— Товарищ адмирал! — подключается к разговору радист, — с флагманского корабля сообщают, что они уже на подходе, видят в бинокль вулкан на нашем острове, будут, примерно, через час.

— Отлично! — отзывается Николай, — передайте, что сообщение приняли, что на острове имеется отличная бухта, и чтобы не забыли промерить глубины перед тем как заходить в нее.

В это время в небе, со стороны далекого горизонта появляется точка, которая быстро приближается, превращаясь в самолет с красными пятиконечными звездами на крыльях, который с ревом проносится над островом, делает круг и, покачав крыльями,  удаляется. А боцман Михалыч тем временем достал из заплечного мешка флаг СССР, закрепил его на длинном бамбуковом стволе, который он принес из леса и установил флаг рядом с Николаем. Океанский ветер с радостью развернул красное полотнище с пятиконечной звездой, серпом и молотом.

— Что здесь происходит? — послышался еще один знакомый голос, и из-за кустов, как всегда, появился главный инженер острова Сайрес Смит. — О, мистер Исаев! — воскликнул он, — вы опять вернулись на мой остров! Как, вы стали моряком, а кто это рядом с вами, что это за люди и что это с таким шумом сейчас над нами летало?

— «Опять черт принес этого инженера!» — думает Николай, но вежливо здоровается и отвечает: — Да, мистер Смит, я стал моряком, адмиралом флота, который сейчас уже приближается к нашему острову, и здесь будет его промежуточная база, а летал над нами самолет морской авиации, которая находится на кораблях этого флота.

— Да как вы посмели даже сказать такое, мистер Исаев! — возмущается Смит. — Этот остров принадлежит Соединенным Штатам Америки, мы первые заняли его, и, если вы хотите разместить здесь ваш флот, вам придется оплатить аренду.

— С чего вы взяли, мистер Смит, — отзывается Николай, — что этот остров принадлежит Америке? У вас есть какой-то документ на эту тему, или вы установили флаг вашей страны? Ничего подобного вы не сделали! А мы установили флаг нашей страны, Советского Союза, вот, полюбуйтесь, и передали по радио, что на данном основании мы вступаем во владение этим островом!

— Самолет, радио, морская авиация… — пролепетал мистер Смит, — что это, вы не смеете, Исаев, убирайтесь немедленно отсюда!

— Даже не подумаю! — отвечает Николай, — сам пошел вон! — неожиданно для себя, так грубо, говорит он.

— Ах, так! — воскликнул Сайрес Смит, — ну, смотрите сами, Исаев, вы сами напросились. И мистер Смит, выхватив из-за спины ружье, почти в упор стреляет прямо в грудь Николая, который, ощутив сильный удар… проснулся.

*  *  *

Да, он проснулся, и долго не мог прийти в себя, пытаясь освободиться от наваждения. Да это же спящая рядом Галя, поворачиваясь с боку на бок, случайно ударила его локтем в грудь.— Вот, фигушки тебе, мистер Смит, а не аренду за остров, тоже мне, размечтался! —  прошептал он, все еще оставаясь под впечатлением сновидения.

Наконец, он сообразил, что находится не на острове, а в комнате общежития, а рядом мирно спит Галя, его любимая супруга. Осторожно, чтобы не разбудить ее, Николай встал и подошел к окну, заметив, что еще только раннее утро, но спать уже совершенно не хотелось. Тогда он оделся, пошел в санузел, умылся, а потом отправился на кухню, где поставил чайник на электроплитку, и, дожидаясь, пока он закипит, стал обдумывать — чем же ему грозит сегодняшний визит к Верховному Главнокомандующему.

У Николая не было никакого сомнения, что этот визит закончится чем-то нехорошим, так как все предыдущие сновидения с этим мистером Смитом всегда приводили к каким-то событиям, в основном, не очень хорошими, то есть, эти сновидения почти всегда были вещими.

— «Черт бы побрал этот авианосный флот!» — подумал он, — отправят меня, липового, бестолкового «адмирала» куда-нибудь в Николаев, или в Молотовск, к черту на кулички, строить авианосцы, а бедненькая Галочка останется здесь в одиночестве, и что же ей тогда делать? Опять пытаться переводиться на новое место или возвращаться к родителям? Ну и дела!»

