Туман виновато опустил голову.
Шильярд посмотрел на него, потом на Лиран, на его лице застыла глубокая задумчивость. Он явно копался в памяти, сопоставляя странности и недомолвки фаттарцев.
— Садись уже, — пересел он на кровать, пододвинув к Туману стул. — На ногах еле стоишь. Поверь, с огнем проще справиться, когда тело отдыхает.
Фаттарец кивнул с благодарностью, опустился на стул. Засунул ладони между колен, сгорбился. Бросил страдающий взгляд на Лиран и, наконец, решился.
— Мы встретились в больнице, — начал он глухо. — Она там практически жила, а я попал после одного турнира, — поморщился он, похоже, вспомнив неприятное поражение.
— Я случайно подслушал разговор врачей о том, что Лиран из пробужденных. Была у нас такая секта, — еще больше помрачнел парень. — Группа мастеров создавала из детей архимагов. Пытались, — криво усмехнулся он.
— Уроды верили в то, что частая боль и ограничения в еде помогут увеличить резерв магического источника. Набрали детишек и издевались над ними, пока их не накрыли. Лиран одна из немногих, кто смог выжить. Только вот… — Туман запнулся, — жить ей осталось недолго. Резерв у нее приличный, это правда, но стабильности в нем нет. Врачи ей давали года два, от силы, а потом источник взорвался бы от очередного всплеска… Даже если бы выжила, то без магии… та же смерть, только медленная. А она сильная… Шрамы вон сводить отказалась. Я просто не мог не дать ей шанса, понимаете? — и он больным взглядом посмотрел на Шиля.
Тот смущенно отвел глаза. Вот оно как… Сердце сдавила жалость, дышать стало тяжело.
— Их убили? — спросил Шиль глухо. — Тех уродов?
— Да, — кивнул парень, — приговорили к смертной казни.
И дышать стало чуточку легче.
— Теперь ты знаешь все, — Харт откинулся на спинку стула, посмотрел выжидательно на Шиля и пояснил, чтобы избежать последних недопониманий. — Стихия для женщины и так сложна к контролю, а тут нестабильность наложилась на вторую нестабильность.
— Стабилизатор? — предложил Шиль, пытаясь собрать разбегающиеся в панике мысли. Известие о том, что Лиран, его напарница, его непослушное несчастье умирает, выбило почву из-под ног. Пусть он с ней натерпелся, но терять ее… Перестать слышать звонкий голос, ловить редкую улыбку на губах… Нет, он не согласен.
— Татуировку мы сделаем, она поможет, — согласился Харт, — однако ситуацию не спасет. Ты ведь уже достаточно взрослый, чтобы нести ответственность? — спросил вдруг Третий.
Шиль непонимающе вскинул брови.
— Лучший друг давно женился, так что и тебе пора.
Глаза парня округлились.
Туман зло фыркнул, отвернулся.
— Не верю я в это ваше объединение энергий, одна сила на двоих. Дремучие верования какие-то! — проговорил он со злостью.
— Ничего и твое время придет, — многообещающе проговорил Харт, глянул испытующе на Шиля и спросил: — Ну что, огневик, дашь девчонке шанс?
— И что это будет? — спросил Шиль, нависнув над Рованой. Артефакторша недовольно засопела, проворчав:
— Свет загораживаешь, — и поманила световик ближе к себе.
Задумчиво погрызла кончик кисти, наморщила лоб. Оценивающе посмотрела на лицо фаттарки, потом на обнаженное левое плечо. Наносить стабилизатор решили над сердцем.
— Ты точно умеешь их делать? — не отставал Шиль, чья жизнь резко изменилась за этот день.
С утра был свободным человеком, страдающий по тому, что его не взяли на штурм города, крепко поругавшийся с целителем и посмевший высказать протест Третьему высочеству, получить в ответ угрозу быть усыпленным, словно маленький ребенок.
А к вечеру — почти женат. Еще и на девице без семьи и титула. Матушка точно будет в восторге. Шиль, конечно, не старший в семье и род продолжать не обязан, но она давно подбирала ему невесту. Все-таки при дворе служит, в друзьях сам наследник. И список там был из весьма титулованных особ.
— Свой я сама делала, — Рована гордо продемонстрировала нанесенный на бок рисунок какого-то страшилища с хвостом, лапами и крыльями.
