Всё-таки считает себя пленницей и готовится кусаться, если это потребуется. Губы дёргаются, мне хочется сказать, что я не желаю ей зла, но вместо этого негромко включаю радио. И как назло там играет песня «Когда ты станешь большим, сын». Мда-а! Прямо в тему. Считаю себя каким-то недоделанным отцом. Так и хочется сказать «спасибо» маме и папе за палитру чувств, которые я испытал, узнав, что стал отцом. Не так мужчина должен реагировать на подобную новость.

Интересно становится, кто встречал её из роддома…

Почему родители даже не позвонили, когда он родился?

Я имел право знать.

При встрече я обязательно поблагодарю Алиску, ведь именно ей в голову пришла идея свести меня с фиктивной жёнушкой.

Кто знает, стала бы мне известна правда о сыне, если бы не действия сестры?

Машина Демида въезжает в ворота большого, обособленного от всех, дома в конце улицы. Судя по величественному виду домов и хорошей дороге, могу сделать выводы, что проживают в этом месте богатые люди. Я чувствую себя неловко, так как к такой роскоши привыкать не хочу. Нам бы с сыном хватило и маленького домишки с одной комнатой и уборной. Зачем Демиду было воровать нас? Чего он хочет добиться? Его родители ведь обратятся в полицию. Меня могут объявить в розыск. Понимаю, что и своим не должна отвечать, где я и что со мной происходит. А они обязательно забеспокоятся, как только к ним обратятся миллионеры, озабоченные пропажей снохи с внуком. Они меня купили и пока считают своей вещью. Вот только полицейским заявить это напрямую не смогут. Или заплатят, и им ничего не будет за покупку человека?

Достаю успевшего проснуться сына из люльки и следую за Демидом. Неспокойно мне от перемен, свалившихся на голову меньше чем за сутки. Я доверилась своему фиктивному мужу, не зная его. Каким может стать его следующий шаг?

Из дома выходит светловолосый мужчина, приближается к Демиду, и краем уха слышу, как он отчитывается, поглядывая в нашу с сыном сторону.

— Ключи забрал. В доме чистенько, всё есть. Вариант шикарный. Будут какие-нибудь указания? Может, следует привезти что-то? Продукты? Вещи?

— Да, потребуется. Знаешь… Посиди в машине немного… или нет. Лучше поезжай в город, Кирилл. Я тебе напишу, что нужно купить и привезти сюда. Договорились? Что-то экстренное доставим сегодня, а завтра тебе предстоит шопиться целый день.

— Как скажете, мне несложно, — улыбается мужчина.

Отмечаю, что у него приятная улыбка, оставляющая ямочки на щеках, вот только взгляд сразу же отвожу в сторону. Нечего мне заглядываться на других мужчин в присутствии мужа. Понимаю, что сработала мамина установка. Она так часто говорила об этом раньше, а ведь по факту и мужа у меня нет.

— Здравствуйте, — приветствует мужчина, как только приближаюсь к нему и Демиду.

— Добрый вечер, — отвечаю чуть хрипловатым голосом.

— Ну, всё, Кирилл, гони в город, а мы сейчас с женой составим список.

Как-то скребёт душу такое собственническое обращение Демида. Понимаю, что не просто так он назвал меня сейчас своей женой. Наверняка хотел показать своему приятелю — или помощнику? — что я «занята». Впрочем, это не имеет никакого значения. Я не планировала ни перед кем крутить хвостом.

Кирилл уходит, а Демид провожает нас с Лёшей в дом. Внутри обстановка довольно простая. Вероятно, мебель для сдачи жилья выбирали подешевле. И всё-таки мне не по себе. Слишком много здесь места. Я же с ума сойду на такой огромной территории.

— На втором этаже спальни. На первом есть кабинет. Там стоит диван, но я не думаю, что вам хватит места, чтобы спать там, — рассказывает Демид.

— Здесь и в гостиной достаточно места, чтобы стать для нас с Лёшей целой квартирой, — шепчу я, продолжая прижимать сына к себе.

От тёплых объятий и мягких покачиваний сынок снова засыпает. Он даже не реагирует на наши разговоры с Демидом. Так странно, ведь раньше на чужие голоса отзывалась, куксился и недовольно сопел. Неужели почувствовал в мужчине родную душу?

— Сколько мы здесь пробудем? — спрашиваю, боясь смотреть на мужчину.

