Активирую ускорение Праной и телепортом подлетаю к ближайшей «акуле». Заряжаю двадцать тысяч маны в клинок, заодно создавая длинное лезвие из энергии. Удар и акула падает на песок уже без головы. Какой же прекрасный у меня меч! Самое то, против крупного противника.

Вы убили Песчаного хищника 85 уровня.

Получено 1 032 577 опыта.

Другая акула вырывается из-под ног Ке’Лирис, но та легко уходит в сторону. Затем прыгает вслед за акулой и вонзает ей меч в голову. На песок та падает уже мёртвой. Гзар, как оказалось, сражается совсем по-другому нежели мы. Он отскочил от выпрыгнувшей из песка акулы, а затем, когда она уже падала головой в песок, использовал телепорт и нанёс сокрушительный удар кулаком.

Голова монстра раскололась как гнилой орех. Туша упала на песок и забилась в конвульсиях. Судя по всплеску маны и мелькнувшему плетению — этот удар тоже навык. Довольно мощный надо признать. Но это ерунда. А вот то, что он владеет телепортом, это сильно. Причем это не жалкое подобие, как было у главаря пиратов с планеты Милы. Нет, тут всё серьёзно — моментальный телепорт, прямо как у меня. У меня только один вопрос.

Я переместился к последней акуле и обезглавил её. Да, вопрос.

— Гзар, где ты раздобыл телепорт?

— Это не он. — ответила за морфа Ке’Лирис. — Его добыла я. Нашла в пустыне чёрный портал в системное подземелье и там с босса выпал этот навык.

— А чего сама не изучила? — удивился я.

Гзар и Ке’Лирис переглянулись и расхохотались.

— Парень, ты что под землёй жил? Она же вампир! — произнёс Гзар. Но увидев моё недоумённое лицо, перестал смеяться. — Командир, а как он тебя победил на арене? Ты что, поддалась?

— Думай с кем говоришь! — прошипела девушка. — Он одолел меня раньше, чем я успела использовать все способности. У этого парня полные карманы козырей.

Я наигранно отвернулся и начал свистеть. Ничего не знаю, не про какие козыри.

— Он и правда мало знает про вампиров. В общем у меня есть врождённая способность к телепортации. И её дальность значительно больше, чем у навыка Гзара.

Врождённый телепорт? Это как? Надо будет расспросить Ке’Лирис подробнее. Я слишком увлёкся тренировками с Эл’Дирионом и упустил этот момент. А ведь знание сильных и слабых сторон врага, это половина победы. Сегодня же вечером расспрошу её. Хотя нет, лучше слетаю на Азарию и поговорю с Эл’Дирионом. У него куда больше опыта столкновений с разными морфами.

А пока мы продолжили путь дальше. Через час с небольшим, на горизонте показался небольшой оазис. Не понял. Откуда тут оазис с такой температурой? Да никакая растительность не выживет в таких условиях. Когда мы подбежали ближе, я понял в чем тут дело. Это был своеобразный мираж. Большое количество остаточной магии, создало здесь иллюзию оазиса. Я встречал подобное в Мёртвых землях на Эронии. Даже Оберон не понимает природу этих аномалий.

В центре иллюзии я нашёл большую плиту, почти занесённую песком. Когда очистил её, моему взору предстал рисунок черепа, на лбу которого был изображён тот же сияющий куб. Ожерелье слегка дёрнулось, когда я коснулся самой плиты. Похоже все руины в пустыне, так или иначе связаны с ожерельем, а значит, и с магией смерти. Становится всё интереснее…

После оазиса двигались еще несколько часов. Когда солнце стало клониться к земле, мы догнали разведчиков. Они ждали нас возле небольших руин. Эти сохранились чуть лучше, поэтому решили разбить тут лагерь. Двое разведчиков разложили по периметру лагеря различные артефакты. Судя по рисункам плетений в них — для отпугивания монстров. Затем Ке’Лирис поделила ночные дежурства, и все отправились отдыхать. Я же зашёл в неприметный угол и сел в медитацию. Перед сном предстояла тренировка с Парагоном.

Учитель зря без дела не сидел. Он вычислил, сколько времени я могу ежедневно находиться у него в библиотеке без вреда для души. Вышло немного, в районе трёх суток. Затем разница во временных потенциалах начинает деструктивно влиять на моё ядро. Мы сошлись на том, что я буду приходить сюда каждый вечер и медитировать двое суток. Так риск будет минимален.

