Разве я была плохой женой? Я всегда заботилась о Максе, никогда не ныла и капризничала, никогда не требовала от него ничего сверхъестественного. Жила по потребностям, на шее не сидела, работала сама, создавала домашний уют. В постели тоже никогда не обделяла, всегда соглашалась, хотя иной раз и не хотелось, всегда хвалила, хотя иной раз сама удовольствия и не получала. Но это же не главное! Главное, что мы были семьей!

Мне так казалось…

Я не знала, что мне дальше делать! Все планы, все мечты, надежды — в один миг превратились в труху.

Кто-то скажет: “да, подумаешь — измена! Жизнь-то от этого не закончилась?!” Но мне казалось, что жизнь закончилась, и если не вся жизнь, то какая-то самая важная ее часть.

Кое-как раздевшись и побросав вещи прямо у порога, я плетусь на кухню. Мне впервые захотелось выпить, да так, чтобы потерять связь с реальностью, и ничего не чувствовать. Но, налив стакан до краев, я выливаю его в раковину. Не могу…не лезет…

Слабачка! Даже напиться не могу!

Скидываю вещи, перебираюсь в комнату. Забираюсь под одеяло, накрываюсь с головой и сворачиваюсь калачиком. Вот бы уснуть так крепко, и на утро проснуться, а все это окажется дурным сном. Вроде бы я уже не маленькая девочка и не ношу розовых очков, но броня из опыта не спасает от боли предательства!

Но сон не идет. Я прокручиваю и прокручиваю в голове мысли.

А может это все-таки ошибка? Может простое совпадение? Недоразумение? Может Макс мне не изменял? Может это просто глупые сплетни? Ведь это как игра в испорченный телефон: в начале говорят собака, а в конце выходит самосвал. Может они вообще говорили о другом мужчине?

А эта девица?! Наверняка она хотела позлить меня! Может она влюблена в Макса, подкатывала к нему, а он не поддался, вот она и бесится. Может он просто подвез её…

Может…. Может….

Под утро, устав от многочисленных “может” в моей голове, я все-таки уснула. Вот только при пробуждении боль никуда не исчезла.

Но лежать и терзать себя мыслями для меня непозволительная роскошь. Поднимаюсь и плетусь в ванную, врезаясь на все углы. Оглядываю себя в зеркало. В голове тут же начинают копошиться непрошенные гости: из зеркальной глади на меня смотрит взлохмаченная, уставшая и измученная жизнью женщина. Мне всего тридцать один, а, откровенно говоря, я бы дала себе все пятьдесят. Худенькой и так никогда не была, но сейчас из-за сидячей работы и малоподвижного образа жизни к моим бокам прилепилось ещё десяток лишних килограмм, и выгляжу я дряблой и поплывшей. Кожа на лице явно стала тоньше, а вокруг глаз залегли морщинки и синие круги усталости. Седины, как ни старалась, я у себя не нахожу, но волосы выглядят, словно сухая и неухоженная солома. Когда я в последний раз была в салоне?

— Неудивительно, что от тебя муж загулял! — говорю своему отражению.

Отражение корчится от боли, а сердце тут же отвечает ворчанием — разве это повод для измены? Никто не молодеет, мы все меняемся с возрастом, и что же теперь — гулять направо и налево? Зачем тогда вообще жениться?

Умываю лицо прохладной водой и разглядываю свою невеликую косметичку. Вряд ли что-то из этого поможет мне скрыть следы бессонной ночи. А мне ж на работу идти! Вот только ни сил, ни желания работать сегодня совсем нет. Как я могу работать, когда мыслями я все время возвращаюсь к измене мужа?

Телефон нахожу в сумке. Не обращая внимания на пропущенные звонки и сообщения, нахожу номер начальника. Пара звонков и раздается его “алло”.

— Михал Борисыч…доброе утро… простите, что в такую рань беспокою. Мой… я заболела! — выпаливаю, хрипло кашляя.

Начальник охает, ахает, но тут же предлагает мне пару дней отлежаться и ни о чем не думать. Чуткости Михаил Борисовичу не занимать — он и словом не обмолвился о работе, о предстоящей проверке, только пожелал скорейшего выздоровления и предложил привезти лекарства, от которых я тактично отказалась.

