Но я не собиралась слушаться.

— Полина, ты меня слышишь? — голос стал яростнее. — Ты что, спишь уже?

Я молчала.

— Хорошо, — процедил он. — Но учти, не всегда ты сможешь меня игнорировать. Я хозяин этого дома и твоей судьбы. Помни об этом. Будешь слишком борзой — пойдёшь на все четыре стороны. Только без сына.

Послышались удаляющиеся шаги, скрипнула лестница. И только тогда я позволила себе вдохнуть.

Опустилась на край кровати, чувствуя, как подрагивают ноги. Серёженька запищал. Я поспешно взяла его на руки и начала укачивать.

— Всё хорошо, малыш, — прошептала едва слышно. — Всё будет хорошо. Мы выберемся отсюда. Обязательно выберемся. Может быть, даже завтра. Да. Я соберу вещи и уйду. Найду Дмитрия сама. Как только закончится дождь, я убегу!

Это решение придало мне сил.

Вскоре снова послышался мужской пьяный смех. Пусть. Пусть они пируют и раздуваются от ощущения собственного могущества. Никто не вечен. И власть подобных Тимофею людей, тоже не вечна.

Я упорхну отсюда, как мотылёк. И верю — никто нас с Дмитрием не найдёт. Он обещал отыскать нам убежище, и он отыщет. И тогда наступит настоящее счастье…

Ночью произошла неприятность: Серёжа намочил все пелёнки. Чистые остались внизу, в прачечной. Служанка, которая обычно приносила их по утрам, спала где-то в другой части поместья. Наверное, придётся идти самой.

Кое-как замотав ребёнка в одеяло, я выдохнула. Серёжа быстро уснул. Но мне нужно принести пелёнки как можно скорее. Я накинула на плечи шаль, поправила волосы и вышла.

— Спущусь и сразу вернусь. Дело пары минут, — говорила сама себе, испытывая безотчетную тревогу.

Прачечная находилась на первом этаже, в крыле для слуг. Коридоры встретили меня полутьмой. Лестница предательски заскрипела под ногами.

Я уже хорошо знала все повороты коридоров и старалась наступать там, где было меньше всего старых досок. Но на повороте лестницы к первому этажу всё пошло не так.

Кто-то вынырнул из тени и мгновенно зажал мне рот. Я не успела даже вскрикнуть. Рывок — и меня буквально втащили в узкий боковой проход, где не было окон. Тьма сгущалась вокруг, как зловещий туман.

— Ну что, лиса, давно не виделись? — прошептал мне кто-то в ухо насмешливо.

Я замерла, не моргая. Это был он — тот самый незнакомец, Кольцов. Значит, интуиция меня не подвела. Значит, бывшая хозяйка этого тела хорошо была с ним знакома.

— Не дёргайся, — прорычал мужчина, — или я тебя придушу. Хочешь сына осиротить? Думаю, не хочешь.

Он толкнул меня вперёд, и я буквально влетела в какую-то подсобку. Меня окутал мрак, сырость и запах старых полотенец. Дверь за спиной захлопнулась. Где-то неподалёку раздались шаги. Похоже, кто-то проходил мимо по коридору. Я хотела закричать, но Кольцов снова зажал мне рот.

— Тихо-тихо, милая. Ты же не хочешь, чтобы всё пошло прахом?

Через мгновение он одним рывком зажёг канделябр, стоящий на полке. Его лицо частично осветилось. Морщины и шрам под глазом при таком освещении показались буквально демоническими. От него разило вином, но глаза оказались ясными, трезвыми и очень холодными.

— Что-то не вижу радости, лиса, — он усмехнулся. — Что, понравилось быть настоящей Полиной Сергеевной? Но вынужден напомнить: ты не она.

У меня вытянулось лицо. Как это — не она? Кто я тогда?

— Что ты так смотришь, дорогуша? — он продолжал насмехаться. — Как будто я тебе новость сказал. У тебя память отшибло? Так я напомню.

Физиономия его сразу посуровела.

— Ты фальшивка. Я внедрил тебя сюда, чтобы ты сыграла роль жены Тимофея. Внешне вы очень похожи, буквально близнецы. Я нашёл тебя в подворотне, накормил, напоил и хорошенечко натаскал, научив быть аристократкой. Правда, ты подлянку мне устроила — забеременела непонятно от кого, так что создала массу проблем! Пришлось подкупать лекаря, чтобы он изменил показания о твоем сроке беременности, и это влетело мне в кругленькую сумму!

