Он робко взглянул на Эл’Дириона и продолжил.

— Может, вспомните… Когда вы уже одолели монстра и вырезали камень из туши, к вам подошёл морф. Это был я. Хотел сказать спасибо, но… вы так посмотрели, что у меня душа в пятки ушла и я сбежал.

— Припоминаю. — немного расслабился Эл’Дирион. — А теперь ты захотел меня отблагодарить. Увидел, что мне не хватило денег на лот и выкупил его, верно?

— Всё так. С того случая на Гекате, я стал верить в судьбу. И когда увидел вас снова, то понял — это не просто так. Судьба дала мне шанс поблагодарить вас. — слегка фанатично проговорил парень. Я посмотрел на Эл’Дириона. Похоже тут намечается попойка. Нужно линять, а то зависну с ними до утра.

— Господа, я вижу вам есть что обсудить. — произнёс я вставая. — Увы, но у меня ещё остались срочные дела, поэтому я вас покину. Хорошего вечера! — махнул я рукой на прощание и вышел из кабинета.

Пока шёл к дому Ке’Лирис размышлял про связь рисунка на груди и ожерелья. Знал ли тот тип в балахоне о том, что я найду на Зельде ожерелье? Звучит как фантастический бред. Хотя с другой стороны, что я знаю о возможностях системы и о тех, кто её создал? Только то, что они невероятно могущественны. Причём для такой махинации не обязательно знать будущее. Вполне может быть, что это украшение они же и подкинули на аукцион. Сложно. Голова пухнет от различных версий.

Через десять минут я уже заходил в дом. Поздоровался с дворецким и сказал, что не голоден. Сразу поднялся к себе и скинул этот чересчур пёстрый наряд. Нацепил привычный костюм и сразу сел в медитацию. Надо обсудить всё с Парагоном. Может он чего подскажет. Через пару секунд я уже открыл глаза в библиотеке.

— Какие мысли? — сходу спросил я его.

— Мыслей много, доставай, посмотрим поближе.

Я залез в инвентарь и вытащил из него украшение. Положил на стол и стал наблюдать за Парагоном. Тот не торопился его касаться. Сначала обошёл по кругу, пристально разглядывая. Затем приблизил лицо вплотную, прищурился. Наконец, сформировал на кончике пальца маленький шарик из Праны, и попытался коснуться им ожерелья.

Раздался очень громкий треск, и Парагона откинуло назад, прямо на стеллажи с книгами. Я подскочил, но с учителем всё было в порядке. Он встал, отряхнулся и задумался.

— Ну да, видимо оно… — что-то задумчиво пробурчал он.

— Мне не хочешь объяснить?

Он рассеянно посмотрел на меня.

— Что? Ах да… Как я и думал, это ожерелье содержит огромное количество энергии смерти.

— А что это вообще? Оберон говорил, что это очень странная и сложная магия. Он сам её знает лишь поверхностно. Однако он не рассказывал мне, что это иной вид энергии.

— И правильно. Людям не стоит играться с этим. Даже будь я в самом расцвете сил, всё равно не стал бы лезть к ней. Точнее я думал так раньше. Но происходящее с тобой заставляет меня задуматься. Попробуй коснуться ожерелья при помощи Праны. — кивнул он на стол.

— А меня не откинет?

— Вот и проверим. — улыбнулся он. — Не переживай, если моя теория верна, то тебя ожерелье не тронет.

— Ну ладно…

Я создал вокруг руки покров из Праны и осторожно коснулся украшения. В момент, когда я дотронулся до него, Прана обволакивающая мою руку, ярко вспыхнула, словно я увеличил её количество в три раза. Но ничего подобного я не делал. Стоило мне отпустить ожерелье и Прана сразу же вернулась в норму.

— И что это значит? — я вопросительно посмотрел на Парагона.

— Не смотри так на меня. Я знаю не так и много. Могу лишь сказать, что твоя татуировка на груди, позволяет использовать это ожерелье. Даже для меня, это просто металлолом. Если не использовать Прану, конечно. А реакция, которую мы увидели, доказывает, что это ожерелье связано с магией смерти. Именно при помощи неё, ты манипулируешь душами. Точнее сказать, ты её используешь, когда пересаживаешь душу в новое тело. Либо когда вырываешь из тела.

— Ты тоже так можешь, даже меня научил.

