Я ничего не ответил, потянул Алину на себя и снова припал к ее губам. Я безумно хотел ее, но сломанная нога и швы на груди не позволяли мне исполнить мои желания. Оставалось пока довольствоваться только поцелуями.

— Гм-гм. — услышали мы.

Алина оторвалась от моих губ и пересела в кресло. В дверях палаты стояли мои родители.

— Привет мам, привет пап. — поздоровался я.

— Здравствуйте. — смущенно проговорила Алина, опуская глаза в пол.

— Мы принесли вам покушать. — проговорила мама, улыбаясь. — Алина, я приготовила тебе твои любимые овощи.

— О, спасибо!

— Ты знаешь, я нашла новый рецепт, думаю тебе должен понравиться, все-таки вкусы у нас похожи.

— Что за рецепт?

Алина и мама стали обсуждать какое-то новое овощное блюдо. Мы с отцом переглянулись, отец покачал головой, закатив глаза. Я улыбнулся. Мама и Алина очень быстро нашли общий язык, у них были похожие во многом вкусы, одинаковые интересы. Они легко общались, шутили. Отец тоже относился к Алине с уважением. Я знаю, что мама винила его в том, что со мной произошло. Но я не считаю, что отец виноват, меня никто не заставлял соглашаться на эту свадьбу. Это был мой выбор. Но сейчас мама и отец помирились, чему я был очень рад. Они любили друг друга, по настоящему. Я знаю, что мой дед был против, чтобы отец женился на матери. И по сей день не принимал ее как сноху. Хотя меня любил. Мне кажется, что он и к маме относится с уважением и любовью, просто из-за вредности не признает этого.

Позже, когда родители ушли и Алина прилегла рядом со мной, я здоровой рукой перебирал ее волосы. Мы уже сто раз обсудили все детали предстоящей свадьбы. Я не мог дождаться, когда меня наконец выпишут, снимут гипс с руки и ноги и мы наконец-то поженимся. Мне хотелось поскорее сделать Алину своей женой. Надеть кольцо на палец.

Кабила выписали из больницы спустя две недели после того, как он пришел в сознание. Он конечно был готов ехать домой на следующий день, но естественно по состоянию здоровья он был еще не готов. Ему уже сняли гипс с руки и ноги. Ногу приходится разрабатывать, но ничего, Кабил со всеми трудностями справлялся легко. После выписки из госпиталя мы стали жить в доме Кабила и потихоньку готовиться к свадьбе.

Я слышала разговор Кабила с отцом, Хасану предъявлено обвинение за покушение в убийстве, доказательная база собрана и вскоре должен состояться суд. Мне интересно было как при этом себя чувствовала Иман? Чувствовала ли она вину? Она толкнула своего родного брата на преступление. У меня в голове это не укладывалось.

Мы с Кабилом назначили дату свадьбы, решили не откладывать, и решили пожениться в начале октября. У меня не было подруг, с кем бы я могла выбрать платье, обсудить детали интерьера и так далее. Поэтому помочь мне вызвалась Ирина Сергеевна. Я не была против. Мы нашли с будущей свекровью общий язык и хорошо общались. А еще пока Кабил находился в больнице, я познакомилась с невестой Серкана, Мирай. Мирай оказалась веселой, доброжелательной девушкой младше меня на год. Мне она сразу понравилась, но было одно но. Она не знала русский язык и плохо говорила на английском. Но мы умудрялись общаться и понимать друг друга. Иногда мне переводил Кабил, то что Мирай хотела мне сказать.

Мирай помогла мне выбрать свадебное платье. Она несколько дней ездила со мной по свадебным салонам Стамбула и давала советы. Я была благодарна ей, потому что наши традиции отличались от их традиций, и я не хотела выставить Кабила в неудобном свете перед его родственниками, друзьями и знакомыми. Так же я думала, что Мирай так заинтересованно помогала мне выбрать платье, потому что вскоре после нас с Кабилом у них с Серканом тоже должна была состояться свадьба. Мне казалось, что пока она ходила по салонам со мной, приглядывала платье и для себя. В итоге мы выбрали просто потрясающее платье. Мы выбрали для меня свадебное платье, сочетающее традиции и современные тренды. Белое, закрытое в области плеч, рук и шеи, но с замысловатой кружевной отделкой и бисерной вышивкой вокруг выреза. Мне оно безумно понравилось, мне казалось, что я буду выглядеть в нем, как сказочная принцесса.