Он сжал зубы, наполняясь гневом.

— Едва не провалила мне всё дело, дура!

— Так значит… — выдохнула я ошарашенно, — Серёжа не сын Тимофея?

Мужчина посмотрел на меня недоверчиво.

— Эй, ты в своём уме?

Я запнулась, резко испугавшись, что он догадается о подмене. Видя, что я замерла и почти не дышу, мужчина резко ударил меня по щеке. Я вскрикнула и отшатнулась.

— Послушай меня, девка, — прорычал он, приблизив ко мне своё лицо. — Мне плевать на тебя и на твоего выродка. Ты должна довести до конца свою задачу. Мне нужен сейф этого придурка Тимофея. Не вылазь из его постели, ублажай всеми известными способами, но как можно скорее выведай все коды!!!

Я смотрела на него с ужасом.

— Что молчишь? Может, ты захотела здесь остаться по-настоящему? Решила, что можешь обмануть меня и стать настоящей графиней? Ну уж нет!

Его губы искривились в гримасе презрения.

— Если ты вздумаешь надуть меня, лиса, я преподнесу твоему мужу часть правды, и тогда мы посмотрим, что он с тобой сделает.

Меня начала бить дрожь.

— Надеюсь, ты услышала меня, — добавил Кольцов, отступив на шаг назад. — Коды от сейфа должны быть у меня в течение пяти дней. Иначе — пеняй на себя.

С этими словами он развернулся и резко покинул комнату.

Я же задрожала и едва не упала. Боже… Сколько всего и сразу! Значит, хозяйка этого тела никогда не была аристократкой? Она только играет роль Полины? И значит, Серёжа не сын Тимофея?..

Нужно бежать отсюда немедленно!

Утро выдалось серым и холодным. Ещё затемно я поднялась с постели, не в силах больше лежать и прислушиваясь к тревожному биению собственного сердца. Серёжа мирно посапывал в колыбели, и, тихонько укутав его потеплее, я подошла к окну.

За ночь дождь вымыл всё вокруг. Двор был насквозь пропитан влагой, земля размокла, в некоторых местах образовались настоящие грязевые лужи. Я знала: если хочу бежать, нужно подготовиться. Посмотреть, каким путём выбраться незамеченной. Накинула тёплый плащ, глубже натянула капюшон и осторожно, крадучись, вышла в сад.

Воздух был плотным, влажным. Трава липла к ботинкам, каждый шаг оставлял на земле глубокий след. Я шла, стараясь не шуметь, когда вдруг остановилась как вкопанная.

На земле отпечатались десятки следов. Слишком много для обычного утра. И они вели в разные стороны: к конюшне, к саду, к хозяйственным постройкам.

Стараясь двигаться вдоль последних, я благоразумно выглянула из-за угла и обомлела.

Во дворе то там, то здесь стояли люди. Они были похожи на тени, сливающиеся с ландшафтом. На поясах некоторых из них я заметила оружие. Как только в поле зрениях их появлялись редкие слуги, солдаты ещё больше уходили в тень.

Неужели это люди Кольцова? Как они сюда попали? Как Тимофей мог допустить это в собственном доме?

Хотя… муж сейчас спит мёртвым сном после вчерашней попойки. Напуганные слуги, скорее всего, и не пикнут, даже если заметят подобный беспредел. Значит, Кольцов, пользуясь моментом, расставил вокруг своих людей?

Я разочарованно выдохнула. С ребёнком на руках, который в любой момент мог проснуться и заплакать, мне не пробраться незамеченной. Блин, я в ловушке!

Накатило отчаяние.

"Что теперь? — стучало в голове. — Неужели я не смогу сбежать?»

Вспомнив страшное лицо Кольцова, обещающего мне все муки ада, я вздрогнула.

А потом мысли, холодные и трезвые, пришли сами собой.

Если Кольцову так нужны коды от сейфа, если он хочет обчистить Тимофея, то что мешает ему сделать это силой? Почему он ещё не вломился в дом? Почему его люди не атакуют открыто?

Ответ был прост: Тимофей нужен Кольцовы живым и ничего не подозревающим. Видимо, он собирается использовать его и дальше, как марионетку. А значит, силовой вариант ему не подходит. Всё должно быть тихо. По-тихому заполучить доступ к сейфу, выудить нужное, оставить всё вроде как в целости.