— Нет, я не буду чистить зубы песком, он грязный, — выслушав поучительную историю, сказал Мишка и обратился к коту: — Полезай в рюкзак. Нам пора идти. А то скоро не мне, а вам придется меня нести.

Через два часа утомительного пути Город Вечных немного приблизился, но наш путешественник почувствовал, что слабеет. Полуденное солнце палило, как из пушки. Перед глазами у Мишки плавали разноцветные круги. Он стал часто спотыкаться и клевать носом. От его постоянных спотыканий на плече проснулась ворона, а в рюкзаке зашевелился кот. Брандесса с тревогой заглядывала Мишке в лицо и недовольно хмыкала. Наконец она не выдержала и попросила:

— Когда соберешься упасть, предупреди. Я спрыгну. А то ты меня задавишь.

— Хорошо, — с трудом ворочая пересохшим языком, пообещал Мишка.

— Эй, — подал голос из рюкзака кот, — ты не мог бы идти поаккуратней? А то я все время бьюсь головой о бутылку. И не вздумай падать на спину. Помни, что я сижу у тебя в мешке.

— Помню, — едва слышно ответил Мишка.

Идти стало немного легче, когда дорога пошла под гору. Тут впереди Мишка увидел невысокое каменное строение, похожее на большую собачью будку.

— Что это? — остановившись, спросил Мишка у спутников.

— Дом, — приглядевшись, ответила ворона. — Больше тысячи лет назад его построил один бессмертный, бывший мореплаватель. С тех пор бедняга там и лежит. Скорее всего, он давно не ходит и не говорит. Я слышала, этот бессмертный знает, где находится вода.

— Вода! — сладострастно произнес Мишка и от невыносимой жажды едва не потерял сознание.

— А еще там можно отдохнуть в тени, — закончила Брандесса.

Наконец они добрались до полузасыпанного каменного жилища, которое стояло на дне глубокой песчаной ложбины. Мишка обессилено повалился на песок. Ворона вовремя спрыгнула с него и заглянула внутрь дома.

— Никого нет, — сказала она. — Странно. Тысячу лет назад я пролетала мимо, мореплаватель еще валялся здесь и даже выговаривал несколько слов.

— Наверное, уполз в город, — высунувшись из рюкзака, предположил кот и удовлетворенно проурчал: — Бросить такой роскошный дом. Это же настоящий дворец. Восемьсот лет не лежал в тени.

Мишка осторожно снял рюкзак, встал на четвереньки и заполз в будку. Он улегся посредине, раскинул руки и закрыл глаза. А вскоре на песчаном полу устроилась и вся компания. И тут наш путешественник почувствовал, как под ним зашевелился песок. Мишка отполз в угол, показал на то место, где лежал и со страхом произнес:

— Там... там кто-то есть.

— Может, это мореплаватель? — предположила Брандесса. Она приложила голову к песку и прислушалась. — Гений, ты здесь? — громко позвала ворона. В одном месте песок снова чуть-чуть приподнялся, и Брандесса кивнула Мишке: — Копай. Он знает, где есть вода.

Мишка послушно принялся выгребать из будки песок. Работать на жаре было тяжело. Пыль забивалась в рот, нос и порошила глаза. Но Мишка, стиснув зубы, откапывал бессмертного. Наконец он докопался до мореплавателя и осторожно смахнул с его лица песок.

— Здравствуйте, — на всякий случай поздоровался он и отвел взгляд, чтобы не видеть жуткого лица бессмертного.

— Добрый день, гений всех времен и народов, — элегантно шаркнув лапой, сладким голосом произнесла Брандесса. — С возвращением тебя в этот прекрасный мир.

Бессмертный лежал неподвижно и не подавал признаков жизни.

— По-моему, у него рот забит песком, — устало заметил Мишка. Он собрал последние силы и продолжил откапывать вечного мореплавателя.

Чем глубже наш путешественник углублялся в яму, тем прохладнее и влажнее становился песок. Но за тяжелой работой Мишка не придал этому значения. Не заметили этого и его спутники. Брандесса с котом сидели на краю ямы, смотрели на бессмертного и изредка обменивались замечаниями.

— Какой ужас, — возмущалась ворона. — До чего же вечные себя доводят. Никакой личной гигиены.

