– Ты хочешь приворожить Болотную? – ужаснулась подруга. – А к кому?

– Да хотя бы к нему, – кивнула на ближайшего соседа. – Принеси порошок из осенних водорослей, цветы календулы и порошок из костей вой-рыбы…

Моника сначала хотела возразить, но покосившись на ведьму, преисполнилась решимости ей отомстить. Я же направилась к другому шкафу, набирая одновременно и нужные ингредиенты, и ненужные, чтобы не вызвать подозрений. А в конце прихватила испаряющий камень. Вряд ли ведьма захочет пить мое варево. Значит, придется устроить ей ингаляцию!

Подруга, моя умничка, действовала строго по инструкции, нарезая и смешивая нужные травы и порошки, тогда как я имитировала бурную деятельность и отвлекала внимание преподавательницы. Последним ингредиентом стал волос с головы соседа.

– Ай! Яромира! Ты что творишь?

– Прости, Изя, так надо, – покаялась я и передала волосок подруге.

Вовремя. К нашему столу как раз подошла Болотная, окинув цепким взглядом.

– Что тут у вас?

– Все хорошо. Мы почти закончили, – отозвалась я с милой и клыкастой улыбкой.

– Неужели? Что ж, показывайте.

И ведьма склонилась над котелком, в который я успела бросить самое важное – испаряющий камень. Госпожа Болотная поняла, что что-то пошло не так и даже попыталась отодвинуться, но Моника слегка ее толкнула, заставляя еще ниже склониться над зельем и сделать первый вдох. Большего и не требовалось.

Выпрямившись, ведьма обвела помещение невидящим взглядом. Затем черные глаза вычленили среди всех студентов одного единственного, и на губах появилась блаженная улыбка.

– Изя, – ласково протянула преподавательница. – Солнышко мое.

– Рейн, ты что натворила? – прошипел парень, поворачиваясь ко мне.

– Изенька, а вот с этими таки не стоит общаться. Они тебе совершенно не подходят! Но не переживай, я найду тебе хорошую девочку. Ты только шапочку надень, чтобы ушки не застудить, а то в аудитории холодно.

– Ре-э-эйн, – прорычал сосед, то краснея, то бледнея. – Что ты сделала с ведьмой?

– Ничего! Она сама!

– Ладно, поставлю вопрос иначе: что за гадость она вдохнула?

– Почему сразу гадость? – обиделась я и с удовольствием пронаблюдала, как госпожа Болотная попыталась повязать платок на голову Изи. – Это очень хорошее, востребованное и качественное зелье «материнской любви»! Особенно ценится у мужчин, которые мечтают о теплых отношениях с тещей.

– Ты-ы-ы… – провыл однокурсник, шарахнувшись от ведьмы.

– Изя, ты весь первый курс списывал у меня контрольные. Пришло время расплаты. Не бойся, эффект у приворота краткосрочный. Она даже не успеет тебя ни на ком женить. Наверное…

– Рейн, я убью тебя!

– Встань в очередь желающих!

Да уж, все-таки есть у нас нечто общее с Шассом – мы оба профессионально доводим ближних своих. И дальних – тоже. Талант!

Шагая по коридору, я размышляла о тщетности бытия, поэтому преграду на своем пути заметила не сразу. Чуть не налетела на какого-то студента, но в последний момент извернулась и попыталась его обойти. Студент сделал резкий выпад вперед и мы, в итоге, все-таки столкнулись. Я устояла лишь чудом, вцепившись в неадеквата, как пиявка. Правда, он тоже не терял времени даром, облапав за талию и рискуя получить в глаз.

– Извинись, – пробурчала я и задрала голову, чтобы посмотреть на жертву весеннего обострения.

– Серьезно? Ты передо мной извиняешься?

Знакомый подбородок. Наглая ухмылка. Желтые глаза.

Вот и главный герой этого интересного и насыщенного дня!

– Между «извиняюсь» и «извинись» – существенная разница.

– Так уже легче. А то решил, что тебя подменили.

– Мечты-мечты. Шасс, сейчас же убери руки с неподобающего места и отступи на три шага. А лучше – на десять.

В другой ситуации я бы уже стукнула наглеца, посмевшего вторгнуться в личное пространство. Но сегодня настроение уже столько раз скакало в разные стороны, что на злость сил не осталось. Так, мелкое недовольство с мускусным ароматом.

