К постановке тоже было много претензий. Самая главная: Арина так и не поняла, о чём она. Платье у американской фигуристки было красивое и очень притягательное, цвета морской волны, с серебристыми блёстками и узорами. В таком платье «Вальс цветов» катать Чайковского, или другую святую классику. Американка же каталась под безликую эстрадную танцевальную музыку, и что именно изображала фигуристка, было непонятно. Программа существовала ради программы. Арина при просмотре программы Дебби Томас не ощутила абсолютно ничего! Никакого либретто! Разве что дискотеку в каком-то танцзале. Больше ничего не приходило на ум. Это отсутствие концепции и либретто программы могло повлечь за собой снижение оценки за артистизм. Арина не видела и не понимала, что именно изображает американка: весь прокат она делала невнятные взмахи руками, которые ничего не говорили окружающим.

В целом, технически американка каталась быстро, спортивно, однако очень просто, без сложных связующих шагов и крутых рёбер. Из всех элементов Арине понравились лишь вращения. Они получились прекрасными: с хорошей центровкой, скоростью, красивыми позициями.

Американка тем временем раскланялась в обе стороны, прижав руку к сердцу, и, радостно улыбаясь, покатила к кисс-энд-краю, где её ждал тренер, мужчина средних лет в чёрном костюме и с причёской под горшок. Вместе они сели на красивые скамейки, стали улыбаться и махать руками в стоящую перед ними камеру.

— Дебби Томас, США, за прокат короткой программы получает 5,5 баллов за технику и 5,1 балла за артистизм, занимает текущее первое место, — сказал информатор. — На лёд приглашается Шеннон Элисон, Канада.

— Так, Люда, пойдём ещё позанимаемся! — заявил Левковцев. — Время есть!

Пожалуй что, с этим можно было согласиться, да и с тренером не поспоришь…

После проката Дебби Томас времени до начала разминки последней группы оставалось ещё много: сейчас должна кататься Шеннон Элисон, потом будут заливать лёд, а это, как минимум, ещё 25–30 минут, и Арина решила провести лёгкую заминку, чтобы понемногу сбросить разминочную нагрузку.

Встав посреди зала на цыпочки, как балерина, она начала исполнять небыстрые, плавные пируэты с руками в овал и в полуовал, чередуя фуэте с аттитюдами. Движения получались очень красивыми и выверенными, такими, что большинство людей, находившихся в тренажёрном зале, обратили на неё внимание. Кто-то из зарубежных тренеров достал видеокамеру.

Впрочем, как всегда, время пролетело быстро.

— Девушки, через 10 минут готовьтесь к выходу на лёд, — предупредил вошедший волонтёр.

Арина прекратила заминаться, подошла к Левковцеву, взяла у него сумку, достала коньки, надела, тщательно зашнуровала и сунула кончики шнурков внутрь ботинок. Потом попрыгала, проверив надёжность крепления и убедилась, что всё хорошо.

Через 10 минут фигуристки в коньках, уже собранные, готовые к прокату, в соревновательных платьях с накинутыми поверх них олимпийками, начали выходить из тренажёрного зала. В коридоре опять было людно: журналисты, тренеры, волонтёры, полицейские. Кто-то стоял, прислонившись к стене, кто-то прямо в проходе. Мелькнули лица Федотова, Фицкина и Быстрова. При виде фигуристок раздались громкие аплодисменты. Заблестели вспышки от фотокамер журналистов. Впрочем, на них уже никто не обращал внимания.

В начале служебного коридора, за двумя полицейскими, стояло несколько человек болельщиков с фотокамерами. Увидев фигуристок, они закричали и замахали руками.

— Смотрите, смотрите! Фигуристки идут! Линда! Люда! Марина! Посмотрите пожалуйста на меня!

Волонтёр, стоявший у чёрной портьеры, открыл её и сделал приглашающий жест. Фигуристки, одна за другой вышли из служебного коридора и встали у калитки, рядом с ними расположились тренеры.

С арены уже уехала заливочная машина, зрители на трибунах тихо переговаривались, покашливали. Играла негромкая музыка. Где-то плакал маленький ребёнок. Но в целом, было тихо. Однако, когда зрители увидели, что вышла последняя группа участниц, сразу же начали громко аплодировать и что-то кричать. Гул и шум нарастали в геометрической прогрессии. Арина с удивлением увидела красные флаги на трибунах. Флаги СССР! С ними приехали японские болельщицы! Вот это да! Далековато их занесло, в самый центр Европы!

