— Пошли.

Мы пошли к двери.

— Подождите! — крикнула Анна.

Мы остановились, Ева оглянулась через плечо.

— У нас нет времени, — сказала она.

— Сто тысяч. И я отдам вам контракт.

Ева отпустила мою руку. Я оставил ее у двери и сказал:

— Стой здесь.

— Я иду с тобой, — сказал я Анне, которая повела меня в кабинет на втором этаже.

Она начала просматривать бумаги и пробормотала:

— Я знаю, что у тебя нет с собой налички. Даже не пытайся меня обмануть, или...

— Я сейчас не об этом беспокоюсь, — честно сказал я ей. — Макаров в бешенстве. Что он сделает с тобой, если найдет это яйцо у тебя?

Ее лицо побелело.

— Ты получишь деньги. Я свяжусь с тобой. Конечно, если ты сейчас найдешь контракт.

Она вытащила папку из ящика и сунула ее мне. Я просмотрел несколько страниц и увидел все, что мне нужно. В качестве сторон контракта значились Денис Валеев и незнакомая мне женщина. В разделе, где передавались родительские права, были указаны Денис Валеев и Ева Валеева.

— Зачем Денис отдал тебе яйцо?

— Он был мне должен, — сказала она, гордо вздернув подбородок.

Вот же сука! Конечно она врет! Я уверен, что он попросил ее приберечь яйцо для него, разложив свои активы, на всякий случай.

Она резко отвернулась и закурила еще одну сигарету. Я закрыл папку с контрактом и ушел, оставив Николаеву.

— Когда деньги отдашь? — крикнула она мне вслед.

— Я позвоню, — бросил я через плечо.

Пусть получит свои деньги, если хочет. А может, и не получит. Мне сейчас все равно.

Мне нужно вернуть нашего мальчика.

Эльдар

— Ева, ты можешь сесть за руль?

Я думал, Ева откажется, но она забрала ключи у меня из рук и пошла к водительскому месту.

— Забей адрес в навигаторе, мне нужно сделать пару звонков, — попросил я.

Она набрала мой домашний адрес, и мы поехали. Через минуту я понял, что Ева справляется. Она ехала быстро, но не слишком, чтобы нас не остановили. Времени на общение с ДПС у нас нет.

Я должен позвонить Феликсу.

Оставлять его в стороне опасно. Слишком многое может пойти не так, пока мы доберемся до дома. У всех нас был опыт работы в сложных ситуациях. Феликс был главным не потому, что он был старшим. Он был главным, потому что никогда не сомневался, не терял концентрации и не давал волю эмоциям.

Феликс — просто машина. Но тут замешана Лиза. А когда дело касалось Лизы, все было по-другому.

У меня нет выбора. Я посмотрел на Еву: она смотрела на дорогу, крепко сжимая руль. Я любил ту Еву, которую знал. Ее застенчивость и неуверенность были частью ее, и я любил это так же сильно, как и все остальное.

Злая женщина, которая сидела сейчас рядом со мной, была не той, с кем я хотел бы быть каждый день, но я любил Еву еще больше, зная, что она готова на все ради Платона. Ради того, кто ей дорог.

Она отлично справлялась, светофоры загорались в нашу пользу, один за другим. Я почти слышал, как тикают часы у меня в голове. Осталось меньше двух часов.

Я приготовился объясняться и сначала набрал номер Кирилла.

— Эй, братан, ты едешь домой? Все хорошо?

— Кирилл, у нас проблема. Ты в офисе?

— Да.

— Ты один?

— Да, — сказал он медленнее. — Что случилось? Ты в порядке?

— Ева и я — да. Лиза и Платон — нет. Макаров окружил дом. Я в пути, и мне нужно подкрепление.

Долгое молчание. Его точный, расчетливый голос сказал:

— Феликс раскидает их всех. Я предполагаю, что Макаров сказал тебе приехать одному?

В его словах был только намек на иронию. Я услышал стук, когда он отодвинулся от стола, звук голосов, когда он шел по коридору.

— Да. Никого не посылай, а то он всех убьет.

— Ему нужно бабло, — сказал Кирилл.

— Да.

— Блин, мы в жопе...