— А почему у вальшгаса крылья? — поинтересовался Шиль.
— Дурак! — покраснела от досады девушка. — Это калкалос.
Парень крякнул, оценил уровень художества и попросил:
— Может, ты что-нибудь попроще изобразишь? Цветочек там?
— Без пепельных! — уязвленно ответила Рована. Высунула от сосредоточения язык. Шиль поспешно отошел, чтоб не мешать. Сел на стул, прислонился к стене, погрузившись в невеселые раздумья.
Лично он к женитьбе не стремился. Да и не планировал в ближайшие лет двадцать. Больше семейных уз его интересовала служба. Голову занимали дела государственные, а не сердечные, хотя намеков хватало. Строить наследнику глазки девицы опасались — репутации Майры любой злодей позавидовал бы, а вот окружению Альгара женского внимания доставалось. И Шилю в первую очередь.
До сего момента ему удавалось отбиваться от желающих заполучить его в мужья. Но сегодня все изменилось…
Так-то Лиран ему нравилась. Фаттарка мало походила на местных аристократок, многие из которых еще не привыкли к свободе и метались между полным отрицанием приличий и жизнью по старинке: муж, дети, дом.
Однако матушка…
Он страдальчески поморщился, представляя грандиозный скандал, который разразится в поместье, стоит только родителям получить известие о его женитьбе. Отец поймет и может даже встанет на его сторону. Все-таки отношения с Фаттарой важны для Асмаса.
А вот мать… Она считала, что хороший скандал тот, где пара комнат сгорела. Минимум шторы подпалились… Была уверена, что идеальные манеры и происхождение перебивают любые недостатки. Верила в истинных дочерей Асмаса и возглавляла общество с одноименным названием.
Шиля аж передернуло при мысли, что это самое общество соберется у них дома, дабы поприветствовать — ну и заодно сожрать — жену младшего сына.
И как тут вести Лиран домой⁈
Можно было, конечно, остаться во дворце, но матушка легко достанет его и там.
Еще можно было попросить его величество издать указ, мол, обстоятельства непримиримой силы, радение во благо государства, жертва во имя мира вынудили взять женой иномирянку, однако прятаться за буквы Шиль не хотел. Да и не пристало мужчине бегать от ответственности. Если он женится на Лиран, то не из жалости, а по велению огня и сердца.
— Камни, — потребовала Рована, и Шиль передал ей бархатный мешочек, полученный от Харта.
— Как чувствовал, что пригодятся, — проговорил Третий и внимательно пересчитал драгоценные камни, прежде чем отдать их парню.
Вздохнул:
— На кого тратим… Надеюсь, Фаттара оценит нашу щедрость. Но девчонку теперь точно нельзя отпускать. Ее на улице убьют только за то, что состояние на себе носит…
Шиль кивнул, соглашаясь. Не отпустит.
Скандал с матушкой он как-нибудь переживет. Не маленький уже. Балахонов не испугался. Смерть видел. Выстоит. Должен.
Да и Лиран не робкого десятка. Не позволит себя сожрать.
Деньги у него есть. Даже больше, чем нужно — Альгар платит щедро. Жить есть где — во дворце собственные покои. Справятся как-нибудь.
Хмуря брови, Рована осмотрела собственное творение, потыкала пальцем в кожу, поправила выложенные на контур камни и принялась выплетать сложную магическую структуру.
Закончила примерно за час, потом долго выверяла, как реагирует источник Лиран на вживленные камни.
— Вроде работает, — пробормотала она, вытирая пот со лба рукавом. — Готовься, будить буду.
— А мне-то что? — удивился Шиль. — Лучше целителей позовем.
Девушка возвела глаза к потолку.
— Никого звать не будем — они без огня от усталости и спят уже. Сам справишься. Или вам покровительство не преподавали?
Шиль смутился настолько, что аж уши запылали.
— Убрали его к тому времени из обязательной программы…
Рована глянула на него с видом заучки:
— Мог бы факультативно изучить. Ладно, ничего сложного там нет. Перехватываешь контроль над чужим пламенем, только не полностью, а поверхностно. Дальше усиливаешь эмоциональное единение. Она тебе родственной душой должна стать. С менталистикой как?
