Глава: Лессен

Члены: Торрек

Задача: выбор места, времени, обеспечение напитками

3. Подкомиссия по тематике дискуссий

Глава: Нирра

Члены: Дреннек Задача: подготовка тем, модерация обсуждений

РЕГЛАМЕНТ:

- Встречи: раз в две недели

- Кворум: 4 из 6 членов

- Решения: простым большинством

- Протокол: ведёт секретарь

— Нужно название получше, — сказала Нирра, глядя на схему. — «Комитет по организации интеллектуального досуга» — слишком длинно.

— Gronk-tolsh-ash, — предложил Лессен. — «Общество мягкого разговора».

— Поэтично.

— Голосуем?

Проголосовали. Название принято.

— Следующее заседание — через две недели? — уточнила Селлина, записывая.

— Через две недели — плановое. — Дреннек потёр подбородок. — Но подкомиссиям нужно время на подготовку докладов. Предлагаю промежуточную встречу глав подкомиссий через неделю.

— Разумно.

— Где?

— У меня, — сказал Кассел.

— Нужно забронировать?

— Нет, это же просто...

Он замолчал.

Все посмотрели друг на друга.

— Мы только что создали комитет, — медленно произнёс Торрек. — С подкомиссиями. Чтобы... играть в игры. С друзьями.

Тишина.

— Да, — сказала Селлина. — И?

— И... — Торрек развёл лапами. — И ничего. Я просто констатирую.

— Структура повышает эффективность, — объяснила Нирра. — Это очевидно.

— Мы пришли отдыхать.

— И мы отдыхаем. — Дреннек улыбнулся. — Разве нет? Создание организационных структур — это приятно.

Торрек открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

— Вы... вы серьёзно?

Пять нарелов смотрели на него с искренним недоумением.

— Конечно, — сказал Кассел. — Что может быть приятнее хорошо организованного процесса?

Две недели спустя.

Второе заседание Gronk-tolsh-ash. Гостиная Лессена.

— Доклад Подкомиссии по правилам игр, — объявил Дреннек.

Кассел встал, разложил бумаги.

— За отчётный период Подкомиссия рассмотрела семнадцать спорных правил khrel-stong, двенадцать — nar-kransh, и девять — drekh-gronk. Подготовлен единый свод с комментариями. Приложение А — таблица изменений относительно классических правил. Приложение Б — прецеденты и их разрешение.

Он раздал копии.

— Вопросы?

— Пункт 7.3, — сказала Нирра, листая документ. — Вы разрешили диагональное движение через занятую клетку?

— С ограничениями. См. подпункт 7.3.2: «Только если атакующая фигура выше рангом».

— Разумно.

Торрек сидел в углу и молча смотрел на происходящее. Его хвост лежал неподвижно — признак глубокой задумчивости.

— Доклад Подкомиссии по логистике, — продолжил Дреннек.

Лессен встал.

— Составлен график встреч на следующие шесть месяцев с ротацией мест проведения. Учтены рабочие графики всех членов, семейные обязательства, городские праздники. Приложение В — календарь. Приложение Г — резервные даты на случай непредвиденных обстоятельств.

Он тоже раздал копии.

— Доклад Подкомиссии по тематике дискуссий...

Дверь открылась.

В комнату вошла Кесса — жена Торрека, корра с яркими полосами и нетерпеливым взглядом. Она была на голову выше любого из присутствующих и вдвое шире.

— Торрек, — сказала она. — Дети спрашивают, когда ты...

Она замолчала, оглядев комнату. Шестеро нарелов за столом. Бумаги. Схемы. Графики.

— Что... что здесь происходит?

— Заседание, — ответил Дреннек.

— Заседание чего?

— Gronk-tolsh-ash. Общества мягкого разговора.

Кесса моргнула.

— Вы создали... общество? Чтобы играть в настолки?

— С подкомиссиями, — добавил Кассел, явно гордясь. — По правилам, логистике и тематике.