Впрочем, кроме флагов СССР, на трибунах были и американские флаги, и канадские, и германские, и японские, в поддержку Мидори Ито. Зрители аплодировали в ожидании выхода своих любимиц на лёд.

Арина отдала Левковцеву бутылку с водой, салфетницу, взялась руками за бортик, начала приседать и выпрыгивать, раскачивая ноги, раз уж образовалась небольшая заминка. Потом посмотрела на информационное табло, на котором вертикально проматывалась таблица промежуточных результатов за две прошедшие разминки.

1. Debbie Thomas, USA RS 5.5 SP T 5.5 A 5.1

2. Shannon Ellison, CAN RS 5.6 SP T 5.1 A 5.1

3. Karin Telsier, ITA RS 5.4 SP T 5.0 A 5.1

4. Joan Conway, UK RS 5.2 SP T 5.0 A 5.1

5. Cornelia Renner, FRG RS 5.1 SP T 5.0 A 5.1

6. Claudia Villiger, SUI RS 5.0 SP T 4.8 A 4.9

7. Junko Yaganuma, JPN RS 4.0 SP T 5.3 A 5.3

8. Patricia Neske, FRG RS 3.8 SP T 4.0 A 4.3

9. Karola Wolff, FRG RS 3.9 SP T 4.0 A 4.1

Безусловно, Дебби Томас улучшила своё положение после исполнения обязательных фигур, став выше канадской фигуристки Шеннон Эллисон. Однако преимущество перед канадской спортсменкой было 0,3 балла, что легко могло компенсироваться в произвольной программе. А ведь Шеннон Эллисон была вторым номером канадской команды, бывшая юниорка, не слишком большой авторитет в мировом рейтинге!

В целом, судя по таблице, почти все фигуристки сохранили свои позиции после обязательных фигур. Даже японская фигуристка Джунка Яганума, провалившая обязательные фигуры, хоть и набрала в короткой программе приличные баллы, не сумела подняться выше своего места и по-прежнему находилась лишь над немецкими фигуристками.

— Дамы и господа! Наши соревнования продолжаются! Сейчас перед вами выступит последняя группа участниц, — ожил информатор. — На разминке находятся: Холли Кук, США; Линда Флоркевич, Канада; Мидори Ито, Япония; Марина Соколовская, СССР; Людмила Хмельницкая, СССР. Объявляется шестиминутная разминка.

Фигуристки начали снимать чехлы с лезвий, и выходить на лёд. Арина подошла к Левковцеву выслушать наставления на разминку.

— Люда, в тренажёрном зале ты размялась хорошо, — заявил тренер. — Сейчас у тебя будет только ледовая разминка. Почувствуй лёд, сделай простые элементы, потом исполни все прыжковые элементы короткой программы. Больше ничего не прыгай.

— Хорошо, Владислав Сергеевич, — кивнула головой Арина, сняла чехлы и отдала тренеру. Сразу же сняла олимпийку, чтобы не возвращаться, и повесила её на бортик. Потом покатила вдоль длинного борта, где сидели судьи, на ходу начав разминаться фонариками, проходя их по змейке. У правого короткого борта развернулась задними перебежками и по серпантину покатила в левую часть арены, начав исполнять быстрые, стремительные, зрелищные перекидные прыжки.

Остальные фигуристки делали разное. Кто-то начал разминку с прыжков, кто-то с вращений, кто-то с перекидных. Арина поймала лёд, разогналась, сделала несколько троек и у правого короткого борта прыгнула каскад тройной флип — тройной тулуп. Чисто! Похоже, всё внимание было притянуто к ней, потому что сразу же раздались восторженные крики и громкие аплодисменты. Арина прыгнула каскад с руками наверх, очень красивый, зрелищный, сделанный на высокой скорости, с длинным выездом после тулупа в красивую арабеску.

— Смотрите! Смотрите! Я первый раз такой каскад вижу! — по-английски крикнул кто-то из болельщиков, сидящих в правой части арены. — Люда! Люда! Вперёд!

Арина разогналась к левому короткому борту и, не доезжая до него, встала на дугу назад-наружу и прыгнула тройной лутц. В этот раз прыжок не получился. Несмотря на то, что разогналась хорошо, скрутила только два оборота. Бабочка! Почему так получилось? Да кто же его знает, лёд скользкий… Возможно, не сумела хорошо оттолкнуться. Если бы продолжала вращаться, не раскрылась, могла бы сделать сильный недокрут, приземлиться на ход вперёд и свалиться. Поэтому, получается, сделала всё правильно!