— Пока не знаю. Сколько потребуется. Какая тебе разница здесь жить или в родительской квартире? Или у тебя есть дела в городе? Может, бегаешь к любовнику?

Голос Демида, как и его упрёки, причиняют боль. Мне неприятно слышать такие слова. Мужчина пытается обвинить меня в неверности?

— Я хранила верность своему мужу, — бормочу себе под нос.

— Все два года? — удивляется Демид.

— Много дольше, — отвечаю, чувствуя, как от стыда сжигает щёки.

Демид наверняка посчитает меня ненормальной. Ну а где он ещё встретит такую дурнушку, у которой не было романтических отношений, близости с мужчиной, но она родила? Пресвятую Деву я такой не считаю, конечно, но и я не от Духа Святого зачала.

— Так… ладно. У нас будет время обсудить всё, а пока выбери комнату и уложи сына. Я подниму чемодан и…

— Мы можем остаться в гостиной? Тут диван огромный. Нам с Лёшей хватит места. Здесь и кухня рядом, поэтому я всегда смогу разогреть для сына смесь или пюре, если потребуется, да и сама не буду нервничать, когда решу покушать?

— Ладно. Хочешь, пока располагайтесь здесь. В шкафу чистые постельные принадлежности. Укладывай сына, а потом поговорим.

— Нине Андреевне я тоже пока не могу говорить, где мы?

— Пока не следует. Я сам поговорю с женщиной, и если пойму, что она никак не связана с родителями, то обращусь к ней за помощью. Тебе нужна няня для ребёнка?

— Нет, я и сама справлялась, пока Алиса не предложила устроиться работать в твою компанию.

Демид окидывает меня задумчивым взглядом, словно оценивает общее состояние. Да, я не высыпалась, но многие матери такие. А ещё у меня отбило желание спать, когда узнала, что меня планируют лишить ребёнка. Сейчас прибавилась и неопределённость, ведь я понятия не имею, как со мной решит поступить «супруг».

— Ладно. Я разберусь. Сейчас помогу тебе.

Демид раскладывает диван, заботливо достаёт постельное бельё из шкафа и расстилает его. Он кажется прекрасным человеком, но это впечатление может оказаться обманчивым, поэтому запрещаю себе обольщаться. Важно держать руку на пульсе и при первой же возможности рассказать хотя бы Алисе, что её брат выкрал нас с сыном. Хоть кто-то должен знать, где мы, если мужчина задумает что-то дурное.

— Укладывай сына, — кивает Демид, смахивая пот со лба. Он снимает с себя пиджак и бросает в кресло. — И составь список, что купить на первые сутки по продуктам, может, вещи какие-то, средства гигиены? Кирилл привезёт всё, а завтра уже займётся обустройством детской и закупится вещами для вас.

Я молча пожёвываю губами, поглядывая на мужчину.

— Ну чего ты насупилась, как ёжик? Я не кусаюсь. И вреда тебе не причиню. Я просто хочу для начала разобраться с родителями. А потом мы решим, как быть дальше.

— А что насчёт развода? Ты хотел поскорее получить его, чтобы подать заявление в ЗАГС со своей невестой, если я не ошибаюсь?

Демид бледнеет, выдавливает из себя какую-то вымученную улыбку и выдыхает.

Он уже передумал разводиться?

— Сейчас это всё не имеет значения. Я как-нибудь разберусь со своей личной жизнью, тебе не следует переживать об этом, — огрызается Демид.

Не сильно-то хотелось.

Я думаю, что ещё может потребоваться нам в ближайшие сутки. Вроде бы всё есть. Единственное — нужна чистая питьевая вода, ведь не знаю, что здесь течёт из крана. И что-то на перекус. Мне нельзя сидеть голодом, ведь пока ещё кормлю сына грудью.

— Пусть твой приятель купит фрукты, но не цитрусовые: яблоки, бананы, груши.

— Нет, так дело не пойдёт. Во-первых, напиши всё в мессенджере и скинь мне, я продиктую номер. Во-вторых, не следует делать выводы: Кирилл мне не приятель, а мой подчинённый. Это разные вещи. Относиться к нему, как к другу не следует. Лучше сразу показать, что он и твой подчинённый тоже. Поняла?

Мне это не нравится, как и напускной тон муженька. Прямо надо же расхорохорился. Почему я должна управлять людьми, с которыми никакого договора не заключала и деньги им не плачу? Впрочем, с этим мы разберёмся. Не думаю, что мне придётся часто общаться с Кириллом. Привезёт вещи разок, и на этом всё.