Отключившись, опускаюсь на пуфик — внутри появляется какое-то странное чувство пустоты и непонимания, что мне делать дальше. И тут судьба решает за меня сама — на телефон поступает звонок. С удивлением разглядываю незнакомый номер, но все же отвечаю.

— Катерина Юрьевна? Это вас из поликлиники беспокоят. Вашему мужу сделали операцию, все прошло успешно, его перевели в стационар. Вы можете его навестить, а также вам нужно принести личные вещи супруга, — позвонившая девушка начинает перечислять, что потребуется Максу, а я хватаю ручку и блокнот с тумбочки и старательно записываю.

Поблагодарив медсестру, отключаюсь. Смотрю на длинный список.

“Ты зачем это все записала?” — шепчет мне чертенок с плеча. — “Пусть ему его любовница вещи носит!”

“Ну он же твой муж!” — вторит ему ангел с другого плеча.

Затыкаю обоих и иду в комнату. Достаю из шкафа небольшую спортивную сумку, с которой Макс обычно ходит в тренажерный зал, и начинаю бросать в нее вещи по списку от трусов до телефонной зарядки. Двигаюсь методично, по инерции — квартирка небольшая и я с завязанными глазами знаю, где и какие вещи лежат.

Когда из списка вычеркнуты все пункты, возвращаюсь в ванную комнату. Еще раз окинув себя взглядом в зеркало, открываю кран….

В больницу я захожу с полной уверенностью, с парой пакетов и сумкой Макса наперевес. На первом этаже стоит суета: у кабинетов толпятся посетители, медсестры носятся туда-сюда, а к регистратуре так вообще не протолкнуться. Я проскакиваю к лестнице, и поднимаюсь на нужный этаж. Оглядев себя в зеркальную дверь и поправив прическу, натягиваю самую очаровательную и доброжелательную улыбку и вхожу в отделение хирургии. Старательно строя из себя заботливую жену, которая пришла навестить любимого мужа, подхожу к посту медсестры.

— Добрый день, девушка. Подскажите, пожалуйста, палату в которой лежит Рыжов Максим? Я супруга! — ослепительно улыбнувшись, спрашиваю у медсестрички.

Медсестра смотрит в большую тетрадку и сообщает мне номер палаты. Благодарю ее и следую в указанном направлении.

Очень удачно в палате Максим оказывается не один, мне сейчас меньше всего хочется оставаться с ним наедине: на соседней кровати лежит мужчина в возрасте, закинув руки за голову, а у окошка молодой парень с телефоном в руке и наушниках в ушах.

— Здравствуйте! — не убирая улыбку с губ, вхожу в палату.

Максим тут же подскакивает на своей кровати. Его сосед тоже приподнимается, устраиваясь поудобнее.

— И к кому же такая красота пожаловала? — улыбается мужчина.

— Ко мне! — отзывается Максим с самым довольным видом. — Жена моя. Заюша!

Опоздал ты Макс — раньше надо было гордиться! Теперь у тебя будет другая заюша, заюша Ада! И надеюсь… из ада!

— Привет, дорогой! — продолжая держать лицо, подхожу к кровати мужа и присаживаюсь на краешек. Лениво откидываю кудри с лица. — Как ты тут, зайчик? Операцию сделали? Сильно болит? — стараюсь, чтобы голос звучал сладко и уверенно.

— Болит! — жалуется муж, морщась. — Тянет ужасно, ходить нормально не знаю, когда начну. Врач сказал, что восстановление предстоит долгое, естественно ни о какой работе речи не идет.

— Понимаю, Максик, ну ничего, все будет хорошо, ты справишься! — ласково глажу его по руке, хотя от этого невинного прикосновения меня выворачивает наизнанку. — Как же так получилось-то?

— Да сам дурак, — вздыхает муж. — Притормозил на обочине и забыл аварийку включить. А там на участке темно было. А мужик на другой машине ямку объезжал, не заметил меня, ну и влетел. Машина пострадала, конечно.

Сердце екает — значит подробности аварии правда.

— Ну машина это просто железка! Слава богу, что с девушкой все в порядке, — выдаю, внимательно следя за реакцией мужа.

— С к-к-какой девушкой? — начинает заикаться он, бледнея.

— С пассажиркой! — невозмутимо отвечаю, словно все в порядке. — Врач рассказал, что в машине с тобой была девушка. Ты коллегу домой подвозил? — наивно хлопаю глазками, словно совсем ничего не понимаю.