— Мне плевать. Заставь его подключиться!

— Феликс, мы будем через сорок пять минут, — говорю я.

Феликс отключился.

Ева спросила:

— У тебя что, действительно есть специальная комната?

— В подвале, да. Там можно запросто пережить взрыв. И дверь пуленепробиваемая.

— Как думаешь, Миша сможет взломать сеть? Услышит ли Лиза принтер?

Я надеялся, что сможет.

Ева замолчала.

Я слишком крепко сжимал ее руку. Пальцы Евы впились в мои. Она была моим спасательным кругом, а я — ее. Мы держались изо всех сил, пока каждая секунда тянулась, как вечность.

Миша — лучший. Он разберется. Кирилл соберет деньги. Феликс каким-то чудом не сожжет мир дотла, чтобы добраться до Лизы. Мы отдадим Макарову его чертово яйцо и деньги. Мы покончим с этим раз и навсегда. Все будут в безопасности.

Я старался не паниковать и не думать о том, что все может пойти не так.

Эльдар

Примерно через полчаса я снова позвонил Феликсу.

— Да, — ответил Феликс. — Мише удалось отправить файл на принтер. Похоже, он печатался двадцать минут. У тебя, наверное, уже закончилась бумага.

Я надеялся, что Лиза услышала принтер, и они с Платоном спрятались в безопасном месте.

Я должен был так думать, потому что другой вариант — что они ходят по дому, не понимая, в какой опасности находятся, что они могут попытаться выйти наружу или понять, что с телефонами что-то не так...

Нет. Я ничего не мог сделать. Только отдать Макарову то, что он хотел, и убедить его отозвать своих людей.

— Кирилл собрал деньги? — спросил я.

— Наскреб немного, — сказал Феликс. — Что думаешь?

— Мне нужно написать Макарову и сообщить, что я уже в пути.

— А деньги? Фаберже? Что ты предлагаешь?

— Феликс, ну что я могу ему предложить? Мы отдадим ему все, — подтвердил я. — Я готов.

— Мне плевать на деньги, Эльдар. Разберемся потом. Ты заедешь за мной в офис?

— Да, и оставлю там Еву.

Я почувствовал, как Ева напряглась рядом со мной, но она молчала. Ни за что не повезу Еву к Макарову. У него уже есть Платон и Лиза. Ева будет только мешать.

— Тогда напиши Макарову, — вмешался Феликс. — Скажи, что встретимся у тебя дома, во дворе.

— Хорошо, — согласился я.

— У Кирилла есть команда. Они займут позицию в лесу, подальше, чтобы никто не заметил.

Макаров сказал, чтобы я пришел один. Стандартное требование шантажистов.

Кирилл знает, что делает. Эти товарищи не такие уж профи. Они даже не заметят приближения Кирилла.

Я знал это, но все равно мне это не нравилось.

— Я жду тебя, — говорит Феликс и отключается.

Я набираю сообщение Макарову.

Я : «Через 20 минут у меня во дворе».

Меньше чем через минуту приходит ответ.

Макаров : «Приходи один».

Я : «Со мной будет Феликс. У него есть то, что тебе нужно».

Еще минута, и новое сообщение:

Макаров : «Отлично. Только Феликс. 18 минут».

Я изменил адрес в навигаторе, положил руку на ногу Евы и держал ее, пока мы не доехали до офиса.

Мы припарковались и вышли из машины. Я обнял Еву и быстро поцеловал.

— В следующий раз, когда я тебя увижу, со мной будет Платон, — пообещал я.

Ева посмотрела мне в глаза и решительно кивнула.

— Скоро увидимся, — сказала она.

Я сел за руль.

На место пассажира сел Феликс, держа на коленях маленькую черную спортивную сумку. Я завел машину и поехал.

— Ты не смог найти чемодан? — спросил я шутя, чтобы немного разрядить обстановку.

Мы были уже близко! Все ближе и ближе, и с каждым метром я все больше понимал, что все может пойти не так.

Феликс не обратил внимания на мою шутку про чемодан.

— Кирилл на месте? — спросил я, пытаясь сосредоточиться на работе.

— Он уже там, — подтвердил Феликс. — А яйцо где?

Я кивнул на заднее сиденье. Феликс повернулся и достал яйцо, завернутое в кардиган, который Ева брала с собой.

