Да я, сука, и сам не знаю что чувствую. Впервые так растерян перед голой девчонкой.

Смотрю в ее глаза, зрачки с яркой зеленой радужкой хаотично бегают по моему серьезному лицу. Стискиваю челюсть, разжимаю пальцы, которые неконтролируемо вцепились в куртку, и быстро покидаю раздевалку.

Что это, блять, было?

Джейсон

Паркую свою спортивную тачку недалеко от ресторана. Бросаю взгляд на наручные часы, до встречи с отцом еще около двадцати минут. Мчал из «Империала» со скоростью света, сильнее стискивая руками руль. Пытался разобраться в своих внезапно проснувшихся чувствах. С какого это рожна мне не похер на эту чертову девчонку? И почему меня так штырит только от одной мысли, что она может подарить себя другому придурку?

Нервно цокаю и с размаха открываю дверь машины. Вылезаю из салона и достаю из кармана сигареты. Я на пределе. Меня люто кроет. Хочу немного успокоиться, но мой организм словно играет против меня. Глубоко затягиваюсь и шумно выдыхаю отраву из легких. Затем еще долгая тяга, и струи серого дыма резво вылетают из носа.

Прикрываю дверь и опираюсь спиной о кузов. Чешу пальцами лоб, затем скрещиваю руки на груди. Внутри какой-то гребанный калейдоскоп, который специально меня терроризирует и не дает расставить все по своим местам.

Так, Джей, начнем с начала.

Линдси красивая девчонка, таких в «Импераиле» полно. Почему именно она? Давай, чувак, собирай свои расплавившиеся мозги в кучу.

Затягиваюсь еще, сигарета почти истлела, а мне не становится легче, словно на плечи погрузили тяжелый камень. Тушу окурок и разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов. Теперь прислоняюсь торсом к кузову и кладу руки на крышу моей невысокой тачки. Внимательно рассматриваю прохожих, будто они помогут мне разобраться со ступором, который сковывает все мышцы.

Обеспокоенный взгляд скользит по высоким витринам, в кафе сидят люди, отдыхают. Но вдруг я цепляюсь за мужика в полицейской форме и недовольно морщусь. У меня на них аллергия. Когда отец полностью уходил в работу, а я был предоставлен сам себе — меня много раз принимали. В основном за хулиганство. И когда мне стукнуло шестнадцать, у нас с отцом состоялся серьезный разговор. Он смог донести до меня словесно свои рассуждения, рассказывая о не радужных перспективах, которые меня ждут, если я пойду и дальше таким путем. Мозги встали на место.

Как теперь их вернуть в черепушку? От Клубнички совсем поплыл. И отец сейчас мне точно не поможет.

Озадаченно хмурюсь, потому что замечаю, что напротив копа сидит Саймон. Чувак из нашего университета, дружок Мэта и Тайлера. Похоже, у них идет милая беседа, а мое предчувствие не дремлет.

Интересно, что у них может быть общего? Насколько я знаю у Саймона нет родственников среди полицейских. Возможно, я не настолько и осведомлен.

Достаю сигарету и закуриваю, но взгляда с них не спускаю.

Саймон что-то рассказывает, а коп — внимательно слушает.

Ох, не нравится мне все это. Чую, что-то тут не чистое. Еще слежу за ними минут десять, затем они ударяют по рукам и полицейский покидает кафе. Саймон выжидает минуты две и, подозрительно осматриваясь по сторонам, так же выходит на улицу.

Резко отворачиваюсь, чтобы он меня не спалил. Но любопытство поджаривает мой зад. Осторожно поворачиваю голову в сторону, парень садится в свою тачку и тихо покидает парковку.

Теперь я буду на чеку. Ты у меня на мушке, чувак!

Смотрю на время, ох, бля!

Надо пошевеливаться, иначе отец будет бурчать. У него итак времени в обрез.

****

В «Империал» возвращаюсь поздно. До последнего не хотел сюда приезжать, заправил полный бак и тупо гонял по трассе, куда глаза глядят.

Раз за разом возвращался к самоисследованию.

Почему Линдси?

Она красивая. Дерзкая. На язык острая. А еще она не воспринимает меня всерьез. И ножки свои длинные передо мной не раздвигает. Это подкупает? Еще как. Я бы даже сказал «подстегивает». Появляется азарт и желание дожать, надавить, но получить доступ к ее стройному телу. Но напором я ее не возьму. Это мы уже проходили, губа только зажила.