Кесса долго смотрела на них. Потом на своего мужа. Потом снова на них.

— Вы, — сказала она медленно, — нарелы.

— Да?

— Вы не можете просто... прийти и поиграть?

Шестеро переглянулись.

— Можем, — сказала Селлина. — Но так эффективнее.

— Эффективнее. — Кесса покачала головой. — Вы знаете, как отдыхают корраги?

— Как?

— Приходят. Пьют. Дерутся. Спариваются. Уходят. — Она загнула когти. — Никаких подкомиссий.

— Это... хаотично, — сказал Лессен.

— Это весело.

— Хаос не может быть весёлым.

Кесса расхохоталась — громко, во весь голос, так что стены задрожали.

— О, вы прекрасны. Все шестеро. — Она вытерла слёзы. — Торрек, когда закончите заседание вашего... общества мягкого разговора... приходи. Дети хотят сказку на ночь.

И вышла, всё ещё посмеиваясь.

Шестеро нарелов смотрели ей вслед.

— Она не понимает, — сказала Нирра наконец.

— Не понимает, — согласился Кассел.

— Корра, — пожал плечами Дреннек. — Что с них взять.

Торрек вздохнул. Посмотрел на стопку бумаг перед собой. На график встреч. На свод правил.

— Знаете что, — сказал он, — она права.

Все повернулись к нему.

— В смысле?

— Мы создали бюрократию для игры в настолки. — Он поднял документ. — Это... это абсурд.

Пауза.

— И? — спросила Селлина.

— И... — Торрек замолчал. Подумал. Посмотрел на документ ещё раз. — И мне это нравится.

Он улыбнулся — медленно, виновато.

— Проклятье. Мне это действительно нравится.

— Потому что ты нарел, — сказал Дреннек мягко. — Мы все такие. Shteng-kel — grash-kel. Строить порядок — радость.

Торрек рассмеялся.

— Ладно. Продолжаем. Доклад Подкомиссии по тематике?

Нирра встала, разложила бумаги.

— За отчётный период подготовлен список из двадцати трёх потенциальных тем дискуссий, ранжированных по критериям глубины, актуальности и вовлечённости участников...

Где-то за дверью Кесса укладывала детей спать и рассказывала им, как папа с друзьями «играют в работу».

Дети не понимали.

Они были наполовину корраги.

— Нет.

— Ты даже не дослушал.

— Не надо дослушивать. — Дреннек отодвинул от себя кружку с бульоном. — Ты сказал «qorr-grong». Я сказал «нет». Разговор окончен.

Горрак — двести тридцать сантиметров полосатой мускулатуры — откинулся на спинку скамьи и расхохотался. Смех у коррагов был особый: низкочастотный, грудной, с лёгким рокотом подгортанных связок, от которого посуда на столе отзывалась мелкой дрожью. Двое нарелов за соседним столиком невольно обернулись — и тут же отвели взгляды, когда Горрак скользнул по ним жёлтыми глазами.

— Ты даже не знаешь, что это такое!

— Знаю. — Дреннек скрестил лапы на груди. Жест выглядел бы внушительно, будь он хотя бы на полметра выше. — Корраговский бар. Место, куда нормальные шаррены не суются.

— Кто тебе такое сказал?

— Все. Вообще все. — Дреннек загнул палец. — Мой отец сказал: «Если увидишь вывеску с тремя кругами — обойди квартал». Моя мать сказала: «Там убивают». Мой наставник в Академии сказал...

— Твой наставник — нарел, который ни разу в жизни не дрался, — перебил Горрак. — А твои родители тебя просто запугивали, чтобы ты не лез куда не надо.

— И правильно делали!

Горрак наклонился вперёд. Скамья скрипнула под его весом — двести килограммов живого мяса и костей, обтянутых рыже-полосатой шкурой, которая играла в свете ламп. Его жёлтые глаза блестели слишком ярко, как всегда бывает у коррагов, когда они чем-то увлечены.

— Дрен. Мы знакомы сколько? Восемь лет?