Покорение Ифрикии и правление Абу Мухаммеда ибн Хафса. Победа при Аларкосе ослабила на время сопротивление христиан. Халиф ан-Насир воспользовался этим, чтобы сосредоточить свои усилия против альморавидов восточной Берберии, тирания которых тяготила население. Его флот снова взял Тунис, а его армия вошла в Гафсу, затем в Махдию. Яхья, побежденный в ожесточенной битве, бежал в пустыню.

Ан-Насир считал, что Ифрикия выдержит новые альморавидские нападения только в том случае, если она будет находиться в сильных руках. С этой целью он выбрал наместника, которого хотел сделать настоящим вице-королем, не из своей семьи, а поручил этот пост шейху Абу Мухаммеду, не имевшему себе равных после двойного триумфа — над Альфонсом Кастильским и над Яхьей. Это назначение приобретало особую важность в связи с тем, что Абу Мухаммед был сыном того самого Абу Хафса, лояльность которого позволила Абд аль-Мумину стать халифом. По утверждению одного арабского автора, чтобы сломить сопротивление шейха, ан-Насир заявил ему, что считает его равным себе и согласен в случае необходимости уступить ему свое место в Марракеше. Само собой разумеется, что влияние Хафсидов на общину оставалось довольно сильным, если халиф сохранял за ними привилегированное положение в империи.

Пост, доверенный Абу Мухаммеду, был далеко не синекурой. Ему приходилось бороться против беспрестанных мятежей, вызываемых необычайной активностью Яхьи, противопоставляя арабам альморавидской армии арабов из соперничающих с ними племен. Победа, которую он одержал при поддержке бану сулейм у Шебру (близ Тебессы), отбросила Яхью в Средний Магриб, где арабы его армии и зената, освободившиеся от санхаджийского засилья, сообща опустошили страну, которая от этого уже не оправилась. «Очаги там погашены, отмечал два века спустя Ибн Халдун, — и не слышно пения петухов». Свою последнюю ставку в этой игре случайностей Яхья сделал уже не в Берберии, а в Триполитании, куда загнал его Абу Мухаммед. За Яхью стояли шейхи арабских племен, которым энергичное правительство Ифрикии рискнуло запретить доступ к пастбищам и не давало возможности грабить. Битва в Джебель-Нефусе была одним из самых значительных «дней арабов» в Берберии. В качестве залога своей победы кочевники альморавидской армии взяли с собой в сражение свои семьи и свое имущество. Они потеряли все и были вынуждены в беспорядке бежать на юг (1209 год). Однако на этом карьера Яхьи не кончилась. Изгнанный из Ифрикии и Триполитании, он сумел отнять у своего бывшего союзника Каракуша, которого он распял на кресте, Ваддан (в оазисе Джофра) и соседние с ним оазисы (1212 год). Там он выжидал часа, когда снова сможет появиться в Магрибе, доступ в который был ему прегражден Абу Мухаммедом.

Итак, отныне Ифрикия была избавлена от альморавидской опасности, но ценой почти полной независимости, предоставленной ее наместнику. Становилось все более и более ясным, что эта провинция была слишком удалена от Марракеша и имела слишком много своеобразия в управлении, чтобы власть халифа могла быть там эффективной. С другой стороны, назначение одного из Хафсидов в Тунис доказывает, что престиж альмохадских шейхов по-прежнему оставался довольно значительным и, без сомнения, усиливался в той мере, в какой это позволяла бесцветная личность халифа.

Лас Навас де Толоса. В борьбе против альморавидов халиф целиком полагался на хафсидского шейха, тем более что испанские дела поглощали все его внимание. Альфонс готовился к реваншу за Аларкос, призвав на помощь всех государей Испании, короля Португалии и даже папу, который проповедовал крестовый поход против альмохадов. Со всех сторон съезжались рыцари и искатели приключений. Ан-Насир счел положение достаточно серьезным, чтобы покинуть Марракеш и принять командование армией (февраль 1211 года). Кампания была длительной и кончилась катастрофой. Сильная христианская армия, в которой была представлена вся Испания, кроме Леона, перешла Сьерра-Морену и 16 июля 1212 года нанесла решающее поражение альмохадам при аль-Окабе (Лас Навас де Толоса). Только чума остановила триумфальное шествие христиан на юг. Ответные действия, предпринятые альмохадским полководцем Абу Саидом, сначала довольно успешные, закончились новым поражением (1213 год). На следующий год, когда Альфонс умер, уже начался развал мусульманских владений в Испании.

