– А можно не только жену слушать, но и окружающих, – дополнила Яна.

Нина покачала головой.

– Не требуй от него многого. Начинать лучше потихоньку. Мелкими шажками…

– Так! – Демон резко сел и посмотрел на жену и Тень. – Я не тупой!

– Я такого не говорила, – возразила Зимина.

Яна подняла руку.

– Это я говорила.

– Макс, – обратился ко мне напарник. – Пойдем и нах*яримся. Ты же закончил эти айболитовские пилюльки глотать, так? – дождавшись моего утвердительного кивка, он продолжил. – Тогда поднимай задницу и погнали! Ну их, этих баб с их бабской х*етой. Пусть едут в эту свою экскурсию. Может, хоть выспятся и добрее станут.

Тень и тут не упустила возможности съязвить:

– Если уровень доброты прямо пропорционален сну, то ты, видимо, вообще не спишь.

– Старик, как ты ее терпишь? – вкрадчиво спросил меня Демон, показывая на Яну пальцем.

Я понизил голос и доверительно шепнул ему.

– У нее нож.

– Эй! – Тень тут же лягнула меня ногой в бедро. – Нет у меня ножа.

– Ага, поверили, – Демон встал и отряхнул плавки. – Ну так что, идем? – он выжидающе посмотрел на меня сверху вниз.

– А можешь чуть левее встать? – попросила Нина. – От тебя много тени, очень удобно.

Димка засопел, но сместился.

– Спасибо, зайчик, – тепло улыбнулась ему Зимина.

– Наслаждайся, пока этот затупок ищет в шортах свои яйца, – Димка поддел ногой песок и бросил в мою сторону. – Давай уже. Пиво стынет. А ты, – он перевел взгляд на жену, – бери эту самку медоеда и шуруйте в свой музей.

– Да не музей это, – всплеснула руками Нина, – а винодельня.

– Что? – раздражение в желтых глазах Демона тут же сменилось любопытством и величайшей вовлеченностью.

Яна тоже оживилась, но все же в очередной раз «уколола» Димку.

– Ты же считал вино «сочком для мокрощёлок».

– И до сих пор считаю. – Серьезно кивнул Демон. – Так что там с винодельней‑то?

– «Свинодельня», – не унималась Яна, – идеальное место для таких, как ты.

Я рассмеялся. Нина хихикнула.

– Так, ты моя жена, бери, мою сторону! – возмутился Димка.

– Яна – моя подруга и девушка Максима, – парировала Нина. – Так что будь добр, уважай ее.

Димка скривился, словно съел сразу несколько лимонов.

– Может, мне еще против ветра поссать? – осведомился он.

– Только если очень хочется, – разрешил я, – но не здесь.

– Ну вас, – решил Демон и пошел к морю. – Скупнусь лучше, пока вы тут херней маетесь.

– Мы сюда за этим и приехали, – напомнил я напарнику.

– Ага, двадцать один час в машине, чтобы сидеть жопой в горячей пыли, потеть и слушать ох*енные сказки, как деды срут в коляски. – Не оборачиваясь, Димка помахал нам рукой, продолжая широко шагать к воде. – Удачи.

– Вы подумайте насчет экскурсии. Она завтра, – Нина встала. – А я пойду присмотрю за ним.

– Он у тебя вроде уже большой мальчик, – я глянул напарнику вслед.

– Вчера он пытался поймать дельфина, а потом закусывал пиво сырой медузой, которая его ужалила, – напомнила мне Зимина выходки своего мужа и печально вздохнула. – Даже не представляю, как малышу будет рядом с ним.

– По крайней мере, не скучно, – встал я на защиту друга. – Ты же знаешь, он безбашенный и грубый, но своих в обиду никому не даст.

– Разве что сам обидит, – добавила Яна и тоже грациозно поднялась на ноги. – Пошли и мы искупаемся, – предложила она.

– Я тебя недавно кремом намазал. Смоется же.

– Так намажешь еще, – в голосе девушки зазвучали игривые нотки. – Или тебе такое не нравится?

Вместо ответа я встал и пошел за ней к воде. Димка, как обычно, уплыл куда‑то к горизонту и терроризировал там морскую живность. Нина следила на ним, прохаживаясь взад вперед вдоль берега по колено в воде. Мы же с Яной немного поплавали, после чего отправились за мороженым. Его продавали неподалеку. Вот только, как выяснилось, платить нам было не чем – мой рюкзак и сумка Димки таинственным образом исчезли.

