Лаборатория встретила меня запахом старых книг, металла и чего-то слегка сладковатого. Вдоль стен тянулись высокие шкафы, доверху забитые фолиантами, тетрадями и свитками. Между ними были вделаны полки с сосудами, колбами, кристаллами и инструментами, назначение которых я не понимал даже приблизительно.

Но всё внимание забирал на себя иной предмет, стоящий в центре помещения. Огромная капсула, наполненная густой красноватой жидкостью. Она слегка подсвечивалась снизу. Напоминает мне сцены из фильмов — тех, где людей держат в стазисе для опытов.

— Моя личная мастерская. — тихо произнёс Эл’Дирион, и в его голосе звучала гордость. Я невольно напрягся. Это место явно хранило слишком много секретов, и их владелец показывал мне их не просто так. Позади раздалось шипение, и массивная дверь медленно задвинулась обратно, перекрыв выход.

— Я не люблю ходить вокруг да около. Артём, я хочу обменяться с вами знаниями об усилении душ. Насколько я вижу, у нас с вами они на одном уровне.

— Верно. Однако есть один нюанс.

— Понимаю, вам нужны доказательства, что информация не уйдёт дальше меня. Я готов дать любые клятвы и даже подписать системный договор. Мне крайне необходима новая информация. Уже двадцать лет я топчусь на месте.

Я почувствовал, как задрожала моя связь с Парагоном. В голове раздался его приглушённый голос:

— Попроси его поклясться своей силой — Хизаром. Такую клятву он не сможет нарушить.

— Тогда я попросил бы вас поклясться своим Хизаром, что любые переданные мной сведения, не узнает никто. — после моих слов, глаза Эл’Дириона опасно сверкнули красным. Он пару секунд изучающе смотрел на меня, а затем рассмеялся.

— Я не ошибся в вас, Артём. Как много вам известно о моей расе. Ну что ж… Клянусь истоком своей силы — Хизаром, что я сохраню все знания, переданные мне этим существом в тайне! — после его слов, ядро души мигнуло и от него к сердцу, и к мозгу, протянулись тоненькие нити энергии. Дойдя до органов, они несколько раз обернулись вокруг. Серьёзная клятва. Судя по насыщенности нитей, энергии в них огромное количество. Парагон не ошибся.

— Теперь я спокоен. Расскажите мне, каким способом вы прорвались на второй уровень души. — я ещё раз внимательно посмотрел на его ядро и заметил, что оно неполноценное. Моё выглядит как идеальная сфера, без изъянов. Но у Эл’Дириона ситуация другая. Ощущение, будто он не полностью прошёл на второй уровень.

— Начну по порядку. На первый уровень я смог подняться во время смертельного боя. Когда уже не оставалось сил, во мне вдруг пробудилась память предков. В тот же миг, будто раскололось огромное стекло, и меня переполнила эта сила — Хизар. — Эл’Дирион поднял ладонь, и на ней появилась сфера из красной энергии.

— Отлично. Значит первый уровень вы прошли верно. Но что у вас со вторым?

— Выйти на второй я не мог, сколько бы не сражался. Больше сотни лет я провёл на Гекате, охотясь на диких монстров и морфов. Затем я занялся исследованием этой энергии и понял, что она очень близка по своим характеристикам к мане. Тогда я стал исследовать манакристаллы. В ходе этих изысканий, появились все известные вам устройства, которыми пользуются морфы в повседневной жизни. И наконец, я сумел добиться желаемого результата. — он торжественно махнул рукой в сторону капсулы. — Создать жидкий раствор из манакристаллов.

— Это манакристаллы? — удивлённо посмотрел я на капсулу. — Но их цвет… — меня пронзила догадка. Эл’Дирион видимо прочёл это на моём лице и довольно ухмыльнулся.

— Верно. Они наполнены моей силой — Хизаром. Я каждый день наполнял их энергией. В результате, у меня появилась идеальная среда для усиления души. Медитируя внутри этой капсулы, я достиг второго уровня. Но на этом прогресс остановился. Сколько бы раз я не пытался — всё без толку.