Хоть со свадьбой все было решено, обговорена дата, Кабил решил соблюсти все традиции и собирался ехать к моим родителям свататься. Мы вылетели в Россию, родители Кабила были уже в Москве. Маму и папу я предупредила, что мы придем в гости с родителями Кабила. Они очень волновались, и я тоже. Но знакомство наших родителей прошло очень хорошо. Мама и бабушка, как всегда, накрыли шикарный стол с изобилием разных блюд. Весь вечер наши родители обсуждали детали свадьбы. Практически все расходы на себя брала семья Кабила. Мои родители тоже хотели взять на себя хоть часть расходов, но Махмет Илханович мягко возразил.

После ужина мама предложила всем чай или кофе и ушла готовить напитки в кухню. Ирина Сергеевна тоже поманила меня за собой в кухню, в след за мамой. Я ничего не понимала, а когда вошли в кухню, то удивилась еще сильнее.

— Приготовь Кабилу кофе и вместо сахара положи соль. — сказала она.

— Зачем? — удивилась я.

— Есть такая традиция, невеста кладет в кофе жениха соль и если он выпьет не поморщившись, то ваша жизнь будет счастливой и долгой. — пояснила она.

Я засомневалась. Мне, конечно, понравилась данная традиция, но совсем не хотелось травить Кабила. Но все же женское любопытство пересилило все сомнения.

— Ладно. — согласилась я и положила в чашку одну ложку соли, надеясь, что вкус будет терпимым.

Мы вошли в гостиную, я немного волновалась, когда ставила перед Кабилом чашку с кофе. Он не ничего не подозревая, поднял чашку и сделал глоток. Я наблюдала за ним не дыша. Кабил тут же перевел на меня взгляд и смотря неотрывно в глаза почти залпом выпил весь кофе, ни капельки не поморщившись. Я улыбнулась и взглянула на Ирину Сергеевну. Она слегка мне улыбнулась. Махмет Илханович видимо тоже понял, что сейчас произошло, так как он ухмыльнулся и посмотрев на меня, подмигнул.

— Мама подсказала? — спросил Кабил у меня на ухо.

— Угу. — ответила я, смущенно улыбаясь.

Кабил притянул меня к себе и легонько поцеловал в лоб.

— Теперь ты точно от меня никуда не денешься. — прошептал он.

— Я и так никуда не денусь. — ответила я ему.

Дальше согласовав с моими родителями дату приезда в Стамбул, мы уехали. Утром у нас был самолет, мы возвращались обратно в Стамбул. А в Стамбуле я погрузилась в подготовку к свадьбе со всеми традициями и обычаями.

Я с Мирай, мамой Кабила и другими его родственницами на кануне свадьбы пошла в хаммам. Мы устроили некий Хаммам-девичник. Это была такая традиция, раньше там будущая свекровь изучает тело будущей невестки. В древности так девушку проверяли на чистоту. Со временем это приобрело формат девичника, но для невест эта традиция осталась с более глубоким смыслом, нежели просто прощание с холостяцкой жизнью, рассказали мне родственницы Кабила. Он, в свою очередь, тоже был в это время на мальчишнике, но его мальчишник был обычными посиделками с друзьями, мало чем отличающимся от мальчишника русских. Я только надеялась, что они обойдутся без стриптизерш и всего такого.

Затем меня ждала ночь хны — важный обряд в жизни невесты. Меня одевали в изумительно красивое традиционное красное платье, на голову — красную фату. Ирина Сергеевна вложила мне в ладонь монетку — что означало, что она благословляет на брак. Я крепко сжала монетку в ладони и решила, что буду хранить ее как талисман. Родственницы Кабила постелили под мои ноги шелковое полотно, по которому я должна была пройти к маме Кабила и поцеловать ей руку в знак уважения. Что я сделала с огромным удовольствием. В это время женщины ходили вокруг нас с грустными песнями. По традиции так выражается скорбь девушки по отчиму дому, из которого она уходит. Примета гласила, что если в этот момент невеста заплачет — жизнь будет счастливой. Я конечно же не сдержалась, расплакалась, весь этот обряд был очень трогательным. А потом началась радостная часть ритуала. Самая счастливая замужняя женщина расписала мои ладони и ступни техникой мехенди, вплетая в узор инициалы Кабила. Ритуал закончился глубокой ночью.