Что-то тронуло меня в ее взгляде, когда мы столкнулись возле раздевалок. Какая-то ебучая тоска и вселенское разочарование.

Загоняю машину на подземную парковку, ставлю ее на сигналку и выхожу на улицу. Уже стемнело, раскрываю легкие на максимум, вдыхая свежий воздух. Вдруг замечаю необычную возню между машинами, которые стоят возле общаг. На носках приближаюсь к дереву, расположенному неподалеку. Осторожно выглядываю и под светом фонарей распознаю в загадочном силуэте Клубничку Лин. Озадаченно хмурюсь.

Что она тут делает?

Девчонка умело лавирует между тачками и возле одной присаживается на корточки. Хочу подойти ближе, но боюсь ее спугнуть, а мне нужно любой ценой узнать что она тут мутит одна, да еще и среди чужих автомобилей. Пристально буравлю ерзающую макушку, сейчас мне видно только ее. Внезапно до моего слуха долетают мерзкие звуки, меня аж корежит от них, и я догадываюсь что вытворяет эта чертовка.

Сжимаю кулак и подношу его ко рту, тихонько посмеиваюсь.

Да ну нахер? Неужели, Линдси, ты докатилась до такого? Не повезло чуваку, кому ты решила отомстить таким образом.

Девчонка резко поднимается на ноги, быстро осматривается и убегает с уличной парковки, спешно поднимается по ступенькам и скрывается за дверьми общаги. Сделала свое подлое дельце.

Спокойно выхожу из-за дерева и направляюсь к машинам. И чем ближе я подхожу к тому месту, где она сидела, тем быстрее до меня доходит.

Что я там говорил про тоску и разочарование? Забудьте!

На двери спортивной тачки красуется огромная жирная надпись «Мудак». И, кажется, она сделала ее чем-то острым. Эти глубокие царапины ни один спец не отполирует.

Начинаю дико ржать, сгибаясь пополам. А все дело в том, что передо мной стоит точно такой же автомобиль, как у меня. Один в один. Значит, надпись предназначена мне.

Вот только с тачкой ты промахнулась.

Глупышка Линдси! Как же ты теперь встряла!

Линдси

Сегодня один из самых лучших дней в моей жизни. В отличнейшем настроении собираюсь в университет, мне хочется петь и танцевать, словно я Диснеевская принцесса. Вчера я отомстила Джейсону и нацарапала на его жутко дорогущей тачке послание.

Ключом.

Острым.

Будет теперь знать как в раздевалке меня караулить. Я вообще оцепенела, когда увидела его там. И этот самодовольный кретин еще смеет меня предупреждать о чем-то. Тогда, в зале произошла не очень приятная ситуация, мне хотелось поскорее свалить оттуда, поэтому и не смотрела куда летела. А, провалившись в его черные огромные глаза, совсем забыла куда шла. Хорошо, хоть мозг вовремя включился и я быстро ретировалась.

А эта его забота с курткой? Что это вообще было? С какого хрена он надел ее на меня?

Но вынуждена признаться себе, что именно в тот трогательный момент мне захотелось упасть в его крепкие объятия, уткнуться носом в шею и пожаловаться на придурков, которые все утро донимали меня в тренажерке своими расспросами про мою невинность. Как будто поговорить больше не о чем. Видите ли, им было интересно как это я в свои двадцать два года еще девственница. А еще мне хотелось наябедничать, что они предложили мне групповушку. От их наглости я впала в оцепенение и даже не смогла достойно ответить. Дала слабину, позволила чувствам взять вверх и чуть не разревелась прямо у них на глазах. Хватило ума свалить оттуда. До сих пор корю себя за трусость. Надо было влепить им хороших пощечин, чтобы закрыли свои рты на веки вечные. Пока у меня нет защитника в виде парня (как у Эммы или Мии, за своих девочек ребята всем глотки перегрызут), мне придется самой отстаивать свою честь.

Но сейчас не об этом. Не стоит омрачать свое офигенное настроение грустными мыслями.

Чуть ли не вприпрыжку выхожу из общаги и щурюсь от яркого солнца. Даже погода сегодня мне благоволит. Спускаюсь со ступенек, взгляд падает на уличную парковку, тачка Джейсона стоит на том же самом месте. Осматриваюсь и замечаю, что сам парень стоит неподалеку и расслабленно курит.