— Нет, произошло. Ты выходишь замуж за моего мужа. Ну и фиг с вами. Совет вам да любовь. Иди. Почему ты здесь сидишь? Уходи. Не подходи ко мне, я не хочу с тобой общаться. Ты это понимаешь?

— Хочешь сказать, что ты мне больше не сестра? — Арина закатывает глаза.

— Нет, я этого не говорила. Но наше общение сократится до минимума.

Арина поглядывает на свой телефон. Затем делает небольшой глоток кофе.

— Совсем забыла. Мне же пора бежать. Заплатишь за мой кофе? — она вскакивает с своего места. — Мы сегодня договорились с Максимом сходить в ресторан. Нужно подготовиться.

— Максим сегодня с нашими детьми.

— Да? Ну отлично, проведем время вместе.

— Нет, ты не будешь проводить время с моими детьми.

— Я же их тетя. И раньше с ними сидела. В чем проблема?

— Я твоя родная сестра, а ты относишься ко мне как к врагу. Не позволю втягивать в это детей. Я тебе еще раз повторяю, Максим сегодня с детьми, чтобы я тебя рядом с ними не видела. Я не знаю, что ты можешь выкинуть.

— Не преувеличивай. Ты прям истерику мне опять закатываешь. Ты знаешь, да, Максим говорил, что ты любишь ему закатывать истерики. Кажется, именно из-за этого вы разошлись?

— Какая же ты мерзкая, отвратительная, — я отрицательно качаю головой. — Мне противно даже смотреть на тебя.

— А что я такого сказала, — Арина хлопает глазами. — Ничего. Я же сказала правду.

— Мы расстались из-за его измены. Ты это знаешь. Ты знаешь, как я тяжело это перенесла.

— Насколько я помню, ты простила ему измену. Только спустя некоторое время вы разошлись.

— Потому что я не смогла простить. Я думала, что смогу, но не получилось. Я не пережила это. Да почему ты вообще это все вспоминаешь?

Я внимательно смотрю на свою сестру. Мое сердце бьется так часто, что тошнота подступает к горлу. Она же все прекрасно помнит. Она знает, сколько ночей я плакала из-за этого ужасного разрыва.

Почему она сейчас себя так ведет, не понимаю. У меня это просто не укладывается в голове.

Я уже даже начинаю подозревать, что Максим изменял мне с ней, но очень хочу надеяться, что до такого она не опустилась бы. Это я точно не смогу пережить.

Об измене Максима я узнала от знакомой. Она показала фотографию, как он заходит с женщиной в гостиницу. На фотографии не было видно ее лица. Когда я спросила Максима, он не стал ничего отрицать.

Он признался в измене. Мы много разговаривали, а я много плакала. Надеялась до последнего, что смогу об этом забыть. Не смогла.

А теперь передо мной стоит моя сестра, которая долгие ночи утирала мои слезы и говорит, что мы разошлись из-за моих истерик. Да, были истерики, но не они виной нашего разрыва.

— Арина, я правда не понимаю, почему ты так поступаешь. И у меня в голове не укладывается то, что ты считаешь это нормой. Да, мы с Максимом расстались. Он мне уже не близкий человек, но он остается отцом моих детей. И как ты представляешь то, что теперь вы поженитесь, а потом...

— Что потом, Марин?

Я вздрагиваю. Мне снова непривычно, что Арина называет меня по имени.

Арина складывает руки на груди и делает шаг ближе ко мне:

— Боишься, что у нас тоже будут дети? А они будут. Даже не сомневайся в этом. Я активно над этим работаю.

Меня будто окунули в ушат с дерьмом. Стало так противно.

— Ты мерзкая, — говорю спокойным голосом, но чувствую, как по моей щеке скатывается слеза.

— Может быть и так, но мне наплевать. Знаешь, я тоже хочу себе такую жизнь, какая была у тебя.

Арина резко разворачивается и быстро уходит из кафе. А я продолжаю смотреть ей вслед. Не могу пошевелиться. Чувствую себя просто отвратительно.

На столе остывает мой суп, которым я хотела несколько минут назад насладиться. А сейчас мне даже противно смотреть на еду.

Все, чего я хочу, это пойти домой, закрыться там и сидеть в полной тишине, чтобы больше никого не встретить сегодня и ни с кем больше разговаривать.

