Бринн переводила взгляд с одной на другую.

— А мне казалось, что мои братья похожи друг на друга.

— Они однояйцевые близнецы. — я повесила трубку и убрала телефон.

Ви подошла к лестнице, ведущей на крыльцо, и, бросив гневный взгляд на всех троих сверхъестественных существ, сидящих на деревянных досках, посмотрела на меня.

Август встал, и мое внимание снова переключилось на него.

Я ничего не могла с этим поделать.

Он положил руку мне на поясницу. Из-за ткани, разделяющей нас, было просто тепло. К сожалению, напряжение в мышцах не уменьшилось.

Ви посмотрела на меня и Августа, когда Миранда заняла место рядом с ней.

Он наклонился ближе к моему уху и пробормотал:

— Не рассказывай им подробности. По законам драконов запрещено делиться информацией о процессе нашего спаривания с людьми. Гром накажет нас, если мы его нарушим.

Поэтому мне придется хранить секреты от своих лучших подруг.

Потрясающе.

Отлично.

«Замечательно».

— Что случилось? — наконец спросила Ранда, не отрывая от меня взгляда.

Я понятия не имела, что мне разрешено говорить, но надеялась, что Август вмешается, прежде чем я выболтаю что-нибудь неуместное.

— Я оборотень-дракон и судьба объявила Элоди моей потенциальной второй половинкой, — сказал Август низким, хриплым голосом. От того, как он произнес мое имя, у меня по коже пробежали мурашки. — Мы узнаем, настоящая ли наша связь, только через несколько недель. К тому времени она либо станет постоянной, либо разорвется совсем. А до тех пор Элоди должна оставаться со мной.

Его слова были полной чушью, но моим подругам они показались достаточно близкими к истине.

Или, по крайней мере, так я посчитала.

Что тоже могло оказаться полным бредом.

Ситуация была запутанной.

— Нам нужно услышать это от неё самой, — сказала Ви ровным голосом.

— Хорошо. — Август жестом указал мне на них.

Я сошла с крыльца, обхватив руками талию. Учитывая, что на мне была одежда дракона, а не бюстгальтер или трусики, я чувствовала себя довольно беззащитной.

Как только я сошла с крыльца, Ви тут же ринулась в мои объятия, но я подняла руку, смутившись.

— У него пунктик по поводу моего запаха.

Я оглянулась на Августа через плечо, и он опустил голову.

— Это что, что-то вроде поиска пары? — спросила Ранда, нахмурившись. — Я думала, что оборотни-драконы берут своих избранниц на Гору Пар.

— Откуда ты это узнала? — спросила Ви.

Ранда пожала плечами.

— Интернет.

— Э-э… — я снова посмотрела на Августа.

— Только если связь станет постоянной.

Ах.

Верно.

Конечно.

— Это что-то новое. Я всё ещё пытаюсь во всём разобраться, — призналась я, снова взглянув на своих подруг. — Мне придётся переехать сюда, пока мы не разберёмся с вопросом о связи. Драконы свяжутся с колледжем, чтобы убедиться, что я смогу закончить учёбу вовремя.

— Никто не хочет злить драконов. Уверена, что руководство выполнит все его требования, — сказала Ранда.

— Откуда ты знаешь, что он говорит правду? — Ви вернула нас к обсуждаемой теме.

— Я это чувствую. — это было абсолютной правдой. — В его глазах вспыхнул огонь, когда он прикоснулся ко мне, и я почувствовала перемену внутри себя. — я постучала по центру груди.

Он не затронул мое сердце, но было достаточно близко.

После того, как мы переживем горячку, не сдавшись, и за мной перестанут пристально следить драконы, я расскажу своим подругам все. А до тех пор, какой у меня был выбор, кроме как подыгрывать?

— Это безумие, — возразила Ви.

— Полностью и целиком, — согласилась я.

— И романтика, — добавила Ранда.

Мы обе одарили ее недоверчивыми взглядами, и она улыбнулась.

Из нас троих Миранда была творческой натурой, поэтому меня не удивило, что она увидела в ситуации что-то хорошее. Она ничуть не соответствовала стереотипу «капризного художника». Она была спокойной, тихой и более умиротворенной, чем кто-либо другой, кого я когда-либо встречала.

