круглосуточном магазине водитель купил еды на 20 намибийских долларов (примерно 76 рублей) и мы покушали прямо в кабине. Намибийский доллар равен ЮАРскому ранду. За один американский доллар в обменниках давали 7,7 намибийских или ЮАРских денег. Интересно, что ранд имеет в Намибии такое же хождение, как и национальная валюта, а вот обратный обмен (N$ на Rd) не производится. У меня не было пока ни тех, ни других, и мои расспросы про деньги имели чисто «научный» интерес. Но водитель предложил мне несколько железных рандов в подарок. Тогда я предложил ему «в обмен» советские монеты. Тут у него обнаружилась целая куча денег различных южноафриканских стран и водитель осчастливил меня монетами Ботсваны, ЮАР, Зимбабве, Мозамбика и Малави.

В половине двенадцатого остановились спать прямо посреди саванны. Улеглись на разных этажах спальной полки. Это был второй мой ночлег в кабине грузовика. Первый был еще в России, в Невинномысске.

— По дому не тоскуешь по ночам? — Спросил мой сосед сверху.

— Редко. Очень много впечатлений, что и тосковать некогда. — Отвечал я, заполняя при свете лампы очередную страницу дневника.

— А я вот часто тоскую, как больше пяти дней дома не живу, так каждую ночь семья снится…

Проснулись в кабине в половине седьмого. «Мери крисмес!» — с Рождеством Христовым! по-нашему. Только, католики отмечают его не 7-го января, а 25-го декабря. Ну да мне все равно, лишь бы люди были хорошие!

Groot Fontein — первый намибийский город, который мы проезжали при свете дня. Но мне он показался больше немецким, ведь и название отдавало каким-то «волчьим логовом».

Типично немецкой оказалась и архитектура. Стриженые лужайки и кусты, цветущие деревья за аккуратными заборчиками. Черных увидели только на заправке. Пешеходов нет совсем, так же как и тротуаров. Белые нарядные люди выходят из церкви и рассаживаются в шикарные сверкающие машины, чтобы ехать на рождественский обед. А моему водителю ехать в Анголу.

Высадился на развязке возле следующего города, Tsumeb. «OTAVI-60 km.» — приглашал меня на юг новенький указатель. Вокруг перекрестка виднелись лишь выжженные солнцем камни и редкие колючки. Машин не видно, хотя в четыре стороны расходятся отличные автотрассы.

Подъехала машинка с платными автостопщиками. Между чемоданами, на широком матрасе уже сидят двое пассажиров. «Бесплатно? Конечно, садись. До Отави едем»

На 63-х километрах трассы среди каменистой пустыни подобрали еще два раза по три пассажира, и в Otavi приехали в кузове уже вдевятером. Значит и здесь можно ездить нераздельной шестеркой?

Солнышко припекает. На окраине чистого города, за цветущими заборами, манит музыкой и прохладой современная автозаправка. Подошел ближе для изучения.

Магазин по кредитным карточкам: множество холодильных шкафов с напитками, мороженное, йогурты, горячий хлеб. И все это на заправке! Да у нас даже туалеты холодные не на каждой АЗС есть, а здесь прямо-таки «Европой пахнет».

На улице два банкомата, возле них вдоль стенки разложены дрова в пластиковой упаковке.

Глядя на ровненькие, 30-ти сантиметровые полешки, я вспоминал вязанки кривых, колючих и сырых веток, которые продавались на дорогах Эфиопии. Только там дрова были жизненно необходимы для приготовления пищи, а здесь, возле каждого дома стоит специальная жаровня для поджаривания колбасы и сосисок. Вот и рассказывай потом дома «Как там люди живут, в Африке?»

Бесплатный туалет меня просто потряс. (Да простит меня читатель за подробности) Такой белый и чистый туалет я видел лишь раз в жизни, в историческом музее по адресу Красная площадь дом.1. Горячая вода, зеркала, играет тихая приятная музыка, пахнет конфетами и цветами. Я вышел на улицу — все та же Африка, кругом саванна и пыльные вихри. Чудеса!

Обращаюсь к работнику заправки:

— Добрый день. А можно ли у Вас принять душ?

— Пожалуйста! Всего пять тысяч долларов!

— Извините. Но я путешественник, только недавно въехал в Намибию пока еще не имею намибийских денег.

— Нет проблем. Я — босс. Вот тебе ключи — пользуйся бесплатно.

Горячий душ в чистой, светлой кабинке, в стену вделаны специальные медные поручни. Я вспомнил цементные стены, щель в полу и ведро мутной воды из Нила. Судан! Как далеко на севере отсюда Нил… Египет вообще кажется прямо-таки Подмосковьем.

В полдень снова вышел на трассу. Ну и припекает! Интересно, что я довольно далеко от экватора, а тень от меня не больше 3-х сантиметров. Нет уж — в кузове больше не поеду, дождусь машины с кондиционером.

117 километров до следующего города Otjiwarongo пролетели всего за пятьдесят минут. Ну и скорости здесь! Дорога идеально ровная и прямая. За весь сегодняшний день видел только одну колдобину. И та была тщательно заделана и обведена по контуру белой краской, словно кто-то хотел обратить внимание: «Смотрите, больше таких не найдете!»

«WINDHOEK 244» — Заботливо сообщает указатель на выезде из Отживаронго. Сам город кажется вымершим. Мы проехали по самой центрально улице — ни одной души. Закрыты все офисы, почта, банки, магазины. Нет ни машин, ни велосипедистов. Даже во дворах в полуденный зной не видно никакого движения. То ли католическое рождество, то ли полуденная сиеста, толи дневной перерыв как в мусульманских странах…

Только через полчаса подъехала машина. Черный водитель слушает местную музыку. Он надеялся отогнать сон беседой со мной, но нашего знания английского хватило ненадолго, ведь засыпающий водитель почти не поддерживал разговор. Вдоль дороги, по обе стороны, тянуться проволочные заграждения, непонятно от кого защищающие пустынные каменистые склоны пологих холмов. Через каждые десять километров — место для отдыха: два деревца, в их тени столик и скамейки. Все выкрашено белой краской, мусор в контейнере с пластиковым мешком, как будто вокруг не пустыня, а центральная авеню столицы. Двадцать минут мы просидели за таким столиком, попивая ледяную колу из холодильника.

Уже в 16–50 я высадился на объездной Виндхука. За полдня, со всем задержками, полстраны отмахал — так и до Кейптауна за полутора суток доехать можно! (Эх, была бы виза!)