Кэлум поднял её юбку так высоко, что смог развести колени Фэррон в стороны. Он встал, нависая над ней, всё ещё сидевшей на столе.

Ноктис аккуратно прикоснулся к губам Лайтнинг, будто боялся разбудить от этого оцепенения. И почувствовал её долгий выдох. Если бы Фэррон позволила себе его озвучить, то вышел бы просто потрясающий стон. Кэлум и сам захотел после такого взвыть. Все его мышцы напряглись в ожидании.

Фэррон просто приоткрыла губы, впуская Ноктиса, разрешая себя целовать. Кэлум делал это неспеша. Со вкусом изучал каждый миллиметр и стремился запомнить и заполнить Фэррон. Одна рука снова попыталась проскользнуть под её пиджак и стянуть его с плеч, другая гладила оголившееся бедро.

Лайтнинг потеряла счёт времени и, когда Ноктис наконец отпустил её, с сожалением призналась себе, что мальчишка умеет целоваться. В первый раз, на лестнице своего дома, она и не заметила этого.

Ноктис, почувствовав на губах Лайтнинг вкус алкоголя, тяжело вздохнул. Одна рука удерживала её за талию, другая под коленом:

— Сколько ты выпила? — спросил он.

Лайтнинг прикрыла глаза — смешно. Теперь он будет попрекать её за неадекватное поведение под действием алкоголя? Всего-то два бокала, но онатак давноне пила.

— Недостаточно, чтобы переспать с тобой, — шёпотом попыталась огрызнуться она и дернула плечом, отстраняясь от Кэлума. В итоге лишь сильнее выскользнула из собственной одежды.

— Но достаточно, чтобы думать об этом, — усмехнулся Ноктис, смотря на Лайтнинг.

Порозовевшее лицо то ли от выпитого, то ли от его поцелуя. Губы алели и влажно блестели — это уж точно от его стараний. Плечи голые, пиджак спущен с них. Тончайшие лямки майки вот-вот спадут вслед за ним. И голубые глаза как хрустальные осколки… Как звёзды.

Фэррон, сука, как можно быть настолько божественно красивой?! Она была возбуждающе прекрасна для него, впрочем как всегда.

Ноктис снова, как зачарованный, потянулся к её губам с твёрдым намерением больше не останавливаться сегодня. Хватит.

Спина Фэррон под его рукой вздрогнула, изгибаясь сильнее. Вторая его ладонь вновь скользнула к её гладкому бедру. Руки Лайтнинг коснулись его плеч и шеи, пальцы запутались в волосах. И он сам иступленно выдохнул ей в губы.

И Кэлум, и Фэррон были так увлечены, что не услышали шум в коридоре, пока дверь в кабинет не распахнулась.

Лайтнинг резко дернулась. Сердце чуть не вылетело из груди. Ноктис удержал её на месте, не сразу выпуская из рук. Она, сгорая от ужаса, оглянулась назад. На пороге тоже не в слишком приличном виде стояли Фанг и Гладиолус. Похоже, они начали целоваться ещё в коридоре и ввалились в помещение почти вслепую.

Фанг смотрела на Лайтнинг со смесью возмущения и интереса. Амицития, еле сдерживая смех, дернул Оэрбу за руку и одним движением вытащил из комнаты, опять хлопнув дверью. Лайтнинг показалось или он многозначительно посмотрел на Кэлума? Подмигнул, мать его.

Ноктис не успел даже перевести дух, а Лайтнинг уже начала выпутываться из его объятий, натягивая на плечи пиджак. Твою мать…

— Я его убью, — пообещал Ноктис, снова окружая её своими руками, склоняясь и пытаясь поймать губами хотя бы её щеку, хотя бы волосы.

Лайтнинг дёрнула головой, сухо и зло говоря:

— Хватит, — она наконец соскользнула со стола и вырвалась из его рук. Лайтнинг направилась к шкафу, но стоило коснуться шлема, как она услышала за спиной невозможно раздражённое:

— Ты собираешься сесть на мотоцикл в таком состоянии?

Лайтнинг обессиленно откинула шлем. Ноктис прав. За шлем она схватилась бездумно, просто чтобы найти хоть какое-то доказательство того, что сейчас уйдёт.

***

Они ехали в такси молча, прижавшись к разным окнам. Лайтнинг после всего произошедшего чувствовала себя настолько раздавленной и обессиленной, что не стала возражать, когда Кэлум вызвал машину. Дьявол, он знал её адрес наизусть. В какой-то момент у неё даже появилось желание назвать адрес Клауда, посмотреть, как мальчишка отреагирует, если она после случившегося действительно поедет к Страйфу. Лайтнинг остановило лишь слишком трезвое осознание, что даже Клауд не вытеснит из головы эту горячую сцену. Снова спать с ним и примерять к себе чужие касания и губы. Как же отвратительно… Какая жеонаотвратительная…

Хотелось просто прикрыть глаза и забыть это всё. Но чертов Кэлум был как всегда чересчур настойчив. Пусть он и молчал, однако, когда такси приехало, вместо того, чтобы распрощаться и захлопнуть дверь, он сел в машину с ней.

Надеялся, что после Фэррон пустит его в свой дом? Надеялся на продолжение?

Лайтнинг сдавила пальцы в кулак и приоткрыла окно, чтобы холодный воздух отрезвил её.

— Не стоило садиться в машину. Обратный путь займёт слишком много времени, — твердо сказала она.

— Переживу, — односложно ответил Ноктис, не отрывая взгляда от проносящихся мимо окна огней.

Лайтнинг видела себя со стороны? Блядь, отпустить её в никуда в таком состоянии — словно отдать на растерзание другому.

Ноктис знал, что это всё нерациональные мысли. Фэррон сама может и постоять за себя, и добраться до дома. Он спокойно посадил в такси Аурум, хотя та еле держалась на ногах. Фэррон была трезвее Синди, но её он не хотел отпускать одну. Это только ему благодаря Гладиолусу и Промпто сегодняшний вечер оказался нипочем — прелюдия перед настоящим ночным загулом.

Лайтнинг зло дернула головой из-за того, что не смогла спровоцировать Ноктиса на конфликт. После она молчала до самого конца поездки. Как она и боялась, Ноктис вышел из машины вслед за ней. Лайтнинг остановилась посреди тротуара, в очередной раз поражаясь его наглости.

— Что ещё тебе нужно от меня? — раздраженно спросила она.

«Ещё?» — Ноктиса как будто придавило каблуком. Он сдержанно вздохнул, усмиряя свою злость. Он раз за разом пытался понять, что же скрывается под её «белой шкурой» и почему она это прячет. А Фэррон отталкивает его каждый раз.

— Лайтнинг, — голос спокойный, но каждый звук долгий, будто Ноктис пробовал их звучание. — Откуда такое странное имя? — снова спросил он.

— Прозвище из детского дома, — в этот раз она ответила, но выглядело это так, будто женщина зло отмахнулась, чтобы поскорее прогнать Ноктиса.

— И каково это? Вырасти в приюте? — спросил он, понимая, что задавал этот вопрос себе не раз в стремлении понять, с чем Фэррон столкнулась в детстве.

Лайтнинг ожидаемо зло уколола его взглядом. Какого дьявола Кэлум смеет так нагло лезть к ней с подобными вопросами?

— А каково это — провести в плену у преступников несколько дней? — Лайтнинг знала, куда бить. Фанг пересказала ей все, что рассказал Гладиолус.