Она выпалила:

— Да. Всем известно, насколько сверхъестественны отношения людей со своими парами. Если ваша связь станет прочной, это гарантирует преданность и верность. Что может быть романтичнее этого?

— Не обращай на неё внимания, — проворчала Ви. — Что будешь делать, если он действительно станет твоей парой?

— Понятия не имею, — призналась я. — Думаю, мы потом во всем разберемся. А пока я надеюсь, что все это закончится через несколько недель.

Ви кивнула.

— Чем мы можем помочь?

— Ей явно нужна одежда, — сказала Ранда, указывая на меня.

— Да, мне нужно много своих вещей. Думаю, семестр завершится примерно в то же время, когда всё это закончится, так что нет смысла оставлять их в квартире.

— Мы об этом позаботимся, — пообещала Ви.

— Спасибо. — в моем голосе слышалась благодарность. Я надеялась, что они поняли, что это искренне.

Ранда подошла ко мне ближе.

— Если отбросить всю романтику, ты чувствуешь себя с ним в безопасности? Ты же знаешь, что мы не можем оставить тебя здесь, если ты не чувствуешь себя в безопасности. Меньше всего нам хочется повторения истории с Придурком.

Я прикусила губу.

Прошло недостаточно времени, чтобы я почувствовала себя по-настоящему в безопасности или в опасности рядом с Августом.

Тем более учитывая, что он сам говорил о своих изменениях.

— Этого ответа достаточно, — сказала Ви. — Мы остаёмся.

Однако остаться они не могли.

Не тогда, когда мы имели дело с похотью и страстью, и лгали о том, как работает эта магия.

Поэтому мне нужно их переубедить.

Я не была мастером вранья, поэтому позвала на помощь.

— Бринн? Можешь подойти сюда на секунду?

Через мгновение она присоединилась к нам, наклонившись ближе.

— О чём мы говорим?

— Год назад Элоди встречалась с вампиром. Их отношения закончились, когда он отправил её в больницу. Какая у нас гарантия, что на этот раз всё не повторится? — спросила Ви. Как всегда, она не стала ходить вокруг да около.

Взгляд Бринн обострился.

— Август скорее покончит с собой, чем причинит Элоди физический вред. Драконы защищают тех, кто им дорог, и точка. И пока их связь не будет разорвана или укреплена, Элоди на первом месте в этом списке. Он не причинит ей вреда и чертовски позаботится о том, чтобы никто другой тоже этого не сделал.

После короткой паузы она добавила:

— Большинство сверхъестественных существ физически не могут причинить вред своим парам. В том числе и драконы. И пока связь не разорвана, они остаются именно такими.

Наступила минута молчания, после чего Ранда сказала:

— Ну, вот и всё. Пойдём за её вещами. Твои волосы выглядят не очень.

— Правда что ли? — я взглянула на спутанные пряди.

— В высшей степени, — согласилась Ранда.

— С каких это пор ты позволяешь людям называть тебя Эл? — спросила Ви, взглянув на меня.

После слов Бринн ее гнев и беспокойство тоже утихли. Я могла только надеяться, что они были искренними.

— С тех пор как Бринн спросила, а я была ошеломлена тем фактом, что временно состою в паре с оборотнем-драконом.

Ви фыркнула.

Ранда улыбнулась.

— Или навсегда.

— Не стоит перегибать палку, — предупредила я.

Она засмеялась и схватила Ви за руку.

— Мы вернемся через час-два с твоими вещами. Люблю тебя.

— Тоже тебя люблю.

Я молча наблюдала, как они садятся обратно в машину и уезжают.

— У нас есть час-два, чтобы облагородить дом так, чтобы они не волновались, когда его увидят, — сказала Бринн.

— Больше. Когда Ранда говорит час или два, это значит три или четыре. Мы всегда шутим, что она всё делает максимально неэффективно. Как только появляется ограничение по времени, она резко замедляется.

Бринн улыбнулась.

— Они кажутся хорошими подругами.

— Они лучшие.

Нас накрыла тень, и мне не нужно было оглядываться, чтобы почувствовать, как Август подошел ближе сзади. Его рука легла мне на бедро, и в этой хватке чувствовалась какая-то собственническая привязанность, от которой меня пробрала дрожь.