— Естественно. Только не к тебе домой, а к твоей бывшей жене, чтобы ты собрал вещи. Сегодня в вечером у тебя поезд.

— Помню. А вот ты забыл. Деньги?!

— Не волнуйся, и я помню, — достаю телефон и открываю приложение банка. Перевожу бывшему мужу моей Катерины обещанные пятьсот тысяч. Тот дожидается сообщения и довольно кивает. Настроение у него заметно улучшается.

Всю дорогу Максим неожиданно болтает, рассказывая мне о Кате, в самым черных красках расписывая, какая жуткая жизнь меня с ней ждёт: и хозяйка она ужасная, и готовить не умеет, и зануда, и истеричка, и бревно в постели. Говорит правда всё это завуалировано, рассказывая истории из их семейной жизни, но я же не полный идиот, чтобы не понять намеков.

— А твоя эта новая лучше?

— Адушка? — уточняет, словно “новых” у него целый вагон. — Адель она молодая, яркая, она живая. И я себя с ней живым почувствовал, словно я снова тот беззаботный студент. С Катей как: скучно, серо, пресно, бытовуха одним словом. В выходные уборка, стирка, в магазин надо съездить. Лишнего ничего себе позволить не можем, то кран потёк, то куртку на зиму нужно новую купить. А с Адель мы за один вечер половину моей месячной зарплаты прогуляли, и она не бурчала, что нам нужно на ремонт откладывать.

Бросаю на Максима удивленный взгляд — он что, это на полном серьезе говорит?!

— Ты не думай, Адушка ничего не требовала и не просила! — понимает мой взгляд по-своему. — Она вообще очень скромная девушка, будущий учитель. Мы с ней в школе познакомились, она на практику пришла. Узнала, что у нас тренажеры есть и попросилась вечером позаниматься. Ну я не отказал, помог ей настроить всё, рассказал как и что работает и показал правильную технику. Короче, первый раз у нас в тренажёрке и случился. Совершенно случайно, словно искра между нами вспыхнула. Адель после этого на тренировки перестала ходить, бегать от меня начала, корила себя за этот секс.

— И ты начал добиваться этой недотроги?! — усмехаюсь. Вроде взрослый мужик, а такой наивный!

— Да! — радостно восклицает Макс, явно решив, что я поддерживаю его. — У меня словно второе дыхание открылось! Я влюбился! Стал ухаживать за Адель, цветы дарить, подарки, до дома подвозил. Но она не сдавалась, продолжала меня отвергать.

— От подарков не отказывалась, но и к телу не подпускала. А эта девочка не промах, действует как умелая манипуляторша.

— Адель не такая! — возмущённым тоном восклицает Максим. — Она порядочная девушка, просто она меня тоже полюбила и не могла от этой любви отказаться!

Ну да, ну да. Насмотрелся я на таких “порядочных”.

— Ну а что ж ты тогда со своей травмой не пошёл к порядочной влюблённой девушке, а прибежал к пресной жене? Я уверен твоя Адушка окружила бы тебя лаской и заботой.

— Да она в общаге живёт с подругой… куда ещё там мне… — отмахивается Максим, запинаясь.

Берет телефон и копается в нём. Через минуту суёт мне под нос, показывая свою “Адушку”. Ну да, молодая, красивая, но какая-то штампованная что-ли. Губки бантиком, с пояснице прогиб, плоскую тощую жопку выпячила, чтобы казалась больше. Томный взгляд с поволокой. Ресницы как у коров в нашей деревне. Длиннющие прямые волосы до поясницы, которые наверняка убивают нафиг всю канализацию в их общаге! Реально с виду скромная нимфа, но я мужик езженный прекрасно вижу этот хищный блеск в глазах.

— Кайфовая, да? Моя! — довольно улыбается Максим, замечая, как я разглядываю его новую девицу.

— Не, Катя лучше, — качаю головой.

Максим закатывает глаза. Судя по недоверчивой улыбке, наверняка думает, что я ему просто завидую. Но мне абсолютно фиолетово, что он там думает. Будь я на месте Макса, я б в жизни не променял жену на эту хищную нимфу.

— И почему деньги достаются дуракам? — бормочет Макс не сильно тихо.

— Ну не всем же быть умными и жить за счет жен. Кто-то должен и работать.

Рыжов снова закатывает глаза, а я уже начинаю переживать, как бы он себе косоглазие не заработал. Хотя… это пусть уже Адушка с ним расхлебывает.

