— Ладно, — сдается он с легкостью, но ее не отпускает. Наклонив голову набок, продолжает мучить мою мачеху и, сам того не осознавая, дарит радость моим ушам, глазам и сердцу. — Вы провели беседу с сотрудницей? Какое наказание она понесла за проступок?

— Эм-м… провела… — врет. Нагло врет. Потому что я знаю этот ее тон. А выгораживать она может лишь двух девушек. Своих дочерей. Дома сегодня Настя, а это значит, что именно она перепутала ящики.

— Хорошо, — кивает Севастьян Маркович. — Ваше наказание я согласую с генеральным.

— Мое наказание? За что?! — возмущенно восклицает мачеха.

— Жанна, вы ответственная за этот проект и за свою команду. В ваши обязанности входит не только отдавать команды и распивать кофе, пока другие не видят, но и контроль процессов отданных вашей команде задач. Их ошибки — ваши ошибки, Жанна. Так же, как и ответственность, — произносит он и переводит взгляд на меня. — Элла, пойдем! Нам пора, — бросает ровно в тот момент, когда дверцы лифта открываются на нашем этаже.

Прошмыгнув мимо Жанны, выхожу вместе с боссом, чувствуя себя невероятно счастливой.

Никогда прежде никто при мне не ставил Жанну на место. Не мог ей ответить резко. И хоть Севастьян Маркович отчитал ее за работу, но у меня чувство, словно он меня защитил.

Точно влюблюсь в него!

И не знаю, что должно произойти, чтобы я разлюбила или хотя бы разочаровалась в нем.

— Ты ее знаешь? — спрашивает босс, как только дверцы лифта закрываются, и Жанна уезжает дальше вверх.

— Моя мачеха, — отвечаю ему, внимательно глядя на него.

— Ясно, — коротко бросает, поджав губы.

— Вы ее накажете? Чем? — пытаюсь взглянуть ему в глаза.

— Переживаешь за нее? — хмыкает, переведя взгляд на меня.

— Нет, просто… интересно… — закусываю губу.

Не признаваться же боссу в своем коварстве и в том, что рада тому, что ее накажут. И хочу заранее знать, что с ней сделают, и этим вдоволь насладиться.

— Ах, точно! Ты же у меня очень любопытная, Элла, — позволяет себе хохотнуть. — Девушка, которой она доверила задачу и которая потеряла ящик, ее дочь Анастасия. Беседу с дочерью она не провела. Более чем уверен, — произносит, выставив палец. — Ей выпишут штраф. Небольшой. Я бы закрыл на это глаза, но Анастасия уже не первый раз так ошибается. Несколько раз твоя мачеха всю вину перекладывала на другого человека, и ему прилетало. И в этот раз пыталась, но ее опередили.

— Переложила вину на другого? — повторяю и обреченно вздыхаю, сочувствуя бедолаге. — Это она может…

— Но можешь не переживать, — воспринимает мой вздох иначе. — По семейному бюджету это не особо ударит. И все же предупреди мачеху, чтобы была аккуратнее, а также о том, что я знаю, что происходит в подвластных мне отделах. В следующий раз за ошибку и уволить могу. Найду кого-то ответственнее на эту должность.

— Хорошо.

Ничего я передавать не буду!

Сама будет виновата, если ее уволят!

— Элла? — зовет меня босс уже в приемной.

— Да, Севастьян Маркович, — поднимаю взгляд на него.

— У тебя доброе сердце и открытая душа, — произносит с мягкой улыбкой на губах. — Не становись такой же, как мачеха или твои сестры… Ты мне нравишься такой, какая ты сейчас. Очень любопытной, немного наивной, но очень доброй и приятной девушкой. Оставайся такой же.

— Это вы к чему?

— Просто так, — хмыкает, направившись в сторону своего кабинета. Лезет рукой в карман пиджака и замирает, медленно вытягивая мой рисунок.

Раскрывает его и долго всматривается, пока я мысленно убегаю куда-то в Китай или даже Антарктиду.

— Да что ты же творишь, чертовка? Где ты? — раздраженно бросает, заходит в свой кабинет и с громким хлопком закрывает дверь.

Кажется, возвращение пиджака и денег… не помогло. Он все равно злится… Но почему? Может, я еще что-то украла?

Не решаюсь зайти в кабинет босса еще целый час, боясь его отчего-то.

