Прошёл уже год, как я смогла вернуться домой, и мы открыли границу мира. Мы с Саиром окончательно переехали и обосновались на Асдаре, но часто навещаем его близких на Вреироне. На Асдар перебралось не мало жителей Вреирона, обзаведясь здесь семьями, в числе их оказался и Аран. Его охмурила предприимчивая санитарочка — Сара Кариф, которая была в составе Асдарского медсанбата на Вреироне. Она взяла его тёпленького, с глубокой душевной раной, пожалела, приласкала, приголубила и он растаял. Сара делает его счастливым. Сейчас эти двое ждут дочку. Я искренне рада за него и рада, что наши отношения слава богу наладились.

Эрик Деккер, оказался из тех, кто не захотел так кардинально менять свою жизнь и найдя на Асдаре своё счастье, увёз её к себе домой, на родину, так ещё в прибавок ко всему смог её уговорить на брак с несколькими мужчинами, в их семью вошёл и Кевин. Да ситуация с женщинами на Вреироне становится лучше, но окончательно гендерное равновесие установится ещё не скоро, поэтому многомужество там, пока ещё не утратило своей актуальности и некоторые пришлые девушки соглашаются на такой формат семьи. Советник же почему-то не воспользовался такой замечательной возможностью и не торопится с женитьбой, говорит, что у него сейчас других забот хватает.

Сейчас прижимая к груди нашего с Саиром новорожденного сына Нарима, что сладко причмокивал, взирая на мир своими медовыми глазками как у папы, я понимаю, что всё ненапрасно. Я счастлива, все мои близкие и родные тоже, жизнь налаживается.

Вот и подошла к концу наша история. И вроде бы все счастливы и вроде бы хеппи-энд, но кое-что мне всё никак не даёт покоя… Когда я только начинала писать эту книгу, в моей голове сразу же выстроился весь сюжет, от и до, и финал в моём воображении выглядел именно таким, каким вы его только что прочли. Но так уж вышло, что в процессе написания, я сама себя подвела к тому, что я хочу видеть совершенно другое завершение истории. И сейчас хочу предать на ваш суд второй вариант концовки. А вы уж сами выбирайте, что вам больше пришлось по вкусу.

От лица Арана.

Я как обычно в последнее время, бесцельно валялся на кровати в своей каморке, меланхолично вертя в руках уже замыленный практически до дыр лист бумаги и предавался своим далеко нерадостным мыслям, когда ко мне ворвался незваный вихрь Дамиан.

— Ты опять здесь и опять совершенно бестолково убиваешь своё драгоценное время! — как всегда, ни здрасьте вам ни до-свиданья, с порога уже какие-то упрёки.

— Дамиан, что ты опять от меня хочешь? — устало вздохнув спросил я, даже не взглянув в его сторону.

— Ты знаешь, что. — не сбавляя напора продолжил друг говорить загадками, хотя какие там загадки, сейчас опять начнёт наступать на больную мозоль. — Почему ты здесь?! Пока на границе затишье и демоны не пытаются пробить брешь, пока у тебя есть свободное время, почему ты не околачиваешься у её порога? Ты ведь уже признался сам себе что любишь её? — он не спрашивал, он утверждал, да у меня на лице всё написано, тут и спрашивать нечего. — Лежишь тут и корчишь из себя страдальца. Возьми себя в руки и иди к ней! Ты должен добиваться её! Но вместо этого ты лежишь подыхаешь тут от тоски. — он, не жалея моих чувств, безжалостно бил по больному, а потом вдруг утих, сел на стул рядом со мной и глядя прямо мне в глаза произнёс то, чего я боялся признать. — Ты ведь понимаешь, что произошло? Да ты не можешь этого чувствовать, как я или Каино, но ты это должен понимать. В тебе тоже есть кровь ликанов. Она твоя истинная, ты нашёл свою истинную и не имеешь права её отпускать. Ты должен её убедить, что вы должны быть вместе.

— Поздно. — произнёс я одно короткое, но ёмкое слово, надломленным голосом. Протягивая Дамиану тот самый злополучный лист бумаги.

Это было прощальное письмо от Асты, которое мне передал Кевин. Я старательно избегал любых встреч с ней, оборвал на корню всё наше общение, я искренне считал, что так будет лучше, что время лечит и что, если мы перестанем видеться, мне станет легче. Но со временем становилось только хуже. А когда я получил это письмо и узнал, что советник внял моей просьбе и отдал ей этот артефакт, что они с Саиром уйдут в её мир, я понял, что легче мне уже не станет никогда.

