Воздух здесь был тяжелым, влажным и теплым. Он приносил с собой запахи немытых тел, какого-то ядреного варева и дешевого табака, скрывающего едва уловимый страх. Но даже так, казалось, что тот въелся в поры присутствующих, став полноценной частью их кожи.
— Сними капюшон. — подсказала Вейла. — Очень выделяешься. Здесь никто не прячется. А так ты похож на тех, кому явно есть что скрывать.
Прислушавшись к совету, стянул тонкую ткань с головы, взъерошив свои волосы. Поправил рюкзак, внутри которого болталось треугольное инопланетное хранилище.
Тот выглядел чужеродно, и, к счастью, в полумраке станции, где каждый тащил на себе всё свое имущество, на кривые выпирающие углы, вряд ли обратят пристальное внимание.
Я двинулся в толпу.
Люди расступались неохотно. Здесь царила своя жизнь, свои правила. От чего в глаза сразу бросилась группа женщин, которые стирали белье в пластиковых тазах прямо у опорных колонн. Рядом с ними бегали небольшие стайки детей. Сейчас они играли во что-то, похожее на «классики», расчерченные мелом на полу. Некоторые из них использовали вместо бит стреляные гильзы. Неподалеку сидели мужики, собираясь группами, курили, обсуждая новости или просто молча глядели в одну точку.
Я шел, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, но и не прятать собственных глаз. Моя походка была уверенная, но даже так, в ней чувствовалась усталость. Как у человека, который только что вернулся с тяжелой рабочей смены. Такая маскировка работала лучше, чем можно было ожидать в самом начале.
Мысленно потянувшись к силе, раскинул в стороны свою сферу восприятия.
Импульс пси-энергии разошелся вокруг меня невидимой волной. Биоритмы, эмоции, энергетические всплески. Всё это хлынуло в мозг потоком откликающейся информации.
Большинство людей здесь были… пустыми, что ли. Самые обычные гражданские, истощенные, напуганные. Но местами встречались и яркие пятна. При этом никакой логики в распределение не было. Кто-то из них относился к детям, кто-то к женщинам. Бывали оные и среди бойцов охраны, которые решили сейчас отдохнуть. Все это выглядело, как слабые, едва заметные искры потенциала. Те, кого коснулось изменение, но кто еще этого не понял.
— Алекс, будь осторожнее, патруль на двенадцать часов. — внезапно предупредила Вейла. — Тройка. Идут целенаправленно, и, кажется, проверяют документы.
Подняв взгляд в сторону, о которой говорила наставница, увидел этот самый «патруль». Действительно, навстречу мне, расталкивая зевак, шли бойцы. Одеты они были в камуфляж, с красными повязками на рукавах и автоматами наперевес. Выглядели слишком уж серьезно. Не те расслабленные охранники на входе в шахту. И вот не понятно, они просто были раньше военными, или банально бравируют своим новым положением?
Сворачивать было поздно. Тем более, сейчас любое резкое движение, и я гарантированно привлеку к себе ненужное внимание.
— Спокойно. — проговорил про себя. — Я просто иду по своим делам. Я местный, и очень уставший. Мне все равно на то, что меня окружает.
Патрульные приблизились. Самый старший среди них, коренастый мужик с рябым лицом, цепко оглядел мой фигуру. Его взгляд задержался на моем маскхалате. Тот был чистым, и слишком уж новым для обычного бродяги.
Этого я не учел.
— Стоять. — поднял он руку, и командным тоном добавил. — Документы.
Двое других бойцов чуть разошлись в стороны, оглядывая местных беженцев, и одновременно брали меня в клещи. Их пальцы с ленцой, но очень уж привычно, легли на скобы спусковых крючков.
Сердце не ускоряло своего ритма. Благодаря моей наставнице, к собственной радости, я давно уж научился контролировать такие случайные выбросы адреналина.
— Какие документы, командир? — добавил своему голосу хрипотцы и легкого налета раздраженности. — Я со смены иду, только вернулся из технички…
— Из технички? — прищурился коренастый, и несколько скептически посмотрел на мой внешний вид. — А чего чистый такой? И вообще, откуда военный маскхалат, а?