– Рейн, у тебя все хорошо?

– С какой целью ты интересуешься?

– Ты не пытаешься меня оттолкнуть, а просишь отойти. Это странно.

– Не прошу, а приказываю. Но могу и стукнуть, так что будь хорошим мальчиком и сделай все сам.

– Не могу. На нас смотрят.

– И? Не вижу связи.

– Мы изображаем очень счастливую пару, а значит, не можем оторваться друг от друга.

– Шасс, мы – студенты боевой академии, а не жуки-неразлучники!

– Прежде всего мы – двое влюбленных, которые после долгих лет, наконец-то воссоединились…

– Отвратительно звучит. Прям фу!

– А мне все нравится, – хмыкнул ведьмак. – Так что не бурчи и не отвлекай.

– От чего?

– От серьезного разговора. – Парень наклонился еще ниже, пристально заглядывая в глаза. – Никакой дуэли с Кюри.

– Не поняла.

– Я сам с ней разберусь.

– С какой это стати? Она оскорбила меня, значит, мне и разбираться. Или боишься, что потреплю твою подружку? Так в следующий раз умнее будет.

– Что она сказала? – руки на талии сжались чуть сильнее, а желтые глаза потемнели.

– Нелицеприятно высказалась в адрес моей семьи. Сам понимаешь – такое не прощают.

Ведьмак замолчал, скользя взглядом по моему лицу. То ли пытался понять, как переубедить. То ли искал несуществующие изъяны. Зря. Я – само совершенство! А еще умничка, лапушка и вообще… козочка!

– Ша-а-ас, – протянула я, вспомнив утренние события. – Напомни, как ты меня назвал?

– Так, Рейн, тебе сейчас нельзя расходовать силы и травмироваться перед дуэлью! – быстро проговорил он и внезапно обнял.

Я уткнулась в ведьмачью грудь (снова!). Знакомый до противности аромат нагло окутал, а жар тела просочился даже через форменную одежду.

– Признаю, был не прав, – быстро зашептал Шасс на ухо, отчего по телу пробежали бесячие мурашки. – Это вырвалось само. Прости.

– В детстве тоже само вырывалось?

– Нет. В те далекие и прекрасные годы я дразнился умышленно. Мне нравилось, как ты бесилась.

– А сейчас, значит, не нравится?

– Сейчас у тебя рука тяжелая.

– С чего ты решил? Я тебя ведь не била. Пока.

– Видел тренировки с мастерами и по достоинству оценил таланты! Так что давай обойдемся без рукоприкладства в наших отношениях.

– У нас нет отношений, – буркнула я и дернула плечами, чтобы высвободиться.

– Есть. Договорные. Кстати, ты уже собрала вещи для поездки?

– Собрала. Но все еще не верю, что ректор меня отпустит.

– Уже отпустил. И, между прочим, очень обрадовался.

– Чего-о-о?

– Если дословно, то сказал: «Это прекрасная новость, что вы, наконец-то, вместе. А то уже надоели!»

– Чем это я успела ему надоесть? – В этот момент стало очень обидно.

– Я тоже поинтересовался и выяснил, что разборками с моими ревнивыми поклонницами.

Это да. Это было. Хоть я и доказывала на протяжении трех лет, что между нами ничего нет, но, как и говорила, все равно находились слишком ревнивые барышни, желающие выяснить отношения. Прям как Аннет Кюри, у которой эго бежит впереди мозга.

– Допустим. А ты чем его достал?

– Да так… – ушел от ответа ведьмак. – Рейн, не сбивай меня с мысли. В общем, ректор тебя отпустил…

– Как ты это провернул, а?

– Выпускной курс и статус лучшего студента академии дают мне право на преподавание. Ректор давно просил кое-кого взять, но я сопротивлялся. А теперь вот – у меня есть ты!

– Вообще-то, это я лучшая ученица!

– Да, но только курса. А я – в принципе лучший из лучших.

– Ага, а еще очень скромный, – фыркнула обиженно.

– Не фырчи, это в твоих же интересах. Я ведь уже пообещал тебе незабываемую практику?

– Звучало не как обещание, а как угроза.

– Так, Рейн, ты снова меня отвлекаешь. Короче, ректор дал добро. Список нужных тем для самостоятельного изучения предоставил…

– Впиши в него отворот для зелья «Пяти чувств».