– А вот жена не очень, – дядя Миша бросил в мою сторону многозначительный взгляд. – Все ножи переточит и водку выбросит. И чего мужику тогда делать?

– Как насчет того, чтобы уделять внимание своей женщине? – невинно предложила Кира.

– Аргумент, – поддержал я.

– Больно умные все стали, – привычно заворчал дядя Миша, с кряхтением и пыхтением садясь в машину. – Вот поживете с мое, погляжу, как запоете. Вам, бабам, вообще не угодишь: сейчас подавай внимание, через пять минут – принеси‑подай, а еще через две – иди на хрен не мешай. Водка так не поступает!

Кира с Яной, которые уже успели разместиться на заднем сидении, удивленно переглянулись. Я же вполне ожидавший от дяди чего‑то в таком духе, лишь слабо улыбнулся. Он тоже хмыкнул и пристегнул ремень, после чего велел всем поступить также.

– Давайте‑давайте, – поторопил он нас. – Лишним точно не будет. А то вдруг на трассе у меня спину прострелит?

– Тогда может мне за руль сесть? – предложил я больше из вежливости, так что знал ответ настолько, что мог заранее повторить его буква в букву.

– За рулем моей  машины сижу только я, – уверенно заявил мой родственник, указав большим пальцем правой руки себе на грудь.

– А если спину на трассе прострелит? – поддела его Кира.

– Если ремни не спасут, то езжу я быстро, так что все, кроме тебя, – дядя Миша поглядел на девушку в зеркало заднего вида, – помрут быстро и без мучений. А тебе все равно ничего не будет. – С этими словами он нажал на газ, и машина сдвинулась с места.

Вопреки опасениям дяди, весь путь прошел без проблем и происшествий, если не считать того, что кто‑то успел купить все любимое пиво моего родственника. Другое пить дядя Миша не захотел, поэтому нам пришлось покружить по магазинам, чтобы найти удовлетворяющий его изысканным вкусам напиток.

Водку.

– Лучше бы вина купили, – журила его всю дорогу Кира. – Алкоголь весь вредный. Весь без исключения, – строго повторила она. – Но в вашем возрасте лучше отдать предпочтение вину. Именно красному. Сухому.

– Вино, – дядя Миша изобразил на лице отвращение. – Вино, как ты сказала, оно для здоровья. А здоровье нам нужно зачем, а?

– Чтобы жить долго и счастливо? – неуверенно предположила Яна.

– Хороший ответ, – одобрил дядя, – но нет. Здоровье человеку нужно, чтобы пить водку!

Кира обреченно вздохнула.

– Врачи бы с вами поспорили.

– Их и так полно, пусть друг с дружкой спорят, – беззаботно махнул рукой дядя Миша, после чего вернул ее на руль, чтобы свернуть на проселочную дорогу. – Эти споры… Итить‑колотить! – выкрикнул он, вдавливая тормоз в пол.

Машина заскользила по мокрой от дождя гальке, и только выкрученный руль спас жизнь мокрому черному комочку, бросившемуся прямо под колеса из ближайшего придорожного куста. Маневр экстренного торможения напугал не только всех в машине, но и самого виновника, который с испуганным визгом бросился обратно в укрытие.

– Твою мать! – выдохнул дядя Миша, после чего стукнул по рулю. – Что б тебя, зараза мелкая! Я… эй, ты куда? – спросил он Яну, которая открыла дверь и вынырнула прямо под проливной дождь.

Спустя минуту девушка вернулась, держа на руках перепуганного щенка со смешными ушами: одно висячее и белое, а другое торчком и черное.

– Какая милота! – тут же оживилась Кира, поглаживая дрожащую от холода и страха собаку. Исходящее от рук девушки тепло немного успокоило животинку, но не дядю Мишу.

Он сурово сдвинул брови и встопорщил усы.

– Это что за блохастое непотребство в моей машине⁈

Я знал, что на нервах родич может быть грубоват, поэтому решил принять удар на себя.

– Раньше ты называл меня своим племянником.

Дядя строго глянул на меня, а потом расплылся в улыбке.

– Смешно, – одобрил он. – Но если эта псина тут нагадит, убирать будете сами, причем до тех пор, пока я не одобрю. Это ясно?

Кира и Яна на заднем сидении одновременно кивнули.

– Мы по дворам пройдем, – предложила Яна, почесывая пригревшегося пса за черным ухом, – поспрашиваем. Может, сбежал от кого?