— Что за вопрос, дружище-е. — протянул в конце. — У седого выменял, он мне в карты проиграл, а я… кх… получил выигрыш одеждой. — соврал ему не глядя, для пущей убедительности покашляв с довольной улыбкой, и изобразил усталые покачивания. — Вот решил выгулять, чтоб голым не ходить.
В такое откровенное вранье, добавлять немного правды — это лучший из вариантов.
— У седого говоришь? — вмешался второй патрульный. — А где ты говоришь, работаешь?
— Сектор «Б», в промзоне. — ляпнул первое, что пришло в голову, вспомнив приблизительную карту, висевшую в той комнатке, заточенной под склад. — Там сейчас должны новые ребята заступать на смену. Если не веришь, так сходи сам и проверь. — вся моя надежда была на то, что они просто не в курсе, как и я, о правилах работы в других зонах.
Старший хмыкнул. Казалось, что он сомневается. Его рука потянулась к рации на плече.
— Сейчас проверим. Назови позывной и номер смены.
Ситуация стремительно продолжила накаляться. Если он реально может связаться с техниками, то мне конец. Да и не знаю я, есть ли у них вообще позывные или что-то в таком духе.
— О-о-о, старый. — растягивал звук удивления. — Неужто ты думаешь, что наши радисты всех поименно помнят? Да и не было у нас никогда позывных, меня просто Сашкой кличут, вот и всё. — выливал я из себя всё, что приходил мне в голову. Если не угадал, то все пропало. А вот если угадал… то будут варианты.
— Хм… — хмыкнул старик, кивнув собственным бойцам. — Ладно уж, шлепай куда шел. И в следующий раз не борзей так, сам же знаешь, мы просто делаем свою работу.
— И за это вам огромное спасибо. — изобразил небольшой поклон головой, как бы шуточный, но одновременно с тем и скрывающий мое неподдельное состояния шока на лице. Если говорить цензурно. — Благодаря вам тут нет монстров. — подсластил в конце свою речь, чтобы уж наверняка.
— Вейла, твою то за ногу! — выдал мысленно. — Мне обязательно нужен курс менталистики, хотя бы какой-то минимум, как у того олуха. — изобразил ей воспоминания ушлепка, который лупил меня на протяжении недели.
— Сделаем, Алекс. — её голос был сосредоточенным. — Вообще я тебе давно это предлагала. Тем более с твоими то силами, сама Изнанка велела, как говорится.
Только сейчас обратил внимание на бойцов, которые уходили дальше и продолжили в случайном порядке проверять документы. Третий, шедший самым последним, был несколько щуплым. Он махнул рукой, и крикнул мне в след.
— Ты это, в следующий раз вешай жетон то на грудь, чтоб было понятно, откуда идешь.
— Есть! — козырнул лениво и побрел дальше, сквозь стройные ряды людей, так и не обративших внимание на происходящее.
Спину слегка обжигало, но даже так, я не стал ускорять собственного шага. Вот только завернув за угол, где стояли какие-то странные баки, позволил себе облегченно выдохнуть.
— Вот оно как тебе повезло. — оценила Вейла. — Но это было рискованно. А что, если бы ты ошибся, или, наоборот, заинтересовал того ещё больше?
— Сама же знаешь. — хмыкнул в ответ. — Риск это мое второе имя. — медленно пробормотал в слух, от чего какой-то подросток, стоявший в паре метрах от меня, посмотрел с некоторой долей понимания, мол, друже, я тоже с кукухой общаюсь. — Куда дальше, о мудрейшая? — не обратил я на взгляд подростка внимания, продолжая. — Нам нужна информация.
— Значит надо то место, где языки развязываются сами собой. — посоветовала наставница. — Что-то похожее на такой же бар, как и в том убежище, надежда вроде?
Я повторно обратился к своим силам, в попытках найти специфические скопления людей. Увы, но конкретных мест рядом со мной не было. Поэтому пришлось бродить по старинке, одновременно с этим пытаясь не привлекать внимание к своей скромной персоне.
И нашел.
Пусть не сразу, а спустя час времени и пару подслушанных диалогов.
Как оказалось, в дальнем конце станции, у заваленного тоннеля, ведущего в тупиковую ветку, было искомое место. При приближении вообще доносились звуки музыки, тихой, но вполне себе бодрой. Она звучала хрипло, с легким шипением. Как будто шла из очень старых колонок.