— Я понял. В целом, вы двигались в верном направлении. Но нужно было сосредоточиться на работе внутри себя. Капсула помогла вам, но при этом и навредила. Вы недостаточно укрепили ядро души энергией, перед прорывом на новый уровень… — я поведал Эл’Дириону всё, чему научил меня Парагон. Судя по поднимающимся всё выше и выше бровям, он был ошарашен. Наш разговор длился около четырёх часов. Мы уже даже перешли на ты, для удобства.

— Артём, информация которой ты со мной поделился — бесценна. Я даже не знаю, чем буду расплачиваться. Хотя… Как у тебя с владением мечом? — вдруг хитро посмотрел на меня Эл’Дирион.

— Не скажу, что я мастер, но кое-что умею.

— Ты не против прогуляться на нашу тренировочную площадку? Хочу посмотреть на твой уровень.

— Я то не против, но зачем?

— Я довольно известный мечник на Азарии. Да и не только, на Гекате меня тоже многие помнят. Если тебе такое интересно, то я мог бы обучить тебя фехтованию.

Я скептически посмотрел на Эл’Дириона. Ну да, он же не знает, кто меня обучал. Что-то я сомневаюсь, что он сможет превзойти в мастерстве Оберона, который живёт уже не одну тысячу лет. Мы вышли из здания и направились в сторону площадки. Тогда я ещё не подозревал, насколько ошибся в оценке его способностей. И какая бывает разница между обычным мастерством, и прирождённым мастером, отточившим свои навыки.

Интерлюдия. Филиал Конклава Пустоты в Арке.

Просторное помещение освещалось мягким сиянием парящих кристаллов, равномерно распределённых под потолком. На полах лежали ковры из тончайшего ворса с замысловатым узором, а стены, отделанные тёмным деревом, казались живыми — по ним тянулись тонкие серебряные линии магических глифов, изредка мерцающих в такт едва уловимым энергетическим токам.

Вдоль стен стояли шкафы с аккуратно расставленными фолиантами и свитками, рядом — изящные витрины, в которых покоились артефакты: хрустальные сферы, медные приборы с вращающимися кольцами и механизмы, приводимые в действие магией, а не шестернями. Сведущему в артефактах морфу, показалось бы странным, что столь могущественные вещи, лежат в витринах какого-то кабинета. Такое не выставляют даже в музеях. Лишь личная сокровищница императора Гедеона, может похвастаться таким количеством столь ценных вещей.

А если обратить внимание на название книг и свитков на полках, то тому самому сведущему морфу, станет не по себе. Слишком много драгоценных трудов, считавшихся утраченными, покоятся здесь на полках. И как завершающий штрих, вся стена, находящаяся напротив рабочего стола, была заполнена магическими панелями. Они транслировали улицы города: шумные рынки, площадь с фонтаном, караваны стоящие на мостовой. Все ключевые стратегические точки города были как на ладони. Изображения были предельно чёткими.

Увидь это глава разведки — Ке’Лирис, то у неё возникло бы очень много вопросов к хозяину кабинета. Ведь точно такая же панель была у неё в доме. И следить за городом, мог только её корпус разведки. Но она это никогда не увидит. По той простой причине, что хозяин кабинета был выше её по статусу и силе. Даже император уважал его, хотя не подозревал о истинных намерениях.

Хозяин кабинета сидел в кресле за столом — мужчина с прямыми светлыми волосами и холодными голубыми глазами. Его взгляд был сосредоточен и внимателен, словно он одновременно видел и книгу перед собой, и город за магическими панелями. В облике чувствовалась собранность и власть, но не грубая сила, а властность человека, привыкшего повелевать знаниями и направлять магию по собственной воле. Это был глава столичного филиала Конклава Пустоты в столице. И зовут его — Эл’Леон, советник императора по политическим вопросам.

Добиться такого положения, не раскрыв себя, было сложно. Когда император Гедеон начал объединять разрозненные мелкие страны, Эл’Леону, видя насколько тот силён, пришлось подыграть ему. Поэтому он не жалея сил, помог Гедеону объединить континент. Стоило ли оно того? Этого уже не узнать. Важно то, что он теперь один из близких друзей Гедеона и может строить далеко идущие планы конклава. Цель непроста — столкнуть Азарию и Гекату в масштабной войне, и воспользовавшись хаосом, разрушить основы системы. Этих проклятых цепей, в которых всё сильнее и сильнее запутываются все морфы.