Он меня чертовкой обозвал! Я ему просто помочь хотела, а он меня чертовкой…

Но мне не обидно. Наоборот, чертовски страшно.

Такое ощущение, что я кота за усы дергаю своими рисунками и еще больше босса злю.

Стараюсь его не трогать и даже не думать о нем, пока он спустя какое-то время не выходит сам и не просит приготовить ему кофе. Выглядит он уже спокойным и привычным мне, но мне все равно страшно.

Пока я делаю кофе, босс усаживается на мое место и перечисляет мне мои задачи, пока меня не заберет мой второй временный босс.

После, забрав свой кофе и корзинку с печеньем, босс запирается у себя в кабинете — творить. Я же приступаю к делам. Успеваю все переделать ровно до того момента, пока в приемной не появляется высокий, статный мужчина чуть старше моего босса.

— Добрый день! — приветствует он меня с мягкой улыбкой на губах. Останавливается около моего стола, пройдясь по мне изучающим взглядом. Но не противным или каким-то неправильным, а скорее, как если бы я была человеком в очереди перед ним. Интересно, но лишь чтобы занять время. — Меня зовут Емельян Соболев, — представляется он, тотчас обозначив свою роль в компании. — Севастьян у себя?

— Да, он…

Словно услышав голос брата, босс выходит в приемную сам. Расплывается в улыбке и подходит к Емельяну Марковичу сам. Пожимает ему руку и приглашает в свой кабинет. На мое предложение о кофе оба отказываются.

Емельян Маркович выходит из кабинета уже через десять минут и жестом приглашает меня следовать за ним — за моим временным боссом.

— Что мне нужно знать на встрече? Что я буду делать? — уточняю у мужчины, пристегиваясь ремнем безопасности в его машине.

Внутренне готовлюсь быть профессионалом, чтобы не подвести своего босса. Я должна показать себя хорошим работником, достойным своей должности.

— Мы едем за твоими вещами, — отвечает он, хмыкнув и кинув на меня быстрый взгляд, — чтобы перевезти их в квартиру Альберта.

— Что?

— Меня жена и Альберт попросили об этом, — уточняет, выезжая с парковки офиса. — Сказали, что только мне могут доверить тебя. Подпольщики… — последнее шепчет сам себе, хохотнув негромко.

— А, так вы тот самый человек… — растерянно тяну. — Альберт говорил, что пришлет своего человека…

А прислал брата моего босса.

И правда, подпольщики какие-то. Тайны, интриги, заговоры…

— Да, — хмыкает Емельян Маркович. — Предлагаю на “ты” и просто по именам. Называй меня Емельян наедине. В офисе, естественно, по всем правилам, вне — лучше Емельян.

— Хорошо! — согласно киваю.

Кто я такая, чтобы с владельцем компании, в которой работаю, ссориться?

— Элла, сколько тебе потребуется времени, чтобы собрать вещи? Примерно хотя бы, — уточняет он, взглянув на часы.

— А я все уже собрала, — оповещаю его, улыбнувшись. — Только чемодан забрать надо. Он собранный в комнате стоит.

— Отлично тогда, — довольно отзывается и расплывается в улыбке. — Я напишу тогда жене, что мы скоро будем. Ариэла приготовила обед и пригласила тебя к нам. Поэтому перевезем твои вещи, и потом нас ждут.

Точно! Брат Севастьяна Марковича женился на его сестре! Ариэла жена Емельяна!

Я пока в этих связях разберусь, точно себе все мозги сломаю.

— Как я понял, с моей женой Ариэлой ты знакома, — продолжает мужчина.

— Да! Она помогла мне с работой и… и со многим другим, — поджимаю губы, виновато опустив взгляд.

Правда, я, как всегда, все испортила. Севастьян Маркович продолжает на меня злиться, а я даже не могу ему правду сказать.

— А почему вы Севастьяну Марковичу сказали, что мы едем на встречу? — интересуюсь у брата босса.

— Ох, — вздыхает он. — Если честно, то Альберт попросил. А я у него в долгу после всего, что он сделал для меня лично и моей жены. У меня тоже есть вопросы, зачем эти тайны, зачем вранье, но мне вчера не дали на них ответы. Ни моя жена, ни Альберт. Эта парочка спелась не на шутку и ведет свои какие-то игры. Я даже уже не лезу и вопросов не задаю.