— Саир не молчи пожалуйста. — жалко проблеяла я, как овечка на заклании, не выдержав гнетущей тишины, но подходить к нему не рискнула. — Скажи хоть что-нибудь. Наори на меня в конце концов. Но только не молчи.

— Аста, пожалуйста... Я с трудом себя сейчас сдерживаю. Ты даже не представляешь как я зол. — скрипя зубами, хрипло произнёс он, запрокинув голову в верх, борясь со своими эмоциями.

— Ты, наверное, теперь передумаешь на мне жениться. — глухо произнесла я, спуская с плеча винтовку, опуская её на пол.

— С чего ты то взяла?! — резко развернувшись спросил Саир. — Откуда такие мысли? Аста, скажи, что творится в твоей голове?

— Я тебя не достойна. — опустив глаза, прошептала то, что крутилось у меня в голове. — Зачем тебе такая неправильная, упрямая, проблемная? Ты сможешь найти себе лучше. Тихую, скромную, спокойную,

— Что ты несёшь?! — в доли секунды, преодолев расстояние, между нами, припечатав меня к двери, от которой я так и не отошла, прошипел он, с горящими глазами. — Сколько ещё раз я могу тебе повторять, что кроме тебя мне никто не нужен?! Ты моя, я твой. Я люблю тебя такую, упрямую, безрассудную, но самую лучшую. Да ты совершила ошибку, ты была не права. Все и когда-то совершают ошибки. Главное суметь это признать и сделать правильные выводы. Ты свою ошибку признала, только вот выводы ты делаешь какие-то неправильные. Я тебя люблю. Слышишь? Люблю. И никогда тебя не отпущу. Даже не рассчитывай. — буквально прорычал он мне всё это в лицо и не позволив опомниться и сказать хоть слово, закрепил всё выше сказанное жёстким властным поцелуем.

Его нисколько не заботило, что я вся грязная и в чужой крови, он буквально пожирал меня клеймил, присваивал. А я полностью отдалась его воле, потому что поняла, что тоже люблю и жутко боюсь его потерять.

Не разрывая поцелуя, Саир потащил меня в ванную, на ходу стаскивая с нас одежду. Он не сдерживал себя, свои эмоции, что клокотали сейчас в нём, не был нежным и трепетным, как в первую нашу ночь. Властный, подчиняющий и бескомпромиссный. Его поцелуи были жадными и жалящими, прикосновения грубыми. Он не щадил ни моё тело, ни мои чувства. Сжигал своей страстью, наказывал, за то, что смела сомневаться. А я принимала его всего, его чувства, его эмоции, полностью растворялась в нём, подчиняясь его напору, отдавая всю себя его власти. Я полностью капитулировала перед ним и почувствовав это, на пике эмоций и наслаждения, мужчина впился в мою шею, своими клыками, следуя древним инстинктам, оставляя свою метку, присваивая меня окончательно, не давая шанса к отступлению.

— Прости. Прости моя девочка. Не сдержался. — шептал Саир, после того, как мы более-менее пришли в себя, зацеловывая моё лицо и место укуса. — Я чуть с ума не сошёл, когда пропала вся магия, а ты ещё не вернулась, а когда увидел тебя там, всю в крови, с оружием в руках, меня вообще перекрыло.

— Это ты прости меня. — сказала я, обхватив его лицо ладонями, ловя взгляд, самых невероятных, медовых глаз. — Я тоже тебя люблю.

— Повтори ещё раз. — не веря, попросил он, пристально вглядываясь в мои глаза.

— Люблю тебя. — повторила я, подкрепляя свои слова, тонким ручейком магии, подкреплённой, всем тем, что сейчас у меня на душе, на сердце, пропуская его через ладонь, которой я поглаживала, по его колючей щеке.

— Аста! — утробно прорычал он и впился мне в губы новым жадным поцелуем, унося нас в новый виток страсти. — Завтра же идём в храм, я не намерен больше ждать ни дня.

— Но я думала ты это не серьёзно... Просто на эмоциях сказал. — Я стояла перед Саиром и глупо хлопала глазами, не веря в происходящее. Он, что серьёзно, сегодня собрался в храм?! Жениться?!