Дяде хватило одного взгляда на щенка, чтобы покачать головой:

– Не местный он. Наверное, кто‑то взял себе игрушку, а потом, как наигрался, на трассе выкинул. Летом таких полно. Этому повезло – под машину не попал. – Выдохнув, но вновь взялся за руль и вернул авто на дорогу.

Спустя двадцать минут мы были на месте и вышли из машины. Все, кроме Яны. Она сидела неподвижно и не сводила глаз со свернувшегося на ее коленях щенка.

– Он спит, – тихо сказала девушка, открыв окно. – Что мне делать?

– Ну, ты можешь сидеть тут, не двигаться и не дышать, пока он не проснется, – предложил я.

Когда Яна кивнула, меня это не удивило.

– Я никогда не оказывалась в такой ситуации, – призналась она. – Нормально будет, если я возьму его в дом?

– Нет, – отрезал дядя Миша.

Я выразительно посмотрел на него, и мой родич смягчился.

– Ладно, бери этого ушастого и тащи в дом. Будешь за него отвечать, пока тут. Завтра подумаем, что с ним делать.

– Спасибо! – во взгляде Яны читалась искренняя благодарность.

Мой дядя даже смутился и сделал шаг назад.

– Чего это ты так на меня смотришь? – недоверчиво спросил он. – Не надо так. Давай ты станешь обычной – неприветливой такой, злой и мрачной. А то мне как‑то не по себе.

– Придется привыкнуть, – я открыл пассажирскую дверь и помог Яне выйти из машины. Девушка прижимала к себе щенка с таким видом, словно нашла сокровище.

Возможно, для нее так все и было.

– А вот и вы! – на крыльце нас встретила моя мама. – Чего так долго?

– Да так, – неопределенно отозвался дядя Миша, проходя мимо и стараясь не слишком звенеть бутылками в пакетах. Несмотря на больную спину, он лично решил нести самое ценное, а остальные тяжести всучил мне и Кире.

– Яночка! – мама прошла мимо своего брата и обняла смутившуюся Тень. – Давно не виделись. А это у тебя кто такой сладенький?

– На дороге нашли, – пробормотала Яна, немного восстанавливая эмоциональное равновесие после столь панибратского приветствия.

– Какой славный, – продолжила восхищаться моя мама, давая девушке, которую видит второй раз в жизни и щенку, которого встретила впервые, куда больше внимания, чем своему сыну.

– Не кисни, – Кира ободряюще толкнула меня плечом, едва не спихнув с дороги.

– А вы, должно быть, Кирочка, да? – и вновь я остался не у дел.

– Так точно, – бодро отозвалась сестра Димки. – Рада знакомству, Елизавета Ильинична.

– Взаимно! – просияла мама и, наконец, посмотрела на меня. – Покупки на кухню неси, я там уже почти все приготовила, – с этими словами она вернулась к Яне и повела ее вместе с Кирой в дом. – Сейчас отмоем этого замарашку, а потом поможете мне с готовкой. Хорошо, девочки?

Девочки согласно закивали и удалились. Причем та, которая была красного цвета, еще и пакеты у двери оставила. Пришлось пыхтеть и таскать все самому. Вот тебе и «сыночка‑корзиночка», ага.

К тому моменту, когда последний пакет был разобран, а его содержимое перекочевало в холодильник, переодевшийся дядя Миша с заговорщическим видом поманил меня за собой. Мы прошли по двору под дождем и укрылись от непогоды в беседке, где теперь гордо возвышался тот самый мангал, который мы когда‑то разгружали. Тут дядя разлил «по маленькой», а потом велел мне заняться углями и был таков. Невзирая на ливень, он бродил по своему участку с таким видом, словно осматривающий владения король. Время от времени родственник возвращался, чтобы посмотреть, как у меня дела, и опрокинуть еще по одной.

– У тебя же спина болит, – я скептически наблюдал за хаотичными, но вальяжными передвижениями родственника, превращая поленья в угли при помощи своего дара. Тут было важно не перестараться, иначе все остались бы без шашлыков.

– Тут святые места, – доверительно сообщил мне дядя Миша, вновь наполняя стопки из заранее охлажденной фляжки. Откуда‑то из кармана он вытащил целлофановый пакетик с небольшими бутербродиками из бородинского хлеба и сала. – Сегодня отдохнем, а работать будем уже завтра. Бабы все равно на кухне языками сцепились и шампанское открыли за встречу, так что давай и мы еще бахнем. – Дядя Миша поднял стопку. – За женщин! – предложил он тост. – Где бы мы были, если бы не они?