Мальчики остались у бывшего мужа на два дня. Я с ними созванивалась по видеосвязи, узнавала, как у них дела, и они совершенно не спешили домой.

Скажу честно, что я немного грустила. Но в то же время радовалась, что они проводят время с отцом. Все же они мальчики. Им полезно больше общаться.

Мне было очень одиноко. Я не привыкла столько времени проводить сама с собой.

Да, я могла найти для себя занятие. У меня были хобби и какие-то развлечения, но я привыкла к тому, что рядом постоянно сыновья, которым я уделяю достаточно много времени. Отвожу их в школу, потом забираю. Везу их спортивную секцию, затем мы заезжаем куда-нибудь поесть или едим дома. Вечером мы играем, делаем уроки.

Я уделяла им очень много времени, а эти два дня я была предоставлена сама себе и не всегда знала, чем заняться.

А еще меня очень сильно тяготило то, что сегодня пятница, а завтра суббота. Значит, у моей сестры и Максима завтра помолвка.

Максим прислал сообщение, что привезет детей утром.

Я ничего не ответила. Не нашла в себе сил.

К вечеру позвонила мама. Я не хотела отвечать, но с пятого раза все-таки взяла трубку.

— Ты почему не отвечаешь? — резко спросила мама.

— Была занята.

— Чем ты была занята? Я знаю, что дети у Максима. Ты ничем не занимаешься. Ты же не работаешь.

В ее голосе прозвучало столько упрека, что мне стало неприятно. Она прекрасно знает, что я пытаюсь найти работу. Да, может быть, кому-то покажется, что я ищу ее пассивно, но я ищу.

— Что ты хотела?

— Ты знаешь, что у твоей сестры завтра помолвка?

— Ты думаешь, я могла об этом забыть?

— А я думала, что забыла, раз ты решила отдать Максиму детей на несколько дней, и они теперь не успевают даже подготовиться к собственной помолвке.

— Мам, ты серьезно?

— Конечно, серьезно. Я понимаю, что эта ситуация для тебя неприятна, но могла бы немного усмирить свой характер и проявить сдержанность.

— Мам, поверь, я проявляю сейчас сдержанность. Очень сильно проявляю.

Я сжала руку в кулак и сцепила зубы. Она даже не представляет, как я сейчас сдерживаюсь, чтобы не накричать на нее и не наговорить гадостей. Но я понимаю, она моя мама.

Она такая, какая есть, и другой не будет.

— Значит, старайся лучше. Арина устраивает очень красивое торжество. Узнай у неё, что тебе нужно надеть. Она сказала, что все девушки должны быть в бежевых нарядах.

— Мам, ты серьёзно думаешь, что я туда пойду?

— Конечно, ты туда пойдёшь. Мы должны показать людям, что всё в порядке.

— А, то есть ты даже сама понимаешь, что не все в порядке?

— Позвони Арине, — обрывает мама, — найди, кто завтра посидит с детьми.

— Ты прекрасно знаешь, что мне некому отдать детей.

— Придумай что-нибудь. У тебя же есть подруги. Не знаю, найди няню.

— Мам, ты серьезно? За сутки найти няню? Ты предлагаешь мне оставить сыновей с незнакомым человеком, потому что моя сестра выходит замуж за моего бывшего мужа? Давай прекратим этот бессмысленный разговор. Я не собираюсь никуда идти.

— Нет, дочка, ты пойдешь.

— Я не пойму, что за желание надо мной поиздеваться?

— Да при чем тут поиздеваться? Если ты не смогла уберечь семью и навсегда осталась одна, то, может, твоя сестра сможет.

— А ты что, считаешь, что мне обязательно нужно заводить новые отношения? Ты же после смерти папы ни с кем не заводила отношений.

— Твой папа был прекрасным человеком.

— Давай теперь только не будем его вспоминать и называть прекрасным человеком. Это отвратительно. Мы обе знаем, каким он был.

— Он был замечательный. Ну, пусть немного вспыльчивый по характеру.

— Все, разговор окончен!

Отключаю телефон. И выключаю на нем звук. Противно. Мне всегда неприятно, когда мама вспоминает про отца и говорит, что он был прекрасным человеком. Он был ужасным и жестоким.

Я не знаю, как она смогла все это стереть со своей памяти.

Да, моя мама не пример для подражания, но я по-своему ее люблю, потому что она моя родная мать. Она меня воспитывала и заботилась.