А Ив, с трудом швырнув ногу на край костра, огляделся и вдруг встретился взглядом с Азой. Тот сразу собрался. Он ждал этого. Сови ему рассказал, что Ив придёт.

И юнец направился к нему, не обращая внимания на взгляды. На завистливые, непонимающие и благодарные. В зависимости от того, как кто относится к нему. А отношение это складывалось из понимания, почему этот щенок оказался у костра.

И Аза понимал.

«Если бы не его слова, не те идеи, смогли бы мы взять столько добычи? И чтобы никто не пострадал? — спросил он сам у себя и тут же ответил: — Нет, не смогли».

— Аза, — кивнул Ив, подойдя.

— Садись, я ждал тебя, — ответил старик.

И на лице юнца проступило удивление. На самый малый миг. Но тут же исчезло — за этот миг этот юнец понял, что Аза ждал его из-за разговора с Сови. И вот такая скорость мысли, такая проницательность раньше казалась Азе доступной лишь шаману. И это не вспоминая о тех пращах, боласах и о том, что он сделал с жилищем Анки. Он одним из первых попробовал мясо, что вытащили из того «дымного жилища», как назвал его Ив. И оно оказалось отличным!

«И теперь всем ещё сложнее не слышать то, что он говорит и делает. Как бы они ни боялись, как бы ни понимали — то, что он делает, даёт чудесный исход. Праща, болас, атлатль… А сколько всего он ещё способен дать? — думал Аза, пока Ив присаживался на шкуру. — Но я знаю точно. Он не сокол. И я до сих пор не могу понять — кто же он? Откуда столько знает?» — задавался вопросами Аза. Ему бы хотелось иметь ту уверенность Сови, когда он просто ответил ему: «Он из племени Белого Волка. Ив — его дитя».

— Что ты хотел спросить, маленький волк?

— Ты уже знаешь, Аза, — заглянул он в глаза старику. — Расскажешь?

— А стоит ли? — спросил Аза. — Это дела старых лет. И сейчас всё иное, и они иные.

Ему было интересно увидеть реакцию Ива. Посмотреть, что же он на это скажет.

— Мне нужно знать, что было, чтобы понять, что будет, — ответил юноша.

«И его слова… Они не могут принадлежать такому юному духу. Никак не могут», — думал Аза с улыбкой.

— Хороший ответ, — кивнул старик. — То, что произошло в тот день, знает лишь несколько волков. Думаешь, ты достоин этого знания?

— Аза, ты ведь уже решил, рассказывать или нет. Так может…

— Ну-ну! Так не пойдёт, маленький волк. Мне нравится с тобой говорить, почему бы не позволить себе немного больше?

— Мне тоже, Аза, — ответил он. — Но кажется, скоро у нас не будет возможности говорить друг с другом. И я хочу создать эту возможность.

То, как он говорил, как произносил слова… так певуче. Азу это поразило с самого начала. А ведь он, похоже, даже не понимал этого, ведь зачастую нужно было хорошенько подумать, чтобы его понять. А юнец и не пытался говорить проще, как все. Особенно когда он говорил много и долго. Так говорят только вожди или шаманы. И учатся этому многие лёта.

— Это было бы хорошо. Но я не вижу ни одной тропы, что позволит тебе обойти эту беду. То, что бурлило много зим, рвётся наружу. И не остановить это тебе, Горму или даже тому, из кого вырвется то пламя.

— Но ты же… Вака тебя слушает, — вкрадчиво сказал Ив.

Да, так думали. И так было раньше. И каждый раз Азе казалось, будто он схватился с медведем. Ваку нельзя было в чём-то убедить, лишь показать, что его выбор не так хорош, подвести к чему-то иному. А сейчас он почти перестал слушать. И Азе стало казаться, что в новый раз, когда он скажет слово, Вака прервёт его звук навсегда.

— Он не станет слушать то, что не хочет, даже если это скажу я, — ответил Аза, отложив жилы. — Он стал бурей, что несётся с горы. И сейчас нет скалы, что остановит его. Она пала… рассыпалась, и только тень осталась от неё.

— Аза, если он станет Гормом, стае не станет лучше, — покачал головой Ив да с завидной уверенностью. — Он не будет никого слушать. Ему нужно лишь копьё, даже там, где оно не нужно. И мне… он не позволит быть в стае.

