— Не надо, у меня есть таблетки. С прошлого раза еще остались… На этот раз надо пролечиться по-хорошему, — бормочу я, забираясь в ванную. — Жалко, что в Сочи полететь не смогу.

— Почему не сможешь? — в голосе мужа слышится недоумение. — Просто Арина ведь не полетит одна. У меня в фирме форс-мажор. При всем желании не могу поехать…

— Ты предлагаешь мне с острым циститом на лыжах кататься? — еле сдерживаюсь, чтобы не метнуть ему в голову гламурную статуэтку, подаренную его мамой.

Замечаю, как бегают его глаза. Явно перебирает в голове варианты…Вижу, как он сжимает кулаки, но не от волнения за меня, а от раздражения, что рушатся его планы.

— Можешь и не кататься. Побудешь в номере, сходишь в ресторан, отдохнешь, — говорит муж, опираясь на дверной косяк. Его голос звучит мягко, почти ласково и слишком настойчиво. Как продавец, который пытается всучить ненужный товар. — Ты же не можешь просто так отказаться от поездки. Арина так ждала этого отпуска! Если ты не поедешь, она очень расстроится…

Я сижу в ванной, обхватив колени руками, и стараюсь не показать, как сильно меня злит его лицемерие.

— Макс, я же сказала: у меня болит невыносимо. Я не собираюсь мучить себя и Арину. Я попрошу Янку, она, наверняка, согласится.

— Послушай, — продолжает он, присаживаясь на край ванны, но не слишком близко, чтобы не замочить брюки. — Яна легкомысленная. Странно, что ты отпускаешь с ней нашу дочь. А если что-то случится?

Я смотрю на мужа, и внутри меня закипает ярость. Когда он говорит об Арине, его голос чуть повышается, будто он пытается вызвать у меня чувство вины…А самому на неё наплевать. Раньше я думала, что он хороший отец, но сейчас вижу только эгоиста.

— Макс, всё, выйди. У меня живот болит, и я хочу побыть одна. Без этих выяснений, — чеканю я, окончательно потеряв терпение. — Арина полетит с Яной. Это решено.

Лежу в ванной целую вечность. Не хочу видеть этого человека, общаться с ним, смотреть в глаза…

Слышу мелодию звонка, потом голос мужа — он говорит с кем-то по телефону. «Да, понял… Хорошо, подъеду. Да, да. Завтра обсудим», — доносятся до меня обрывки фраз. Потом тишина, прерываемая звуками шагов.

А через минуту: — Света, Ивановский звонил. Заеду к нему, надо кое-что обсудить по фирме.

Макс не знает, что мы с женой Лёни общаемся, ходим в один спортзал, иногда пьем вместе кофе. Привык, что я не лезу в его дела, и расслабился…

Выбираюсь из ванной, накидываю халат на мокрое тело и иду в комнату. Думаю, Быкова не будет дома минимум час…

В гостиной его ноутбук. Пальцы слегка дрожат, когда я нажимаю на кнопку включения.

Экран оживает, предлагая мне ввести пароль. Его день рождения? Нет, слишком просто. Мой? Мимо.

Набираю дату рождения дочери, пальцы неуверенно стучат по клавишам, и… пароль подходит.

Слишком просто… Как будто он не боится, что я что-то узнаю, или, может, в ноутбуке нет ничего секретного. Но к чему тогда пароль?

Начинаю рыться в файлах. Документы фирмы, бесконечные отчеты, таблицы.

Ничего личного. Ни фото, ни сообщений, ни видео…

С досадой выключаю ноутбук. Экран гаснет, а я вскакиваю со стула и начинаю метаться по квартире, лихорадочно соображая, что еще предпринять.

Вдруг вспоминаю про планшет. Я давно не видела, чтобы Быков им пользовался.

Роюсь в ящиках, выдвигаю их с шумом, вещи падают на пол, и, наконец-то, нащупываю модный гаджет.

Подключаю зарядное, жду, пока загорится индикатор… Время невыносимо тянется.

Снова пароль!

Набираю дату рождения Арины — подходит.

Открываю файлы без особой надежды. Пальцы скользят по экрану… Среди отчетов — безымянная папка.

Нарезки с камеры видеорегистратора. Зачем он это сохранил? Потом вспоминаю, что пару лет назад у Быкова было спорное ДТП. Он говорил, что видео — доказательство, что он ни в чем не виноват…

На автомате начинаю просматривать файлы одно за другим. Не за что зацепиться. Дороги, светофоры, машины…

Иду на кухню, чтобы налить кофе. А когда возвращаюсь, на экране очередное видео.