— Да, красавчик, — поглаживая усы, поддакнул кот. — Такой ночью приснится, не то что зубы, разум потеряешь.

— Откапывай его и вытаскивай на улицу, — сказала Брандесса Мишке. — Пусть погреется на солнышке. Если гений еще способен хотя бы мычать, мы узнаем, где вода.

Бывший мореплаватель оказался совершенно иссохшим и легким, но за две с половиной тысячи лет так врос в яму, что Мишка промучился с ним не менее получаса. С огромным трудом наш путешественник выволок бессмертного из дома и ужаснулся его виду. При ярком солнечном свете тот выглядел еще страшнее. От мореплавателя остались кожа да кости. Одежда на нем давно истлела, волосы на голове были больше двух метров, а ногти обвивали все тело словно лианы. Ко всему прочему, кожа бессмертного была покрыта зеленой плесенью. Из-за этого он больше походил на болотную кикимору или пришельца с другой планеты.

Кот с Брандессой выбрались вслед за Мишкой. При этом ворона задумчиво проговорила:

— А песок-то в яме сырой. Значит, где-то на глубине есть вода.

— Точно! — воскликнул кот и хлопнул себя лапой по голове. — И как я сразу не догадался. Так вот почему бессмертный заплесневел.

— Копай дальше, Миша, — обратилась к мальчику ворона и, заметив, как он побледнел, немного смягчилась: — Ну, еще немножечко, и мы напьемся воды на тысячу лет вперед. Вода, милый. Вода!

При слове «вода» Мишка будто обрел второе дыхание. Он принялся так яростно копать, что уже через несколько минут углубил яму на полметра. С каждой выброшенной горстью песок становился все более мокрым, и вскоре под его руками захлюпала вода. Брандесса с котом стояли на краю ямы и, вытянув шеи, ждали, когда можно будет напиться. При этом они как могли подбадривали Мишку.

— Давай, давай, — торопила его ворона. — Что ты возишься? Ты же не могилу себе выкапываешь.

— Молодец, парень! — нахваливал его кот. — Если бы ты работал землекопом, тебе бы цены не было. Копай пошустрее. Пока не было воды, я нормально терпел. А теперь от жажды у меня осыпается шерсть.

— Не мешайте, — пыхтя от усердия, попросил Мишка и впервые зачерпнул ладонью горсть мутной воды с песком.

— Получилось! — во все горло завопила Брандесса.

— А как ее пить? Она же грязная, — не решаясь утолить жажду мутной водой, спросил Мишка.

— Сними майку и пей через нее, — ответила ворона и, хлопая крыльями, скатилась на дно ямы. Кот тут же последовал за ней.

— Точно! — обрадовался Мишка и стал стягивать с себя майку.

Брандесса с котом уже так напились воды, что едва выбрались из ямы. Ворона тихонько охала, кот постанывал, гладил себя по раздувшемуся животу и жаловался:

— И зачем я столько выпил? Как будто наглотался камней. Кажется, вместе с водой мне в желудок попало килограмма два песка.

А Мишка сложил майку вчетверо, накрыл лужу и смог, наконец, утолить жажду. Не смотря на жару, вода была студеной и настолько вкусной, что затмила все сладости, которые Мишка пробовал когда-либо в жизни. Он жадно пил до тех пор, пока не почувствовал внутри себя ледяной холод. После этого наш путешественник дотянулся до рюкзака, достал бутылку и наполнил ее по самую пробку.

Вся компания выползла из будки и расположилась рядом с бессмертным. Тот лежал без движения и спал мертвым сном. Горячее полуденное солнце подсушило его кожу, плесень заметно побледнела и стала похожа на рыбью чешую. Зато на лице у бывшего мореплавателя появилось выражение беспокойства.

— По-моему, он хочет что-то сказать, — взглянув на бессмертного, сообщил Мишка. В это время обитатель Страны Вечных открыл глаза и обвел всех страдальческим взглядом.

— Лежи, лежи, гений, — тяжело отдуваясь, проговорила Брандесса. — Сейчас мы тебя хорошенько проветрим, подсушим и опять закопаем. А то вон как запаршивел. Прямо не человек, а растение.

— М-м-м, — не открывая спекшегося рта, промычал бессмертный. Мишка с котом посмотрели на ворону.

— Ты говорила, что можешь перевести мычание, — напомнил Мишка Брандессе.