— Нет, — перебил я его. — Не совсем. У меня нет времени объяснять, но у меня есть чем тебя удивить. Мне нужно поговорить с Феликсом, но только после того, как ты будешь в его кабинете, чтобы он ничего не натворил...

— Понял, понял, не тупой. Давай, я иду.

Кирилл отключился. Прежде чем позвонить Феликсу, я написал Кириллу сообщение.

Я : «Дом заминирован. Не хочу, чтобы Ева услышала».

Затем я набрал номер.

— Какого черта ты так долго не перезваниваешь? — ответил мой брат. — Вы в порядке?

— У меня не было времени, чтобы все объяснить. У Макарова Лиза и Платон.

Я слышал, как Кирилл на заднем плане тихо рассказывает ему о взрывчатке и требованиях Макарова.

Феликс молчал.

Я напрягся, ожидая, что он начнет буянить, кричать, швырнет телефон. Что угодно. Но ничего не происходило.

Я отодвинул телефон от уха, чтобы проверить, не отключился ли он. Секунды тикали. Одна, две, три….

Феликс все еще молчал.

Я уже хотел было повесить трубку и позвонить Кириллу, как вдруг в динамике раздался резкий вздох. Феликс говорил сквозь зубы, и разобрать слова было трудно.

— Я ему яйца оторву! — прорычал он. — Когда я доберусь до него…

— Братан! — рявкнул я в трубку. — У нас час сорок пять минут, и я должен быть на месте. Соберись, ты всем нам нужен сейчас. Ты нужен Лизе.

Феликс вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоиться. Я практически видел, как он прикрыл глаза и глубоко дышал, чтобы прийти в себя.

Все, теперь все будет хорошо. Я ждал, а часы в моей голове тикали. Я смотрел на карту на навигаторе.

— Сколько у нас наличных? — спросил я. — Я забрал кое-что у Николаевой, что мы можем предложить вместо денег. Но наличка не помешает. На всякий случай.

— Что? Что ты забрал у Николаевой? — спросил Феликс.

— Императорское яйцо Фаберже, — ответил я.

Минута тишины, а потом:

— Я соберу наличные. Нам нужно закончить эту историю.

— Я пытался дозвониться до Лизы, — говорю я. — Два раза. Не получается. Я почти уверен, что он включил какую-то глушилку. Надо дать ей знать. В подвале есть комната, где безопасно...

Ева бросила на меня взгляд, полный надежды, потом снова посмотрела на дорогу.

— Лиза знает, где это, — продолжил я. — Она знает код, знает, как открыть сейф с моим оружием. Если мы сможем рассказать ей, что происходит...

— Что у тебя есть дома? Если нет сотового сигнала, и он кабель перерезал, так что нет ни интернета, ни телефона, что еще у тебя есть?

Я ломал голову над этим вопросом с тех пор, как понял, что Макаров заблокировал сигналы.

— Не так много, — признался я. — В доме есть беспроводная сеть. Она, наверное, работает, даже если он отключил Интернет.

— У твоей сигнализации есть отдельный сотовый сигнал, да? А вышка далеко от дома?

Все сигнализации, которые мы устанавливали, были подключены к отдельной сотовой линии. Это значит, что они могли послать сигнал службам экстренной помощи, даже если электричество или телефонные линии отключатся. И даже если кто-то пытался заглушить сотовый сигнал.

Сигнализация была подключена к мини-сотовой вышке, спрятанной в лесу. Люди Макарова не знают, где ее искать, и она была далеко от дома, так что блокировка сигнала на нее не влияла.

— Это наша стандартная система, — сказал я.

— Это дает нам живой сигнал, который идет в дом, — сказал Феликс. — Мы не можем включить сигнализацию, чтобы не вызвать панику у людей Макарова. Они могут взорвать дом.

Блин! У меня дома столько всего подключено к интернету! От умных колонок до холодильника. У кофе машины было приложение, и я мог запускать ее с телефона. А принтер...

И тут до меня дошло! Ну конечно, принтер!

— Феликс, принтер, — говорю я, — Он не очень громкий, но бумаги в нем — завались. Лиза его услышит. Если Миша сможет подключить его к сети, может, что-то и выйдет...

На заднем плане Миша ворчит:

— Да этот принтер вообще никогда не хотел подключаться к сети, зараза!

Феликс убирает телефон от уха, его голос звучит глухо, как будто из коридора.