Он еще не отошел после выходки Стаса. Плед и постельное белье Антон тут же выбросил. Хорошо хоть от матраса решил не избавляться, просто химчистку заказал. И то после того, как я напомнила, что он сам начал эту “игру”. Хотя кто является истинным зачинщиком, пока под вопросом. Но мы с Алисой это выясним обязательно.

— Собирайся, мы уезжаем! — заявляет Антон так резко, что у меня глаза распахиваются.

— Куда? — спрашиваю аккуратно.

— Увидишь, — криво ухмыляется он.

— Куда мы едем? — спрашиваю в очередной раз, складывая руки на груди.

Антон сидит за рулем, удерживая его одной рукой и с лекгостью маневрируя в потоке других автомобилей… Он выглядит безмятежным, в отличие от меня. Я постоянно ерзаю на сиденьи, пытаюсь выпытать у Антона, что он задумал. Ненавижу сюрпризы, а это гад, похоже, не прочь поиздеваться надо мной.

Поэтому я дуюсь почти всю дорогу, пока мы не тормозим на парковке у стеклянной высотки. Наблюдая за тем, как солнечные лучи прыгают по окнам, и крепче стискиваю челюсти. Куда Антон меня привез?

Он, видимо, не собирается ничего объяснять. Просто выходит из машины, огибает ее и открывает дверцу с моей стороны.

Холодный ветер тут же проникает в салон, заставляя меня задрожать. За ним следует рука Антона, но я намеренно ее игнорирую, отворачиваясь в другую сторону.

Понимаю, что веду себя как дитя малое. Но адекватность покинула меня где-то на середине поездки, пока я мучилась в ожидании. А ехали мы около часа. За это время я не только извела себя, но еще и обиделась. Поэтому, идти сейчас куда-то с Антоном, вообще не хочется. Но у него, явно, другое мнение.

Сначала слышу тяжелый вздох, после чего Антон забирается в салон, нависает надо мной, смотрит мне прямо в глаза, гипнотизирует, и… отстегивает ремень безопасности. Я не успеваю среагировать, как он вытаскивает меня наружу.

Ловлю ртом воздух от возмущения, а этот гад… улыбается. Широко и так задорно, что желание злиться пропадает. Растекаюсь лужицей в руках Антона. Смотрю на него исподлобья, коротко мотаю головой.

— Ты такой ребенок, — бурчу, но уголки губ подрагивают.

— Кто бы говорил, — хмыкает Антон, беря меня за руку. — Пойдем, — тянет к входу в здание.

Глубоко вздыхаю и следую за ним.

Нас встречают сначала крутящаяся дверь, потом белоснежный, залитый светом холл и в конце него полностью стеклянный лифт. Мы поднимаемся на последний этаж. Я все это время недовольно поглядываю на Антона, а он, как ни в чем не было, смотрит перед собой на затянутое тучами небо, которое на горизонте протыкают крыши высоток. Стоит дверцам лифта разъехаться, мы попадаем в “Рай”.

Иначе я не могу назвать комнату, у которой стены и потолок заменяют панорамные окна. Фонтан располагается посреди зала, а по периметру находятся длинные горшки с маленькими белыми цветами. Думаю, именно от них исходит медовый аромат.

Только легкая музыка и стеклянные столики, стоящие на приличном отдалении друг от друга, выбиваются из общей атмосферы божественности.

— Мог бы сказать, что мы едем в ресторан, — бурчу, но дуюсь чисто для вида.

— Зачем? Ты такая милая злючка, — ухмыляется Антон и идет к стойке, за которой стоит милая блондинка в белой блузке с ангельскими крыльями за спиной.

Кажется, я не ошиблась с раем.

Мы останавливаемся напротив хостес. Она меня совсем не замечает, ее внимание приковано к Антону. Восхищенный взгляд девушки скользит по моему мужчине, ее щеки заливает краска.

— Добрый день. У нас заказан столик на имя Антона Ремникова, — голос Антона меняет с дружелюбного на деловой.

Но хостес, кажется, этого не замечает. Во все глаза смотрит на мужчину, который держитменя за руку. Меня!

— Девушка, вы работать будете? — Антон вздергивает бровь. — Или позовете другого человека, который проводит нас к столику?

Щеки хостес краснеют еще больше.