Развал империи. Халифу было не под силу справиться со столь серьезным положением. Он вернулся в Марокко, чтобы отречься в пользу своего сына Юсефа аль-Мустансира, и умер при обстоятельствах, оставшихся довольно темными, поскольку в хрониках о них рассказывается по-разному (декабрь 1213 или январь 1214 года). Аль-Мустансир (1214–1224 годы), которому было всего шестнадцать лет и который думал только о развлечениях, получил тяжелое наследство. Если в отношении защиты Ифрикии он мог положиться на Абу Мухаммеда, то Средний Магриб, предоставленный зената, ускользал из-под его контроля. Даже в Марокко племена бану мерин, подчинявшиеся до этого альмохадским властям, стали посылать разбойничьи шайки вплоть до самого Телля. Положение стало еще более серьезным после смерти Абу Мухаммеда (1222 год). Правительственный совет назначил преемником его сына; однако халиф, которого беспокоила независимость Хафсидов, отозвал его и заменил бездарным наместником. Яхья воспользовался этим, чтобы вновь появиться в Среднем Магрибе, где он вел войну в течение десяти лет, пока не стал просто главой банды (1226–1237 годы).

Последние годы монархии (1224–1269 годы) были омрачены соперничеством между потомками Абд аль-Мумина и шейхами, которые во имя традиций настаивали на том, чтобы новый халиф представлялся им для получения от них инвеституры (байат аль-хасса — провозглашение избранными). Следует также подчеркнуть участившиеся случаи вмешательства в дела страны арабских племен, поселившихся в Марокко, которые по просьбе различных претендентов вступали, часто не стремясь к этому, в политическую игру, и так довольно запутанную в те времена. Таким образом, эти арабы, жившие в Марокко каких-нибудь три четверти века, мало-помалу превратились в подчас решающую политическую силу и оставались таковой вплоть до начала XX века.

Абу Мухаммед Абд аль-Вахид был задушен (1224 год), а его преемник аль-Адиль утоплен в дворцовом бассейне (1227 год). После этого оказалось два претендента на халифат: аль-Мамун, брат аль-Адиля, в Андалусии и Яхья ибн ан-Насир, кандидат шейхов, в Марракеше. Начавшаяся гражданская война позволила христианам вмешаться в дела Магриба… Король Фернандо III предоставил аль-Мамуну двенадцать тысяч всадников, чтобы захватить Марракеш (1230 год). Победа аль-Мамуна ознаменовала начало жестокой реакции, направленной против альмохадов. Он уничтожал шейхов и их семьи, принял ряд политических мер, противоположных тем, которые принимались его предшественниками, и с высокой кафедры касбы отрекся ради суннизма от учения махди, самую память о котором предал проклятию.

В уплату за долг он разрешил королю Кастилии построить церковь богоматери, где христиане могли публично отправлять свой религиозный культ. Эта церковь была разрушена в 1232 году, но Марракешское епископство существовало вплоть до XIV века, пока там находились христианские войска, которые сохраняли за собой право совершать богослужение, по крайней мере в частном порядке. Аль-Мамун обязался даже препятствовать находившимся на его службе христианам отрекаться от своей веры и в то же время обязался мириться с обращениями в христианство, которые могли бы произойти на его землях. До чего же докатилось альмохадское государство после 1228 года, если его правитель мог принять подобные условия!

Фернандо III извлек еще одну выгоду из этого кризиса. Когда он стал общим государем Кастилии и Леона, перед ним находилось уже не единое альмохадское государство, а мелкие мусульманские королевства Валенсии, Мурсии и Архоны (к северо-западу от Хаэна близ Андухара). Наиболее значительный из трех королей, король Мурсии, который властвовал на всем Юго-Востоке (от Аликанте до Альхамы), объявил себя вассалом Фернандо III (1241 год), а король Архоны, столицей которого стала Гранада, просил его о союзе (1246 год). Два года спустя в результате взятия Севильи Фернандо распространил свою власть на всю мусульманскую Испанию, за исключением Гранадского королевства, где Насриды, кое-как просуществовав два с половиной века, дали возможность андалусской цивилизации сверкнуть в последний раз. Он умер в то время, когда готовилась высадка в Марокко (1252 год). С его смертью закончился героический период реконкисты — отвоевания мусульманских земель Испании.