— Да, не позволит, — ответил Аза. Это было то, что он знал наверняка. — Не теперь. Раньше, когда ты появился у пещеры, я думал, что ты просто щенок. Но ты показал больше, чем многие волки. И Вака желает забрать это у тебя. А когда заберёт…

— Он убьёт меня.

— Да, Ив, убьёт. Но не раньше, чем ты отдашь ему всё, что имеешь.

Аза видел, как Ив задумался, как быстро что-то решает, делает выводы.

— А Белк? — вдруг спросил он.

— Тебе стоит думать о своей шкуре, Ив. Белк силён, он учился у Горма, что вровень бегал с Вакой. Он не так слаб, как Ваке хотелось бы. Послушай меня.

Аза врал. Белк был хорошим охотником, умелым волком, но он был и воплощением Горма. Он нёс его слова, мысли и никогда не принял бы то, что предложит Вака. И в конце концов он убил бы Ваку. И потому ему не будет места в новой стае.

«Да и видится мне, что взгляд его обратился к Шако. Много времени говорит он с ним сейчас. И к Иву слал, чтобы видеть то, что не видно с края поляны», — размышлял Аза.

— Вака должен был победить, я прав? — вдруг спросил Ив.

— Победить? — он сохранил лицо, но внутренне удивился. — С чего ты так решил?

— Я не думаю, что Горм одолел бы его. Вака, то, как он двигается, всё в нём… он будто…

— Ночной охотник, — тихо сказал Аза.

— Наверное, — пожал плечами Ив. — Просто Горм большой. Да, когда он был молод, он, скорее всего, был куда сильнее. Но Вака… он не тот соперник, с которым бы он совладал.

— Почему же ты так решил? Удар Горма был сильнее всех в стае. Даже Вака был мальчишкой в сравнении с ним, — попытался запутать Аза.

— Может и так, — тихо сказал Ив. — Нет. Это так, не спорю. Но чтобы удар вышел, нужно попасть.

— Ха… — выдохнул Аза, увидев в глазах Ива огонёк, знак, что он и сам знает, каково это — не охотиться, а столкнуться в битве один на один. — Но достаточно одного удара.

— Нет, — покачал головой Ив. — Горм бы не попал.

— Откуда такая уверенность? Ты будто видел много стычек волка на волка?

— Видел. Но не те, где рука сжимает нож. Та рана на лице Горма — он лишился глаза и не мог победить Ваку без него. Он бы не дался, не попался, прячась за пеленой крови.

Аза ощутил, словно у него на шее затягивается петля. Этот щенок хватался за каждое слово и будто тянул из них мгновения того дня. Словно сами духи даровали ему видеть то, что было так давно.

— Да, Вака должен был победить, — признался Аза.

— Почему ты ему не дал? — спросил малец, уже всё понимая.

— Потому что тогда стае он был нужен не как Горм, а только как Вака, — честно сказал Аза. — И это было моё решение как того, кто вёл их. И то, что было сделано, навсегда осталось с ним.

— Он знает?

— Да, знает, — ответил Аза.

— Тогда почему…

— Почему молчит? Почему не рассказал? Почему живы Горм и я?

— Да, — тихо сказал Ив.

— Ты можешь знать много, но не видеть того, что прямо перед тобой. Вака не такой, каким его видят Горм, Ранд или другие. Он сильнейший из тех, что я видел, Ив. И он проиграл. Даже если его плоть была отравлена, для него это ничего не меняло. А может…

— Что, может?

— Посмотри на них, — старик показал в сторону костра. — Ты видишь Горма?

— Да, вон он, — махнул головой Ив, нахмурившись.

— А я вижу двух Гормов.

Тогда, в тот самый день, Аза предложил Ваке вместе с новым Гормом вести стаю. Так никогда не было, но он видел — что это достойный путь. Вместе они могли бы привести стаю к лучшим лугам, к самым рыбным рекам. Но Вака ответил: «В стае может быть лишь один вожак».

— Я знал, что Вака не оставит жизни Горму. И знал, что Горм достаточно разумен, чтобы не убивать Ваку. Именно поэтому они несут свои имена. По моей воле его терзает ярость и обида. Но… он не зверь, Ив, — тихо сказал Аза. — Он не зверь. И стая для него — больше, чем для любого у костра.

И после этих слов Аза взял свою палку и начал вставать, кряхтя от боли в пояснице. Он медленно заковылял к шалашу, оставив Ива наедине со своими мыслями.