— А я тебе о чём говорю? Ты меня совсем не слушаешь. Я очень давно такого не испытывал. В молодости последний раз. Кстати, а ничего, что у нас такая разница в возрасте? Как в твоём мире на это смотрят?

— Как прикажу, так и смотрят. Но ничего плохого в таких браках они не видят. Здесь же аристократический строй, и частенько молодых девушек выдают за состоявшихся мужчин.

— Это хорошо. А как так вышло, что она ещё не была замужем?

— Говорю же, характер у неё тяжёлый. Отец любит своих детей, особенно дочек, и балует их. Со слов Ю, Джиа отшила кучу женихов, подобранных ей родителями. То одно её не устраивало, то другое. А когда я взял в жёны младшую, родители вообще посчитали, что она останется старой девой. И тут ты нарисовался. Поэтому я тебе и говорю, осторожнее. Назад дороги не будет. Лучше сразу тормознись.

— Ты знаешь, я уже был женат, но в результате мы развелись, потому что женились из интереса, а не по любви. Я вообще не думал, что могу снова ощутить это чувство. Между нами не то что искра пробежала. Меня молния херакнула так, что до сих пор искры из глаз сыпятся. А она точно ещё девственница?

— А что, если нет, то передумаешь?

— Нет, не передумаю. Просто она ведь не настолько молода, как твоя супруга.

— Слушай, я лично ей под юбку не заглядывал. Может быть, и не девственница, но за чистотой принцесс в Китайской империи очень строго следят.

— Странно, не заметил ничего подобного. Мы когда целовались, вокруг никого не было. Нам бы никто не помешал, даже если бы мы продолжили.

— Вот об этом я и говорю. Ты слаб настолько, что даже не в состоянии заметить охрану, которая нас постоянно сопровождает. И вас она сопровождала тоже. Видимо, они получили приказ от моего тестя не мешать вам, пока дело не дошло до крайностей.

— Может быть, ты и прав. Ладно, уговорил, я обязательно стану сильнее. Как думаешь, а нам ещё позволят уединиться?

— Если ты руки и другие выпирающие части тела распускать не будешь, то, полагаю, никто против не будет, — ответил я и улыбнулся, заметив, как Слон со своей возлюбленной переглянулись.

Мы в это время стояли в каком-то из залов, и тесть рассказывал весьма занимательную историю. Джиа подкрашивала губы помадой, которую принесла служанка.

Бывшая принцесса достала зеркальце и сосредоточенно водила помадой по губам. Затем она сложила их в трубочку, как обычно делают девушки, когда заканчивают этот процесс. Вот только к этому моменту Джиа не смотрелась в зеркало, а бросила мимолётный взгляд на Слона, чем вызвала улыбку не только у меня, но и у Ю.

Экскурсия была длительной, но весьма познавательной. Знакомство моей новой семьи с моими друзьями тоже было весьма продуктивным.

После этого я сводил их на разные континенты, в разные страны, в том числе и в те места, где мы с ними бывали в предыдущем мире, чтобы они смогли увидеть разницу собственными глазами. Где-то она была, а где-то отличий не наблюдалось совсем.

Мы даже побывали в моём замке в Пуритании. Парням всё понравилось, а на следующее утро я отправил их вместе с младшими сыновьями Макаровых и Константиновых в Екатеринбургский пункт сбора новобранцев, и в этот же день они вылетели в гарнизон.

Я занялся подготовкой к встрече комиссии, которая должна будет определить, является ли магическая Земля цивилизованной. В принципе, у меня всё было готово, оставалось несколько мелких штрихов, но ими сейчас вплотную занимаются специалисты Владыки Леона. С его слов, комиссия не особо любит признавать новые миры цивилизованными. Это ущемляет гордость тех, кто долго шёл по этому пути.

А ещё он предупредил, что не стоит прятать тех, кто в ближайшее время останется рабом. Не бывает миров, где абсолютно все заслуживают свободы. Если такое случится, то члены комиссии заподозрят, что их пытаются обмануть, и назначат дополнительную экспертизу. И это очень сильно затянет процесс. Всё должно выглядеть естественно.