В квартире Кати Максим принимается ходить из комнаты в комнату, собирая свои вещи. Косится на меня, явно недовольный тем, что я стою у него над душой.

— Не переживай, бери только то, что понадобится в санатории. Остальное мы тебе с Катей потом передадим, — убеждаю его, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу и бросая взгляд на часы.

До поезда ещё пять часов, но мне уже не терпится посадить его в вагон и отправить восвояси.

— Ну вроде всё, — неуверенно оглядывается Макс и кивает на свой внушительный чемодан и большую вещевую сумку. — Остальные вещи точно мне передадите?

— Можешь не переживать. Как вернёшься, скинешь мне адресок своего нового места проживания, тебе туда всё доставят, даю слово. Нам твои труханы ни к чему. На дорожку сидеть будешь?

Максим пронзает меня ненавидящим взглядом и выходит из квартиры. Чемодан и сумку приходится тащить мне.

— Ключи! — протягиваю ладонь, чтобы забрать ключи от квартиры.

— Ага, щаз! — морщится Максим. Топает к соседской двери и звонит в неё. Дверь открывается через секунду, словно хозяйка стояла у двери и ждала, пока к ней кто-то придёт.

— Здрасьте, баб Зин. Передадите Кате ключи, она к матери уехала, а я вот… на лечение уезжаю.

Баб Зина охает, ахает, но ключи забирает. Желает Максиму выздоровления, окидывает меня подозрительным взглядом и захлопывает дверь.

— Так даже лучше, — киваю с улыбкой в ответ на ехидный взгляд Рыжова.

Хотел меня уколоть? Не вышло! Я правда планировал вызвать клининг и убрать нафиг весь дух бывшего муженька моей Катерины, но это можно будет сделать и по возвращении Катюшки. А лучше всего — сразу забрать её к себе!

Эти мысли окрыляют, что я даже соглашаюсь заехать в продуктовый, чтобы Рыжов набрал продуктов в дорогу. Наконец за час до поезда мы оказываемся на вокзале. Неспеша выгружаемся. В ларьке у парковки берём кофе и булочки и проходим на перрон. Пока ждём поезд вполне мирно болтаем, не касаясь опасных тем.

Вскоре подают поезд. Я помогаю Максиму затащить его вещи в купе.

— Ну давай, счастливого пути и удачи тебе! От всей души желаю, чтобы ты выздоровел и вернулся к полноценной жизни и к своей Адушке. Вот только… Катю беспокоить не надо. Разошлись и на этом всё, вас с ней ничего не связывает, кроме прожитых лет. Уговор?

— Уговор. Вот всё таки скажи, Кирилл, чем тебя Катюха зацепила, что ты ради неё так жопу рвёшь?!

— Тем, что она настоящая! И я в отличии от тебя её никогда не отпущу!

*Кирилл*

Уже неделю Катя отдыхает у мамы.

В тот вечер, когда я отправил её уже бывшего мужа восвояси, я написал Катюшке. Нет, про Рыжова и их развод я писать не стал, хотел сделать сюрприз, когда она уже будет в Москве. Уверен, Макс сдержал своё слово, иначе Катя бы мне уже же позвонила!

Но она только ответила на мои сообщения, что у неё всё хорошо, она у мамы и хочет эту неделю провести в информационной тишине. Я не дурак, понял, и, попросив сообщить, когда она вернётся, занял выжидательную позицию.

Правда, один раз я пытался прорваться в Катину квартиру через соседку, но та предсказуемо послала меня далеко и надолго. Очень красочно, я даже такого на стройке не слышал!

В субботу, когда я лежал на диване в обнимку с Бабайкой и смотрел какой-то скучный и тупой сериал, мне неожиданно пришло сообщение. С неизвестного номера. Но прочитав его, я даже на диване подскочил.

“Кирилл, это Катя. Решила, что новую жизнь надо начинать с нового номера. Я вернулась от мамы, дома. Ты не мог бы ко мне приехать? Нам нужно серьёзно поговорить!”

Так быстро я ещё в жизни не собирался, при этом стараясь выглядеть на все сто!

Конечно же в ход пошли брюки и белая новая футболка-поло.

— Ну как я выгляжу? — интересуюсь у кота. Бабай жмурится, и я уверен, что он одобряет мой вид. — Прости, дружище, сегодня ты ночуешь один. А завтра я привезу Катюшку сюда, тебе смысла нет мотаться туда-сюда. Пожелай мне удачи!