Он заварил чай и сидел, попивая его, до тех пор, пока не проснулась, и не вставала Галя, которая быстро приготовила завтрак, покушала, и отправилось в свое медучилище на занятия, а Николай — в Аналитический отдел Генерального Штаба, на службу, еще раз чертыхнувшись по дороге.

Подавленное настроение Николая улучшилось только во время поездки в Кремль, куда они отправились на автомобиле наркомата. Он смотрел в окно автомобиля за проходящими по улицам москвичами и, заметив странность в их одежде, на которую раньше не обращал внимания, потому что был постоянно чем-то увлечен, воскликнул: — Ну и парадокс!

— Какой парадокс? — спросил  майор Верховцев.

— Да в одежде москвичей, товарищ майор! — ответил Николай. — Вот, сами посмотрите, лето на дворе, а одеты все по-разному. Вон, идут девушки в летних платьях, а за ними — старушка в плаще и теплой шапке, или мужчины в летних рубашках, а за ними другой мужчина — в суконном пиджаке и барашковой шапке. Чем же не парадокс?

— Ой, Исаев! — усмехнулся майор, — не забывай, что в Москве много приезжих из разных краев нашего Союза, а тот мужчина в барашковой шапке, наверняка, житель Кавказа, ему так привычно. А парадоксов в нашей жизни, конечно, предостаточно, даже в самых простых вопросах.

— В каких же товарищ, майор? — не утерпел Николай.

— Да в любых! Вот, представь, например, что человек простудился и сильно кашляет. Что ему нужно делать, куда идти?

— Понятное дело, куда, — ответил Николай, — к врачу, в амбулаторию.

— Правильно, надо к врачу, а он идет в театр. Вот тебе и парадокс!

— Так и есть! — воскликнул, рассмеявшись, Николай, — точно. Мы с сокурсниками перед последней сессией собрались в театр, в Большой, а рядом с нами оказался человек, который громко и постоянно кашлял. Когда мы ему сделали замечание, он ответил, что купил билет, и будет сидеть до самого конца, что он никому не мешает, так как балет нужно смотреть, а не слушать.

— Балет, балет, будет нам балет в десяти Актах, если не больше, — пробормотал майор, обдумывающий возможные последствия их предстоящего доклада.

В приемную главного кабинета страны они прибыли за десять минут до назначенного времени, но ожидать не пришлось, так как их сразу пригласили в кабинет, в котором уже находился один посетитель, которого ни Николай, ни майор не знали. А вот то, что сидящий за столом для совещаний этот человек внимательно рассматривал книгу «История Страны Советов» они сразу заметили.

Верховный Главнокомандующий, поздоровавшись, пригласил их к столу и представил сидящему человеку, пояснив, что это вновь назначенный Министр Вооружения СССР. Заметив недоумение на лицах Николая и Верховцева, он пояснил, что принято решение переименовать Наркоматы в Министерства, а Наркомов — в Министров, что так удобнее, особенно для общения с зарубежными странами, где не понимают, что такое наркомат, или кто такой нарком.

Перед тем, как начать совещание по назначенному вопросу, Верховный рассказал вновь прибывшим, что он с удовольствием читает подаренную ему книгу. Что он не удержался, и похвастался ей перед министром, которому книга тоже понравилось. И только после этого он  попросил Верховцева представить ему подготовленное «Заключение», что майор и исполнил.

Верховный быстро пробежал  документ глазами, а потом попросил Верховцева зачитать его вслух командирским голосом, пояснив, что на слух он воспринимает лучше, чем при чтении и, чтобы «Заключение» услышал министр. И майор с этой задачей прекрасно справился, зачитав документ хорошо поставленным голосом, выделяя и оттеняя нужные места.

— Вот как! — воскликнул Верховный. — Значит, линкоры стали совсем не нужны?! Жаль, очень жаль, мне так нравятся эти корабли, они внушают уверенность. Вы уверены, товарищ Верховцев, в этом постулате?

— Так точно, товарищ Сталин! — ответил майор. — По имеющимся данным, во время прошедшей войны ни один линкор в военных действиях не участвовал. Они так и простояли без дела, а применялись подводные лодки, авианосцы, крейсеры, миноносцы и катера.