— Нет-нет, не путай. Праной можно усилить душу, поместить её в кристалл, или иной предмет. Но достать из живого тела, или вовсе поменять местами, это иной уровень. В общем, на твоё месте я бы очень осторожно использовал эту магию. Мне до сих пор ничего не известно о её природе.

— Ладно, давай рискнём. — я взял ожерелье и с опаской повесил на шею. Хм… Вроде порядок. А если сейчас попробовать ману? Я направил поток энергии в ожерелье. При контакте с ним, мана просто развеялась в воздухе. С Праной получился всё тот же эффект — она словно приумножилась.

— Теперь мы знаем, что оно тебе не вредит. Уже хорошо. — кивнул Парагон. — Но всё равно используй аккуратно.

Я кивнул. Сам же размышлял, как можно использовать эффект усиления Праны. Похоже нужно попробовать это в бою. Ладно, возможно я нашёл отличный артефакт. Осталось лишь разобраться с его возможностями.

Из дельного — надо попробовать как этот эффект сработает на магическом выстреле. По логике выстрел должен стать сильнее. Проверю-ка на практике.

— Закинь меня на полигон.

— Хорошо. Если что-то пойдёт не так, я тебя сразу вытащу оттуда.

Вспышка и я там. Твою ж… Я и забыл, где остановился в прошлый раз. Передо мной были всё те же ненавистные тоннели с телепортами. Да и фиг с ними! Я развернулся и зашагал на выход. Тут в любом случае не проверну задуманное. Пока шёл, нацепил свою броню. Лишним не будет.

Оказавшись снаружи, я взлетел повыше при помощи левитации и осмотрелся. Ага, вот и старые знакомые — скорпион и гарпии. Летающие твари мне сейчас не интересны, пойду испытывать прочность скорпиона. Ну как пойду — полечу.

Через пять минут уже был над ним. Небольшой магический выстрел в песок где закопалась тварь, и вот он уже вылез. Ищет кто посмел его тронуть. Снова активирую магический выстрел и заряжаю уже Праной. Для сравнения наполню его точно таким же количеством, как на битве за Землю. Эквивалент полумиллиона маны. Между моих ладоней пульсировал шар, сотканный из золотой энергии. От его мощности по воздуху стали расходиться волны ряби. Немного полюбовавшись этим великолепием, я протянул канал от заряда к ожерелью на шее. Увидев, как Прана стала разгораться ярче, я моментально выпустил энергию в сторону скорпиона и ушёл телепортом за гору.

Секунду ничего не происходило, а потом небо полыхнуло. Из-за гребня горы, служившей мне укрытием, ударил свет — невыносимо яркий, словно рядом зажглось солнце. Чёрный туман, окутывающий верхушку, испарился в одно мгновение. Свет был не магический и не солнечный — в нём было что-то первобытное, грубое, необузданное. Он пробивался сквозь веки, обжигал кожу, несмотря на то, что я был за горой.

И только когда вспышка начала гаснуть, пришёл звук.

Я почувствовал ногами чудовищный удар. Затем грохот навалился со всех сторон разом, будто сама земля кричала от боли. Воздух ударил в грудь, сбил дыхание, заставил лёгкие непроизвольно сжаться. Склон, за которым я укрылся, загудел, как огромный барабан. Возникло ощущение, что он держится на честном слове и в любой миг может сложиться. Мелкие камни посыпались сверху, дробно отскакивая от брони, а земля под ногами пошла ходуном, словно я стоял не на скале, а на хребте живого чудовища. Я сжал зубы, вцепился в большой камень и ждал, пока мир вокруг перестанет рушиться.

Еб*нуться просто! Рядом словно разорвалась ядерная бомба! Я взлетел вверх и обогнул гору. Охереть… Там, где ещё недавно тянулась равнина, зиял провал диаметром не меньше шестисот метров. Гигантская чаша уходила вниз на добрую сотню метров, а её края были оплавлены, словно кто-то вырвал кусок планеты раскалёнными клещами.

Вокруг, в радиусе нескольких километров, рельеф сильно искорёжило. Скалы треснули, словно от удара молота бога. Отдельные глыбы размером с дом, оказались вышвырнуты на сотни метров в сторону. Песок ещё дымился, струйки пара поднимались из трещин и пахло гарью — горелой пылью и раскалённым камнем. Даже за этой горой воздух был тяжёлым, горячим, будто его прогнали через кузнечный горн.