Мужчина дернулся, а потом, ощутив холод, вытаращился на нас и гневно замычал.

– Первое слово съела корова? – криво усмехнулся Захар и вытащил тряпку изо рта пленника.

– Вы, суки, б*я, поганые! – тут же услышали мы.

Захар собирался было вновь пригрозить любителю сквернословить ледяным шипом, но потом передумал и тихо спросил:

– Ты, дебил, знаешь, что люди, да и одаренные, примерно на шестьдесят процентов состоят из воды?

Подчеркнуто спокойный тон и тяжелый взгляд бойца СОБРа заставили бандита прикусить язык.

– Так вот, – невозмутимо продолжил Захар. – Мой дар – это лед. И я не только детям катки во дворах организую и горки делаю, но и еще много чего могу. Например, заморозить твою кровь в отдельном участке тела. Кровь, кстати, состоит из воды на девяносто процентов, а вода при замерзании имеет свойство расширяться. Твои вены и сосуды не выдержат резкого расширения и лопнут. Хочешь это увидеть?

Бандит так сильно замотал головой, что ударился ею о трубу.

– Ну ты профессор, – уважительно сообщил я товарищу.

– Можно подумать, что с тобой в центре подготовки ученые не общались и не говорили про твой дар, – Захар бросил в мою сторону быстрый взгляд.

– Говорили, – я принялся расхаживать по подвалу взад‑вперед, – но мне и в голову не пришло все это заучивать. Просто принял для справки и все. Сам знаешь, мне больше нравится действовать, а не говорить. Так что, если вдруг у нашего нового друга что‑то неожиданно лопнет, то я прижгу рану, чтобы остановить кровь и продолжить нашу милую беседу по душам, – с этими словами я мило улыбнулся пленнику и щелчком пальцев пробудил на них синее пламя.

Это заставило мужчину судорожно сглотнуть, но он тут же поперхнулся и выплюнул на пол небольшую льдинку.

– Первое и последнее предупреждение, – сказал ему Захар, раздавив лед носком ботинка. – В следующий раз заморожу что‑то более существенное. Может, глаз?

Пленник побледнел так, будто мой товарищ уже начал применять свой дар на полную катушку. Значит, пациент готов. Мы с Захаром переглянулись и кивнули друг другу. Предоставив право вести допрос бывшему коллеге, я уселся на коробку, на которой не так давно сидел Движ.

– Итак, – Захар вновь опустился на корточки перед пленником. – Сейчас расскажу тебе правила игры. Объясняю один раз, так что слушай внимательно. На каждый мой вопрос, ты даешь внятный ответ, иначе лишаешься чего‑то. Если удовлетворишь мое любопытство и сохранишь достаточно конечностей, чтобы уйти – будешь свободен. Ну а если нет, то нет.

– Меня будут искать, – абсолютно неуверенно сообщил нам пленник.

– И не найдут, – заверил его я, безжалостно разбивая робкую надежду. – Если захочу, от тебя только пепел останется. – Тут уже я блефовал, так как дар не успевал восстанавливаться, но об этом пленнику знать не следовало.

– Начинаем, – Захар энергично выпрямился и задал первый вопрос. – Имя.

– Никита…

– Полное. – Ледяной шип с мелодичным перезвоном разбился по стену рядом с головой пленника, и крохотные осколки заскокали по бетонному полу.

– Долгов Никита Сергеевич!

– Кем работаешь?

– Никем. Безработный!

– Состоишь в банде?

Пленник затравленно поглядел на дознавателя и кивнул.

– Название.

– Вторая смена!

– Чего? – мы с Захаром переглянулись. – Получше придумать не могли? Ты вроде на школьника не похож.

– Погоди, – обратился я к товарищу. – У нас вот тоже две смены на работе.

– Ладно, хрен с ними, со сменами, – решил Захар и пристально посмотрел пленнику в глаза.

Бандит испуганно вжался спиной в трубу.

– Зачем за нами следил?

– Велели.

– Кто?

– Старший.

– Имя.

– Не знаю.

Палец Захара коснулся ноги пленника и тот тут же взвыл.

– Я еще ничего не сделал, – кровожадно улыбнулся мой товарищ и пообещал. – Но сейчас начну.

– Не надо! Не знаю я имени! – задергался бандит. – Только погоняло!

– Назови.

– Темный!

– Беда у вас с фантазией, – печально вздохнул я. – С какого вы района?

– С Царицыно.