— Что это? — растерянно спросил Дамиан, забирая из моих рук листок и вчитываясь в ровные строки. С каждым прочитанным словом его лицо всё больше вытягивалось, приобретая неверящее выражение. — Это шутка такая?

— По мне где-то видно, что я шучу?! — раздражённо бросил я. Мне и так более чем хреново, ещё он пришёл и подливает масло в огонь. Какого чёрта ему вообще от меня надо?! — прямо безудержное веселье. — пробухтел уже тихо, беря себя в руки — Она вернулась в свой мир. Она ушла. Всё, её больше нет.

— Нет!.. Нет, нет, нет! Не так всё должно было быть. Не так! — вдруг взвился Дамиан, хватаясь за голову. Он то чего? — Вы должны быть вместе. У вас родится …

— Дочь, на которой ты потом женишься. — перебил я друга, закончив за него уже заезженную фразу. Надоел уже в самом деле. — Я помню. Дам, может хватит?! Это уже несмешная шутка. Особенно сейчас.

— А с чего ты взял что я шучу? — совершенно серьёзно, без единого намёка на юмор бросил он и уставился на меня с … осуждением? Это ещё что значит? — Я нисколечко не шучу. Я это говорю сейчас на полном серьёзе. Я с полной уверенностью могу тебе сказать, что в вашем союзе родилась бы девочка и она бы была моей истинной. — Сказал он то, чего я ну никак не мог от него ожидать. Да и как он это понял? Какая-нибудь гадалка-шарлатанка нашептала что ли? А он повёлся? — Я это понял ещё в тот момент, когда ты мне вручил её прядь волос для поиска беглянки. Ваши запахи смешались и превратились в нечто особенное, что щекотало и нервировало все мои чувства. Да, конечно, это не запах моей истинной, но я больше, чем уварен, что всё было бы именно так как я сказал. А ты всё испортил своими же руками! Ты, именно ты сам отправил её туда, подарил обратный билет! — выкрикнул друг, сотрясая перед ошарашенным мной злополучным письмом, в котором содержались неопровержимые доказательства моей вины. — В благородство он решил поиграть. И к чему привело это твоё грёбаное благородство?! Теперь и сам тут лежишь сдыхаешь и меня лишил шанса на счастье. Какой же ты идиот. — с этими словами, он швырнул в меня смятый листок и вылетел из моей комнаты, оставив меня одного с разрушительными мыслями, которые сжирали, уничтожали меня изнутри.

Две недели я не жил. Существовал. Превратился в собственную тень. Распугивал своим видом всех окружающих. Даже не единожды посещала гнилая мыслишка покончить уже с этой жизнью. Когда демоны снова явятся, кинуться в самое пекло, подставиться под удар. Но я каждый раз гнал эти мысли от себя. Наша смерть, даже если она приносит облегчение нам — это всегда испытание для других, для наших близких. Наша жизнь нам не принадлежит. Не стоит на неё покушаться. Но вскоре произошло событие, которое подарило мне надежду, заставило воспрять духом. Событие, которое в последствии всколыхнуло весь Вреирон — в наш мир прибыла целая иномирная делегация с предложением военной помощи. К нам прибыли Асдарцы, готовые поделиться с нами своими технологиями, своими знаниями, опытом и помочь победить демонов. Аста. Это именно она их привела, это было ясно, как белый день. Хотя о ней самой вестей не было.

Сначала я ждал её. Ждал что она придёт. Потом до меня дошло — а с чего она вообще сама должна ко мне идти? Тем более после того, как я сам оборвал все контакты с ней. Сорвался в столицу, хотел её найти, но её там не было. Она вместе с советником участвует в переговорах, между двух миров, представляя сейчас именно наш Вреирон. Рандал Маватари теперь не отпустит её, ухватится своей стальной хваткой. Не к месту появились иррациональные ревность и обида. Противный червь засел в моём мозгу — она вернулась к нему, не ко мне. Ко мне не захотела даже на глаза появляться. Но глас разума всё-таки твердил мне, что Аста вернулась не к Рандалу, а для того, чтобы спасти наш мир, а видеться со мной не захотела,. да потому что сам этого и добивался.