— Нет, Аста, я в тот момент, был серьёзен, как никогда. Мои эмоции лишь подтолкнули меня к решительным действиям. Именно сегодня и не днём позже мы поженимся. — безаппиляционно заявил, мой в скором будущем муж. Подойдя ко мне близко-близко, так что я чувствовала его тепло, он обхватил моё растерянное лицо ладонями, трепетно поглаживая большими пальцами по шекам, заглянул мне в глаза, затягивая в свой медовый омут. — Я чуть с ума не сошёл, когда понял, что мог тебя потерять на всегда. Сегодня ты станешь моей женой, и я смогу уже на законных основаниях, запретить тебе рисковать собой. — я только открыла рот, чтобы возразить, сказать, что я осознала свою ошибку и больше рисковать собой не собираюсь (постараюсь, во всяком случае), но мне не дали сказать и слова. — И не смей даже думать, что я включил собственника, тирана и шовиниста, что собираюсь лишать тебя свободы, и что ты там ещё о нас обо всех думаешь. Я просто боюсь тебя потерять. Я и дня без тебя прожить не смогу. Ты понимаешь это? Не смогу. Я не собираюсь лишать тебя свободы, хочешь преподавать в академии преподавай, запрещать не стану, но рисковать собой, я тебе больше не позволю. И не забывай, что в скором времени нам предстоит приём у императора, где планируется подсунуть тебе как можно больше выгодных женихов и я хочу к этому моменту быть в полном своём праве решать, кому вступать в нашу семью, а кому нет. Я не допущу, чтобы тебя принуждали к браку с кем-либо. Я обещаю тебе, ты больше не выйдешь замуж за кого-то ещё, пока сама того не захочешь. — Саир прижал меня к себе крепко-крепко, словно пряча от всего мира в своих объятьях, обещая мне тем самым защиту от всех невзгод и несчастий. — Ну и, если быть до конца откровенным, я просто эгоистично хочу, чтобы ты стала моей, целиком и полностью и перед законом, и перед богами, что подарили мне тебя. — усмехнулся он мне в макушку — Или ты передумала, выходить за меня замуж? — задал мне вопрос, внезапно отстранившись и пытливо заглядывая мне в глаза.

— Что?! Нет! — опешила я от его предположения. — Просто всё как-то слишком быстро, у нас ведь элементарно ничего не готово.

— Я сообщил радостную новость родителям, они уже всё готовят. Тебе не о чем беспокоится. Мы поженимся в храме моего родного городка. Конечно, за столь короткое время, мы не сможем организовать церемонию с королевским размахом, но если ты захочешь, через время мы проведём повторную церемонию, торжественную, пригласим кучу родных и близких, если захочешь, будешь лично заниматься организацией и сделаешь всё как захочешь сама... — Саир продолжал воодушевлённо говорить что-то ещё, а мой мозг зацепился за одно конкретное слово “родители”.

— Блин. Твои родители. Я ведь с ними даже не знакома. — заскулила я, хватаясь за голову.

— Ну вот как раз и познакомитесь. — заявил он, как ни в чём небывало, пожав плечами и начал спокойно готовить мой наряд.

— Саир, но я к этому совершенно не готова. — меня постепенно начала затапливать паника.

— Зная тебя Аста, ты никогда не будешь к этому готова, поэтому больше откладывать мы это событие не будем. — отрезал он последние пути отступления.

А меня в этот момент охватил ступор. Настоящий панический ступор. Что со мной случалось крайне редко. Я думала, что после войны и того, что мне пришлось пережить на ней, мне это больше не грозит. Но как же я ошибалась. Стоило мне осознать неотвратимость происходящего, как мой мозг пронзили тысячи мыслей, не дающих вздохнуть полной грудью. Я сегодня выйду замуж. Я сегодня стану женой. Сегодня полностью, вверю свою жизнь в руки Саира. Жизнь которой я привыкла распоряжаться самостоятельно. Что нас ждёт в будущем? Каким мужем будет Саир? Какой женой стану я? А дети? Ведь у нас когда-то будут дети. А вдруг он затребует ребёнка сразу? А какими мы будем родителями? Боже, я сегодня познакомлюсь с его родителями. А вдруг я им не понравлюсь? А ведь наверняка так и будет. Ведь я слишком отличаюсь от девушек их мира, тихих, спокойных, покорных изящных, женственных. Я слишком своенравная, свободолюбивая, грубая... Я неправильная. Когда я давала ему своё согласие, почему-то все эти мысли не посетили мою буйную голову.

Так и варилась я в своих невесёлых мыслях, находясь в паническом ступоре, не замечая ни чего во круг. Как Саир нарядил меня в новое платье, как уложил мои непослушные волосы, в подобие изящной причёски (насколько это вообще возможно с моей длинной), как мы шагнули в арку портала, как вышли на площади незнакомого города. Всё это время он пытался меня успокоить и подбодрить. Очнулась лишь когда меня стиснули в крепких, чужих объятьях, с восторженными возгласами.