Вечерами Володя с нетерпением ждал встреч с Алиной. Она всегда приходила к студии, где он работал, с загадочной улыбкой на лице. Они отправлялись гулять по вечерней Москве, наслаждаясь прохладой и мягким светом фонарей. В этих прогулках было что-то особенное: они обсуждали свои мечты, делились мыслями и смеялись над пустяками. Володя чувствовал, что в её компании мир вокруг становится ярче и теплее.

— Ты выглядишь усталым, — говорила она, рассматривая его лицо. — Но счастливым.

— Потому что скоро закончим. Фильм почти готов.

— Я хочу посмотреть его первой, — Алина прижималась к нему. — Самой первой из всех.

— Посмотришь. Обещаю.

Они гуляли по набережной, наслаждаясь теплым летним вечером. Легкий ветерок трепал их волосы, а вдалеке шумел прибой. Алина и Володя сидели на лавочке у воды, наслаждаясь моментом.

Алина рассказывала о своем училище: о приближающейся защите диплома, о том, как она готовится к этому важному событию. Она описывала свои проекты, показывала фотографии и делилась планами на будущее. Володя внимательно слушал, иногда задавал вопросы и выражал искренний интерес.

Володя, в свою очередь, рассказывал о своей работе над монтажом. Он описывал процесс создания фильма, начиная с первых набросков и заканчивая финальной версией. Делился своими мыслями о том, как важно правильно подобрать музыку и световые эффекты, чтобы создать нужное настроение. Он с энтузиазмом говорил о своей работе, подчеркивая, как она помогает ему выражать свои идеи и чувства через искусство.

Они смеялись, обсуждали свои увлечения и планы, и этот вечер казался им бесконечно долгим и счастливым. В такие моменты они чувствовали, что их связь становится крепче, и впереди их ждет еще много интересных и незабываемых событий.

— Володя, — сказала она однажды вечером, — а что будет после? После премьеры?

— Не знаю, — он задумался. — Наверное, будет новый проект. Борис Петрович уже намекал, что хочет доверить мне полный метр.

— А я имела в виду… нас. Что будет с нами?

Володя замер на месте, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Он медленно развернулся, его взгляд встретился с её. Алина стояла перед ним, не отводя глаз, в которых читался немой вопрос. Её губы слегка дрожали, а на щеках появился лёгкий румянец. Он не мог понять, о чём она думает, но чувствовал, что этот момент имеет огромное значение. В воздухе повисло напряжение, которое казалось почти осязаемым. Володя сглотнул, пытаясь подобрать слова, но в голове было пусто.

— С нами… — он взял её руки в свои. — С нами будет всё. Я хочу быть с тобой. Всегда. Ты понимаешь?

— Понимаю, — она улыбнулась. — Я тоже хочу быть с тобой. Очень хочу.

Володя знал, что скоро нужно будет делать предложение. Официально. По-настоящему. Но пока фильм не закончен, он не мог думать ни о чём другом.

— После премьеры, — пообещал он, — мы поговорим. Серьёзно поговорим. Хорошо?

— Хорошо, — Алина обняла его.

Дома мать замечала всё. Володя возвращался поздно, уставший, но с сияющими глазами. Анна Фёдоровна сразу замечала эти признаки, зная, что сын увлечён. Она ставила перед ним ужин, приготовленный с любовью и заботой, и садилась напротив, ожидая, когда он начнёт рассказывать. Володя, чувствуя её взгляд, поднимал голову, и его глаза загорались ещё ярче. Он начинал говорить о том, что волновало его больше всего: о работе, идеях, планах. Анна Фёдоровна слушала внимательно, иногда задавала короткие вопросы или свои мысли, но чаще просто кивала, давая сыну возможность выговориться. Для неё было важно, чтобы он знал: она всегда рядом, всегда готова поддержать и понять.

— Сынок, ты весь светишься. Работа или девушка виновник алых щёчек у тебя?

— И то, и другое, мам.

— Вот и славно, — она гладила его по руке. — Мужчине нужны две вещи — дело, которое любит, и женщина, которую любит. У тебя есть и то, и другое. Значит, счастлив.

— Счастлив, мам. Очень.

Соседи тоже замечали. Клавдия как-то перехватила его в коридоре:

— Володенька, а ты что, жениться собираешься?

— Откуда вы знаете?

— Да у тебя на лице написано! — она засмеялась. — Ходишь как в облаках. Улыбаешься постоянно. Это не к работе, это к женщине.

Пётр Иванович философски заметил за вечерним чаем:

— Любовь, Володя, она человека меняет. Делает его лучше. Я это по тебе вижу. Был ты хорошим, а стал ещё лучше.

На студии коллеги тоже подтрунивали. Лёха как-то сказал, протягивая наушники:

— Владимир Игоревич, может, музыку для свадьбы заодно подберём? А то вы тут такой влюблённый ходите, что хоть снимай отдельный фильм.

— Лёха, работай, — смутился Володя.

— Работаю, работаю. Просто приятно видеть счастливого человека.

Катя улыбалась, слушая эти разговоры:

— Владимир Игоревич, а правда, что вы скоро жениться будете?

— Катя, откуда вы все это знаете?

— Да у вас глаза горят. Когда про Алину говорите, совсем по-другому выглядите.

Даже Борис Петрович заметил. Зашёл в монтажную, посмотрел на Володю:

— Владимир Игоревич, вы влюблены.

— Да, Борис Петрович.

— И это хорошо. Влюблённый человек лучше работает. Творит от души.

К концу второй недели фильм был готов. Полностью. Володя, Катя и Лёха сидели в монтажной, глядя на финальную катушку с плёнкой.

— Тридцать минут, — прошептала Катя. — «Майский вальс». Готов.

— Давайте посмотрим в последний раз, — предложил Володя. — Все вместе. Полностью. Со звуком.

Погасили свет. Проектор затарахтел. На стене появилось изображение.

Титры. «Майский вальс». Режиссёр Владимир Леманский.

Музыка. Вот улица, утро, Петя идёт. Вот Катя спешит. Встреча. Взгляд. Чувство. Поиски по городу. Сцена с гармонистом — Володя ощущал, как к горлу подступает комок. Финальный вальс. Пары кружатся. Счастливые лица.

Титры. Конец.

В монтажной стояла тишина. Потом Лёха тихо сказал:

— Это лучшее, что я делал в жизни.

— Я тоже, — Катя вытирала слёзы.

Володя молчал, погруженный в свои мысли. Его взгляд был прикован к белой стене, на которой только что завершился его первый фильм. Этот проект стал важным этапом в его жизни, воплотив в себе не только творческие амбиции, но и искреннюю любовь к искусству. Команда, которая работала над фильмом, верила в него с самого начала, и эта поддержка придавала ему сил. Он чувствовал, как внутри него поднимается волна гордости за проделанную работу. Володя понимал, что этот фильм — не просто результат их труда, а часть души, истории, которую он готов разделить с миром.