Слышатся голоса. Макс что-то говорит, но что конкретно сквозь шум не разобрать.

Вздрагиваю от звука женского голоса.

Слышна музыка, гудки проезжающих машин и игривый женский смех. А потом голос мужа: бархатный, интимный, соблазняющий. Как будто он не мой Макс, а кто-то чужой, извращенный…

«Нетерпеливая… Прямо здесь что ли? Давай я хоть на обочину отъеду».

Я резко ставлю чашку на стол. Кофе расплескивается. Темные капли разбегаются по дереву, как мои мысли.

Сердце колотится в груди, как бешеное. Оно будто предвидит ад, в котором мне еще предстоит побывать. Звуки поцелуев: влажные, торопливые. Тихие стоны, шелест ткани, потом резкий звук растягивающегося ремня.

Щелчок застежки — как удар хлыста по моему разуму.

Звуки становятся интимнее: тихие стоны, хриплый шепот, приглушенное рычание.

Внутри меня всё кипит. Ярость поднимается волной.

Звонит телефон. На экране — неуместное в нынешних реалиях слово: «Любимый».

— Алло! — рявкаю я.

— Светуля, ты чего?! Чего злая такая?! — удивляется муж.

Голос дрожит от напряжения, и я бормочу первое, что приходит в голову: — Болит живот. Плохо себя чувствую. Пыталась поспать, а ты разбудил.

Он вздыхает, и в его тоне слышится сочувствие, которое сейчас раздражает меня еще больше. Как будто он заботливый муж, а не тот, кто только что трахался в машине с другой бабой.

— Лучше не стало? Полежи еще в ванной, если хочешь. Таблетку прими, — говорит он, и его слова звучат как насмешка.

Я сжимаю телефон так, что костяшки белеют, и отвечаю сквозь зубы: — Уже приняла… Макс, ты что-то хотел?

— Я уже закончил с делами, еду домой. Что-нибудь купить? Может, к чаю чего-нибудь?

Его забота кажется издевательством. — Ничего не надо.

Кидаю телефон на стол и включаю чертово видео. Невыносимые звуки заполняют комнату: пыхтение, сопение…

Я не могу слушать это дольше. Желудок сжимается, и меня тошнит от отвращения. Перематываю видео, не выдерживая больше этих звуков.

Картинка меняется: они подъезжают к нашему дому. Быков паркует машину на своем обычном месте. Он водил эту шлюху к нам домой?! А где в это время была я? А где была Арина?

27 декабря 2023 года, 20:30.

Я была на корпоративе. Не хотела идти, но главврач настоял, чтобы все сотрудники присутствовали. Я пошла, потому что не хотела проблем на работе. Дочка была у подруги — она звонила, просилась на ночевку... А муж с катом воспользовался случаем.

На видео он паркует машину, потом выходит из нее. Регистратор продолжает работать. Камера фокусируется на женщине в длинном пальто: она выскальзывает из машины, и я вижу, как она поправляет волосы, идет вперед. Возле подъезда не горит фонарь, так что лица этой твари не видно.

Я всматриваюсь, пытаясь разобрать… Темные волосы, фигура типа «песочные часы», знакомый силуэт. Макс игриво окликает любовницу: «Зажигалочка, ничего не забыла?» Она оборачивается, и я вижу, что это Лера. Возвращается к машине, и тут видео прерывается…

Это точно она! Сейчас она перебралась в шубу, а до этого ходила в зимнем пальто с капюшоном. Видео уже два года, может, сейчас Быков уже с другой. Но раньше был с Лерой. Значит, эту тварь надо прижучить. Но не нахрапом — это глупо. Отомстить надо тонко, мастерски. А для этого надо много терпения, которого у меня уже нет…

Я продолжаю просматривать проклятые видео, словно копаясь в помойке собственной жизни. Может, я найду что-то еще? С кем еще из баб ближнего круга он переспал?

Невольно вспоминаю, как Макс всегда хвастался своей машиной. «Комфортно должно быть всем», — говорил он. «Не только водителю, но и пассажирам, которые сидят сзади». Я тогда не придавала значения его словам. Удобные сиденья, подушки, даже специальный коврик на заднем сиденье… Всё для того, чтобы обслуживать любовниц по высшему разряду.