— Думаешь, он согласится? — спросил я Феликса.

— Если нет, всегда есть план Б, — зловеще сказал он.

Я остановился на светофоре и посмотрел на брата. Я не мог вспомнить, когда видел его таким.

Через несколько минут я свернул на свою улицу, как делал это уже много раз. Первые несколько метров все было нормально, как обычно.

Но потом мы проехали поворот, и все изменилось. В лесу были люди в черном, с автоматами. На дорожке стоял блестящий черный седан, перекрывая путь.

Я остановил машину. Феликс потянулся к двери, но я схватил его за руку.

— Я говорю, — сказал я.

Феликс хмыкнул, но не стал спорить. Он взял сумку и яйцо и вышел из машины.

Я надеялся, что Платон и Лиза в порядке. Надеялся, что мы выберемся отсюда живыми.

Олег Макаров вышел из машины. Высокий, стройный, в темном костюме, он идет к нам с таким видом, будто он король.

Смотрит на Феликса и говорит:

— Это не похоже на номера счетов.

Феликс отвечает:

— Мы нашли счета, но они пусты. Зато у нас есть кое-что еще.

Глаза Макарова вспыхивают яростью.

Он поднимает руку, как будто подает сигнал. Феликс двигается, и Макаров смотрит на него. Он ничего не говорит, но откидывает край кофты Евы и наклоняет яйцо так, чтобы бриллианты сверкнули.

Макаров опускает руку и делает шаг вперед.

— Знаешь, что это? — спрашивает Феликс ровным голосом.

Макаров кивает, не отрывая глаз от бриллиантов, и тянется к изделию.

Я заслонил Феликса от Макарова.

— Оно принадлежало Сергею, — говорю я. — Потом моему отцу.

— Оно мое, — голос Макарова дрожит от волнения.

— Я отдам тебе его и десять лямов наличными. Сними заряды с моего дома, и все это твое.

Макаров долго смотрит на меня, думает, потом пожимает плечами:

— А что мне мешает взять все это силой? Вокруг полно моих людей. Они вооружены, а ты нет. Я могу забрать сумку, яйцо и взорвать дом.

Феликс рядом со мной начинает рычать. Ну вот, момент, когда мой надежный брат может потерять контроль, настал.

Я сказал:

— Слушай, ты, конечно, можешь сделать все, что хочешь. Но учти, что в лесу есть и наши люди. И если ты взорвешь дом, то сам же и пострадаешь. Если ты наведешь ствол на кого-то из нас, то тоже пострадаешь. Бери яйцо, деньги и забудь о своих разборках с нашей семьей. Мои братья, я, наши женщины, мать, семьи — мы все вне игры. Разбирайся с моим отцом сам.

Макаров скрипел зубами, подбородок у него ходил ходуном. Может быть, я должен был договориться и о защите отца, чтобы все это закончилось раз и навсегда. Но я решил, что хватит. Олег Макаров хочет отомстить отцу. Ну, вот и пусть мстит. Если бы не папа, то и Платон был бы сейчас в безопасности. Я больше не буду его защищать. Пусть сам за себя отвечает. Я беспокоюсь о невинных людях. О своей семье. Мой отец больше не входит в нее.

— Если я соглашусь, — медленно протянул Макаров, — то с твоего отца я спрошу по полной..

— Мой отец сам за себя, — подтвердил я.

Макаров наклонился, пытаясь оглядеться, как будто искал одобрения Феликса. Я отошел в сторону.

— А ты? Ты согласен? — спросил Макаров у брата.

Феликс ответил напряженным голосом, который, казалось, вот-вот сорвется:

— Я согласен. Что бы ты ни хотел сделать с отцом, делай. А про нас забудь.

— Договор есть договор, — сказал Макаров, делая шаг вперед, руки тянулись к награде, которую он, по его мнению, заслужил.

Я шагнул, чтобы закрыть ему путь.

— Сними заряды с дома. Ты можешь оставить своих людей здесь, но убери взрывчатку с моего дома, или ничего не получишь.

Раздражение промелькнуло на его лице, прежде чем Макаров взял телефон и сказал одно слово. Я не расслышал, что именно, но из леса вышли двое и направились к дому.

Один подошел к углу, присел, чтобы снять белый прямоугольный ящик. Другой сделал то же самое у входной двери.