Лично мне принимать участие в этом процессе не приходилось. Даже принимать работу, поскольку я в этом вопросе не особо разбираюсь. Поэтому я занимался другим — тем, что наиболее важно в настоящий момент. А именно обороной магической Земли. Её необходимо защитить, ведь координаты, выложенные на нелегальном источнике, есть у многих. Разумеется, их оттуда убрали, но те, кому надо, успели их заполучить.

Вот и пришлось возводить там всевозможные строения и ставить охрану.

Однажды вечером я работал над очередными чертежами и сунул руку во внутренний карман того наряда, который мне достался по наследству от Феофана. Я периодически его надеваю.

Когда убирал руку, случайно задел потайной карман со скрытой молнией, в котором я когда-то спрятал то самое кольцо, из-за которого чуть не погиб Скряга.

Достав его, я принялся осматривать наследство. Мой мохнатый друг тоже находился в этой комнате и развалился на кушетке у камина.

Я отложил в сторону бумагу с карандашом, на которой делал наброски, и принялся рассматривать кольцо. Обычным зрением я видел на нём то же самое, что и раньше. Причудливые узоры, красивые камни и непонятный металл, который почему-то не охлаждается до конца.

Но затем я решил взглянуть на него зрением энергетического вампира. Не знаю, с чего вдруг я захотел это сделать, но сделал. И сильно удивился увиденному. Это мягко говоря. Я вернулся к обычному зрению, потряс головой и даже сделал несколько глотков травяного отвара, который стоял у меня на столе. После этого взглянул ещё раз.

— Быть этого не может! — произнёс я.

— Чего? — поинтересовался Скряга. Правда, голову в мою сторону так и не повернул.

— Иди, глянь на кольцо.

— Ага, бегу и шерсть по ветру развевается.

— Ну как хочешь, — ответил я и продолжил разглядывать кольцо.

И это занятие меня настолько увлекло, что я забыл не только о том, чем занимался до этого, но и о присутствии Скряги.

Тот же, поняв, что я действительно увлечён, всё-таки поднялся и подошёл ко мне.

— Ну и что в нём такого интересного? — поинтересовался мой друг.

— На вот присмотрись к нему повнимательнее. Ничего не замечаешь?

Мой мохнатый друг взял кольцо и стал его пристально рассматривать. Он крутил и вертел его около двух минут, но, судя по недовольному выражению морды, так ничего и не нашёл.

— Ничего нового я не вижу, — признался он.

— То есть для тебя это обычное, ничем не примечательное кольцо? — поинтересовался я.

— Не обычное. Это артефакт, причём очень мощный, но что он делает, я не знаю. Твои предшественники скрывали от меня это, а может, и сами не знали.

— Понятно.

— Так что с ним не так?

— Оно живое, — сообщил я, сам не веря в то, что говорю.

— В смысле живое?

— В прямом. Это живой организм.

— Ты переработал, что ли?

— Я тоже сначала так подумал, Но изучив его повнимательнее, я с уверенностью могу утверждать, что так оно и есть. Я рассмотрел его с помощью зрения энергетического вампира и при помощи навыков других монстров, которые способны видеть работу живого организма. Так вот, внутри этого кольца есть органы. Не такие, как у нас с тобой, но всё-таки живые органы. Более того, оно имеет свою ауру. Сначала я принял её за обычное свечение, но это настоящая аура. Да, она очень плотная и отличается от человеческой либо от ауры монстров, но всё же присутствует.

— Это создание разумно? — поинтересовался Скряга.

— Не думаю, скорее всего, это искусственно выращенный организм. Но с какой целью его вырастили, я даже предположить не могу.

— Ну и что это нам даёт?

— Понятия не имею. Что ты знаешь об этом кольце?

— Ничего, кроме того, что вы передаёте его друг другу по наследству, но никто из вас им при мне не пользовался, однако все им дорожили.

— Думаешь, они знали, что оно живое? — поинтересовался я.

— Это вряд ли. Феофан рассказал бы тебе об этом. Кроме того, данные от энергетического вампира заполучил именно ты. Полагаю, они инстинктивно считали его очень важным своим атрибутом.