— П-простите, — она закусывает губу, опускает взгляд на планшет, лежащий на стойке. Водит по экрану, видимо, находит нужную информацию, и только после этого бросает кроткий взгляд на Антона. — Прошу, пройдемте, — снова задерживается на нем, после чего смотрит на меня, видит наши соединенные руки и тяжело вздыхает.

Не знаю, к какому выводу приходит, но достает из-под стойки две белые папки и ведет нас к дальнему столику в углу комнаты. Антон помогает мне устроиться на мягком белоснежном кресле спиной к залу, а сам садиться напротив. Сразу же сосредотачивается на моих глазах, не обращая никакого внимания на хостес, которая кладет перед нами папки.

— Официант подойдет чуть позже, — голос девушки звучит глухо, после чего она поспешно удаляется.

— Ты ей понравился, — указываю головой ей вслед, стараясь выглядеть, как можно безмятежнее, хотя в груди печет от ревности.

— Кому? — Антон непонимающе хмурится, откидываясь в кресле.

— Ой, не надо притворяться, — закатываю глаза. — Она милая, — пожимаю плечами.

Теперь уже мои щеки горят, поэтому быстро прячу лицо за меню. Краем глаза улавливаю, как Антон качается головой.

— Милая здесь только ты, — произносит приглушенно, отчего у меня мурашки бегут по позвоночнику. Голос Антона звучит совсем так, как во время…

Чувствую, что больше краснею и утыкаюсь носом в меню. Слышу веселый смешок, после которого хочется папкой ударить по голове Антона.

Но благо, он не разливается заливистым хохотом, поэтому даже на названиях блюд получается сосредоточиться, хотя по началу буквы расплывались.

Официант приходит минут через пять. Антон заказывает себе стейк с печеным картофелем, а я останавливаюсь на форели в сливочном соусе. Из напитков мы оба выбираем простую воду. Антон за рулем, а мне пить в одиночестве совсем не хочется.

— Как дела с твоей работой? — спрашиваю, стоит официант оставляет нас наедине.

Когда я уходила на встречу с Алисой, Антон перерывал кипу электронных документов, которые прислал ему начальник охраны. Я не стала спрашивать, что там. Во-первых, не уверена, что поняла бы смысл. А во-вторых, не хочу ничего знать о чужом грязном белье. Почему-то не сомневалась, что в информации нет ничего хорошего.

— Не очень, — Антон пожимает плечами и переводит взгляд на окно, с которого открывается вид на город. — Отца Стаса просто так не сместить. Но я завтра встречаюсь с начальником отдела разработок. Он сам мне позвонил. Сказал, что у него есть кое-что для меня.

— Что это может быть? — хмурюсь.

— Понятия не имею, — Антон пожимает плечами. — Завтра узнаем, — он снова смотрит на меня, а в его глазах отчетливо видна грусть. — Хватит обо мне. Лучше расскажи, о чем вы с Алисой разговаривали.

Мои глаза широко раскрываются, а сердце пропускает удар. Антону точно нельзя знать, что мы обсуждали с девушкой Стаса, иначе нашему плану конец. Хотя почему-то он кажется мне провальным. Опускаю взгляд на сцепленные на бедрах руки. Может, лучше просто спросить Антона о споре? Он же не соврет мне прямо в глаза?

Резко поднимаю голову. Смотрю на Антона, который, как обычно, прожигает меня пристальным взглядом, и не знаю, что делать. С одной стороны, не хочется подводить Алису, а с другой…

— Кого я вижу! — за спиной раздается до ужаса знакомый голос.

Имя его обладателя я запомнила навсегда. Леший.

— Проваливай! — рык Антона заставляет меня вздрогнуть.

— Разве так приветствуют старых друзей? — насмешливый голос Лешего звучит совсем близко, а звука шагов больше не слышно.

Ножки стула скрипят, когда Антон подрывается с места, выходит из-за стола. Краем глаза замечаю, как он становится рядом, чуть ли не носом к носу к мужчине, которого не приглашали присоединиться к нам. По коже бегут ледяные мурашки. Мне приходится сжать кулаки, чтобы сидеть ровно, а не сбежать куда-нибудь подальше и спрятаться. Стоит только вспомнить, за чем совсем недавно застал нас… меня этот мужчина, щеки опаляет жар.

— Я сказал, убирайся, — отчеканивает каждое слово Антон.

— Ая-яй-яй, а я так надеялся присоединиться к вам за ужином, обсудить наш скорый реванш, — явная издевка считывается в голосе Лешего.