Эту информацию я зафиксировал. Район граничил с Чертаново, которое перестали держать Черепа. Значит…

– В Чертаново зайти хотите?

Глаза бандита удивленно расширились.

– Откуда?.. Хотим. Нам обещали его часть.

– Кто обещал?

– Не зна… – бандит осекся и затараторил. – Это только Темный знает. Он делами ворочает! У него связи есть с верхами, но он не говорит какие и с кем. Клянусь!

Захар жестом велел пленнику замолчать, и тот мгновенно прикусил язык.

– Чем мы твоему пахану помешали? – подключился я к допросу.

– Я знаю только, что вот он, – бандит взглядом указал на Захара, – барыгу нашего в Чертаново прижал. Темный пробил по нему инфу и сказал, что тип опасный и надо его кончать, а ты просто рядом крутился.

– Говорил же, – улыбнулся мне Захар. – А почему твои кенты даром не пользовались, когда меня убить хотели?

– Темный запретил.

– Почему?

– Не знаю! – бандит зажмурился, словно ожидая удара. – Может у него свои мутки с шишками есть. Сказал, что грохнуть надо, как будто это нормисы замутили. Я не в теме!

– Интересно, – пробормотал Захар. – Ну, допустим, мы тебе верим. Где искать этого Темного?

– Не знаю.

– Как‑то мне уже не нравится это выражение, – Захар угрожающе навис над пленником. – Устаю от него. И от этого разговора тоже. Если не хочешь по‑хорошему, то будет по‑плохому…

Не успел палец Захара принять форму ледяного шипа, как Никита заорал.

– Честно! Честно не знаю! Я вообще вахтавиком работал! Уволили за пьянку, остался без монет на кармане. Кореш предложил поднять бабла. Я сразу и не понял во что ввязываюсь. Мужики, б*я буду, не пиз*у! Не губите, мужики! Темного этого в глаза не видел. Он другим приказы дает, а нам уже по цепочке спускают, кого пресануть, кого просто шугануть, вот и все! Наши старшие в «Оперном техноклубе» тусуются иногда. Я показать могу, только не надо мне ноги ломать и хер взрывать! Я уже рук не чувствую, мужики!

– Цыц! – строго прикрикнул на разговорившегося Никиту Захар и посмотрел на меня. – Кажется, он и правда мало что знает.

– Ну, что‑то он нам все же сказал. – Рассудил я. – Хватит, для следующей зацепки.

– Вот только давай цепляться я один буду. – Снова завел старую песню Захар. – Не хочу тебя втягивать.

– Так я уже по уши, если ты не заметил.

– Бл*дь, – устало выдохнул мой товарищ и потер переносицу. – Походу тут какие‑то мутные схемы. Не уверен, что нам надо в них лезть.

– От тебя теперь так просто не отстанут. А после сегодняшнего – от меня тоже.

Захар отвёл меня в сторону и заговорил шепотом:

– Слушай, у него сейчас обморожение будет, так что давай так поступим: ты езжай домой и постарайся не отсвечивать особо. Если твоя мадам что‑то нароет на эту «Вторую смену» – дай знать. Я пока съеду в отель какой‑нибудь и попробую по своим каналам всё пробить. Поглядим, что получится узнать, а там уже сориентируемся. Добро?

– Добро. – Согласился я. – Но будь осторожнее. Раз уж эти отморозки на мокруху решились, то всё серьёзно.

– А когда у нас не серьёзно было? – Захар подмигнул мне. – Прорвёмся.

– Ага, никуда не денемся. А с этим отмороженным что? – я кивком головы указал на тихо скулящего и пускающего сопли пленника.

– Ну, нас бы он не пожалел, – задумчиво протянул Захар. – По уму, надо бы его в расход, но руки марать не хочется. Я его в милицию сдам, пусть в обезъяннике помаринуют и по базам пробьют – наверняка на него что‑то есть, вот пусть и ответит по закону. Или?.. – товарищ многозначительно посмотрел мне в глаза.

– Нет, – решительно произнёс я. – Давай без «или». Мы с тобой не убийцы.

Захар кивнул и достал телефон.

– А где мы? – он огляделся. – Адрес у этого безобразия имеется?

– Вызывай по геолокации, – посоветовал я. – Так надёжнее.

– Кого вы зовете⁈ – забеспокоился Никита.

– Не переживай, не гробовщиков, – оскалился я. – Но если будешь плохо себя вести…