Чтобы достичь барьера на третий уровень души, мне по-прежнему необходимо усилить ядро. Только на этот раз, просто наложить много потоков Праны будет недостаточно. Парагон показал мне новую методику. Перед тем, как оборачивать вокруг ядра новый поток энергии, я должен усилием воли сжать его до предела, создать рядом с ним ещё один такой же, и свить из них жгут. По принципу, которым вяжут толстые верёвки.

Не будь у меня второго потока сознания, я бы сошёл с ума от такого количества различных манипуляций с Праной. Просто на то, чтобы уплотнить один поток, уходили все мои силы. А их надо два, к тому же потом соединить… А вот последним я озадачил Сигурда. И как только он их соединял, я, при помощи освободившегося основного сознания, проводил последнюю манипуляцию — оборачивал вокруг ядра. Моих сил хватило на три раза, затем я вывалился из медитации уставший, словно разгружал всю ночь вагоны. Жесть…

— На сегодня с тебя хватит. — сжалился Парагон и перенёс меня обратно в пустыню. А там я уже вырубился и спал как убитый до своей очереди стоять на часах. Мне Ке’Лирис выделила последнюю смену. Как раз успел выспаться. Восход я застал стоя наверху трёхэтажного здания и сканируя взглядом окрестности. Лагерь зашевелился, просыпаясь. Я хотел уже вернуться, но заметил что-то странное на песке возле лагеря.

Телепорт и я уже там. Странностью оказался насыпанный песком идеально ровный круг, с точкой в центре. Всмотревшись в неё, я услышал очень тихий шёпот, сильно похожий на тот, что звучал при использовании мной навыков для работы с душами. Опять магия смерти? Я дотронулся до ожерелья и порыв ветра сдул круг из песка. Шёпот сразу стих. Бррр… Я так с ума сойду.

— Артём, чего такой задумчивый, увидел что? — подошла зевающая Ке’Лирис.

Я моргнул, отгоняя мысли.

— Нет, порядок. Просто задумался.

— Пойдём перекусим и в путь.

— Ага…

После завтрака я залез повыше и осмотрелся. Немного западнее нашего направления, мерцает довольно мощный источник маны. Когда вернулся и рассказал об этом Ке’Лирис, она задумалась.

— Вообще нам надо двигаться строго на север. Но если ты говоришь, что это недалеко от маршрута… — словно что-то решив для себя, девушка снова отправила двоих разведчиков вперёд. Мы выдвинулись следом с небольшой задержкой.

Через час с небольшим бега, я увидел посреди пустыни, на ровном жёлтом песке большую арку. Чёрная, как сажа, будто вырезанная из куска ночи и оставленная здесь без всякой привязки к миру. Высота метров десять, не меньше, а ширина такая, что в неё легко мог бы пройти караван. Но никаких ворот, никакого камня или металла — только гладкий, чужеродный силуэт арки, нереально чёткий на фоне переливающегося воздуха пустыни.

Мы пробегали слева от неё, всего в сотне метров. Взгляд сам зацепился за пустоту в центре. Там не было ни песка, ни неба. Только поверхность, похожая на натянутую плёнку воды. Она дрожала, искажая свет, от чего создавалось ощущение, будто по воздуху бежит рябь. Казалось, ещё шаг — и этот зыбкий экран лопнет, впуская в мир то, что скрывается за ним.

Я машинально положил ладонь на рукоять клинка. Что-то в этой черноте было неправильным. Слишком тихо вокруг — даже ветер стих. Только я и эта арка, чужая, как вырезанный кусок иной реальности, торчащий среди бескрайнего песка. Ке’Лирис неожиданно коснулась моего плеча, заставив вздрогнуть.

— Это древний телепорт. Но он может вести куда угодно. Бывает, что на другой стороне окажется Азария, а порой и жерло вулкана. Лучше держаться от них подальше.

— Я понял, побежали дальше. — кивнул я девушке. В последний раз взглянул на арку и непроизвольно коснулся ожерелья. Неожиданно оно обожгло пальцы холодом. Даже сквозь броню. И перед моим взором возникла фигура в чёрном словно ночь балахоне, которая тянула ко мне свои руки. Я тряхнул головой, отгоняя наваждение. Когда я возобновил бег, то увидел, что «плёнка» в арке на долю секунды мигнула. Что чёрт возьми происходит в этой пустыне? Я постарался выкинуть увиденное из головы и ускорился, догоняя отряд.