– Надо было кому‑то присматривать за вещами, – я почесал затылок и огляделся – никому вокруг не было дела до происходящего. Камер поблизости тоже не наблюдалось – все они были сосредоточены на улицах, а не на пляже. – Слишком мы расслабились.

– Зато кто‑то скоро напряжется, – Яна прикрыла глаза и замерла, словно прислушиваясь к чему‑то.

Я слышал лишь тихие разговоры других отдыхающих, шелест волн и крики чаек. Но Тень, в отличие от меня, ощущала эмоциональный след, который наверняка оставили воришки.

– Сюда, – девушка быстро накинула просторную майку и потянула меня за руку в сторону от пляжа.

Мы прошли по прибрежной улице, где витал стойкий запах вареной кукурузы и жареной рыбы, которую продавали тут в паре с холодным пивом. У меня чуть слюнки не потекли. Но, увы, сейчас на угощение не было ни времени, ни денег.

Тень провела меня дальше, после чего мы свернули на узкую дорожку между домами. Она сменилась еще одной такой же, на дальнем конце следующей находился небольшой бар, с припаркованными рядом мотоциклами. Яна уверенной походкой направилась именно туда. Я, чувствуя неприятности, не отступал ни на шаг.

– На всякий случай уточню, что после таблеток дар приглушен на месяц, – напомнил я спутнице.

– Справимся, – отмахнулась Тень. – В конце концов, с моим‑то даром все в порядке. Могу и одна все сделать, а ты отдохни, попей пива.

– У нас на него денег нет, – напомнил я спутнице.

– Ты не успеешь допить и заказать второй бокал, когда я вернусь с нашими вещами, – заверила меня Яна. – Можешь засекать время.

– Часы в телефоне, а он в рюкзаке. Да и не буду я пиво пить, пока ты с ворьем разбираешься.

Яна лишь пожала плечами.

– Это твой выбор.

Поднявшись по широким потертым ступеням, мы вошли в бар, обставленный в лучших традициях питейных заведений прошлого: задымленный просторный зал с круглыми столами, за которыми сидели угрюмые посетители, громкая рок‑музыка, приглушенный свет и длинная деревянная стойка с хмурым барменом в придачу.

– А вот и наши вещи, – Яна указала мне на дальний столик, за которым два сомнительного вида паренька потрошили мой рюкзак. До сумки Димки они еще не добрались, она стояла у жуликов в ногах.

Оценив худощавое телосложение ворья, я покачал головой и сообщил Тени:

– Как‑то не серьезно. Наверное, все же закажу нам пива.

– Не скучай, скоро буду, – Яна пошла к нужному столику, а я за стойку, где сначала показал бармену два пальца, а потом на кран со светлым лагером.

Грузный мужик скупо кивнул и тут же принялся наполнять первую кружку с таким видом, будто хотел уместить в объем ноль‑пять, как минимум литр. Дожидаясь заказа, я развернулся на высоком стуле и посмотрел, чем занята Яна. Она как раз подошла к столику и начала беседу с преступниками.

Разговор, видимо, не задался – как только один из оболтусов решил потрогать девушку за крутое бедро, она пресекла подобное действие в зародыше коротким и быстрым ударом в нос. Вор дернулся и сполз со стула, потеряв сознание и уважение окружающих, которые тут же с интересом уставились на происходящее.

Бармен подал мне кружку с легким пенным напитком с небольшой горчинкой. Пиво оказалось жиденьким, но в жару самое‑то. Едва я успел сделать глоток, как подельник первого неудачника вскочил и выхватил нож. У него оказался балисонг. Вот только пользовался он им совсем не так ловко, как моя девушка. Яна покачала головой, глядя, как выроненный парнем нож упал на стол. Вор потянулся за ним, но получил в челюсть и отправился под стол, догонять своего товарища в стране снов и глубоких нокаутов.

Яна взяла мой рюкзак с вещами, сумку Димы и трофей в виде балисонга, после чего направилась ко мне. Вот только на полпути ее перехватил один из отдыхавших в баре байкеров. Он попробовал приобнять Тень, но та грубо оттолкнула мужчину – что сказать, такое она могла простить только мне. Байкер попытался схватить несговорчивую красотку за волосы, но та исчезла и, появившись слева, двинула ему по яйцам. Это очень расстроило, как самого любителя подкатывать к чужим девушкам, так и его друзей, коих было пятеро.