— … ш-ш-ш… держим… я… ш-ш-ш… сектор семь… патронов нет… ня, назад!.. — раздался голос с моего пояса, где как раз висела рация.

Голос прорвался сквозь помехи всего на секунду, но этого хватило, чтобы сердце пропустило удар. Сейчас это точно был не Ворон. Скорее всего, кто-то из его бойцов. Но я их не знал. Зато отлично слышал, как там, на заднем плане, все заполонили звуки боя. Стрекот автоматов вместе с матом, пополам разбавленным нечеловеческим ревом.

БА-БАХ!

Грохот был таким, что с крыши надо мной посыпалась кирпичная крошка, а стекла в уцелевших окнах жалобно звякнули, после часть из них осыпалась блестящим дождем вниз.

Земля под ногами дрогнула.

На автомате подняв голову вверх, обнаружил, как где-то в километре от текущего места, прямо над серыми крышами домов, в небо поднимался черный, жирный столб дыма.

Это точно был не взрыв гранаты, думаю, даже десятка не хватило бы для такого звука. Скорее всего, подорвали заряд такой мощности, которого достаточно, чтобы обрушить целую многоэтажку.

— Алекс! — крикнула Вейла, забыв про все свои саркастические нотки. — Это похоже на то, что опять подорвали резервуар, в той стороне отлично чувствуется выброс сырой энергии!

— Чувству я! — рыкнул в ответ, срываясь со своего места.

С каким-то остервенелым безумием я помчался вперед, уверенный, что именно там находятся нужные мне люди. Сейчас получалось так, что я не просто перепрыгивал препятствия, а скорее пролетал над ними. Вместе с тем, весь мир за пределами моих ощущений, превращался в одну единственную линию.

Только бы успеть. Только бы не опоздать. Ребята, мать вашу, держитесь!

Спустя какую-то жалкую пару минут я вылетел на широкую улицу, ведущую к большой площади, черт побери, прямо перед центральной библиотекой!

Мне сильно хотелось материться, потому что я вообще забыл о её существовании, хоть она и считалась местной исторической достопримечательностью.

Вот только это меньше всего сейчас привлекало внимание. По той причине, что оно целиком и полностью, приковалось к масштабной катастрофе.

Площадь перед глазами превратилась в лунный ад.

А вот около входа в большое здание, напоминающее дворец, а точнее того, что от него осталось, заняла оборону группа людей. Мои чувства с такой дистанции не могли уловить их количества, но вот глаза… глаза успели насчитать не больше семи единиц.

По бокам от них, частично заезжая прямо на голову, мерцал полупрозрачный, янтарный купол. Эти силы очевидно принадлежали одному из одаренных, присутствующих в группе.

А вокруг…

Вокруг было море, сформированное жидкостью после распада монстров и сотни, а может и тысячи разбросанных пси-камней. В некоторых местах вообще было видно мертвые туши форсунов, которых я со своего места насчитал не меньше трех штук.

Пока я разглядывал местные пейзажи, со стороны центральной дороги, и из ближайших переулков, на защитников двигались ещё живые твари. Они лезли на щит, то и дело царапая его. Пытались бить конечностями, иногда вообще кусая, как если бы старались прогрызть дыру, для прохода своих собратьев.

На глаза попалась фигура Ворона. Сложно было не узнать этого волевого мужика. Он стоял на одном колене, удерживая правый от меня сектор, постоянно его обстреливая, и не прекращая поливать свинцом приближающихся противников.

Его лицо было залито кровью, но даже так, он продолжал выполнять свою работу. Рядом с ним, прикрывая спину, отстреливались еще двойка бойцов.

А в центре, куда чудищам удавалось ближе всего подобраться, с поднятым вверх клинком, металась хрупкая фигура девушки.

Аня. Это точно она. Моя ученица.

Что-то внутри меня оборвалось. Словно перегорел предохранитель, отвечающий за осторожность и здравый смысл. Видеть, как моя ученица, эта хрупкая девчонка, отбивается от орды монстров, пока окружающий щит трещит по швам…

Этого мне не хотелось видеть, это было явно выше моих сил.

— Алекс, разделяю твой гнев! — мгновенно среагировала Вейла, уловив перемену в моем настроении. — Покажи им, кто здесь настоящий хищник.

Я не стал тратить время на боевые кличи, просто метнувшись в сторону сражения.

Ветер засвистел в ушах, но тут же начал отходить на второй план, заглушаемый ревом моих собственных сил. Я летел в самую гущу бурлящей массы тварей, на лету формируя рядом с собой десятки убийственных лезвий.

Удар о землю получился чудовищным. Асфальт подо мной не просто треснул, его разорвало пси и моим гневом.

БАМ!

Волны хищных полумесяцев, видимые сейчас каждым участником сражения, ударили во все стороны.

Ближайшие ашениты, даже не успели понять, что произошло, мгновенно превращаясь в мелконарезанную лапшу, тут же растворялась в жидкую похлебку для падальщиков.

— Прочь отсюда! — рявкнул в сторону надвигающихся монстров. Мой голос, даже для меня, был подобен треску ломающихся ледников.

Сиарх, прыгнувший слева, был разрублен пополам еще в полете. Я даже не смотрел в его сторону, сенсорика рисовала карту боя прямо в мозгу.

Шаг, уворот, удар. Еще один.

Мне приходилось двигаться сквозь десятки монстров, походя на раскаленный нож. Твари, ещё несколько секунд назад яростно штурмовавшие защитный купол, вдруг замешкались.

Животный инстинкт, пробившийся сквозь пелену безумия и голода, взвыл сигналом тревоги. Они почувствовали силу, способную угрожать их жизни.

Было ли это причиной — неизвестно. Но монстры кинулись врассыпную.

Сначала медленно, огрызаясь, но когда я превратил в ледяное крошево еще одного крупного низшего, их строй дрогнул окончательно. Твари шипели, пятясь в темноту переулков, освобождая пространство рядом со мной.

Наступила звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием защитников и хрустом камней под моими ногами.

Я повернулся в сторону купола. Янтарная пелена мигнула, развеяваясь по сторонам.

— У-учител-ль? — тихий, дрожащий голос, донесся до моих ушей.

Аня стояла в центре, опустив клинок. Её лицо было перепачкано копотью и чужой кровью, волосы сбились в колтуны под капюшоном, но в огромных глазах плескалась такая смесь надежды и неверия, что у меня защемило сердце.

Она сделала неуверенный шаг, потом еще один. А затем, словно поверив, что я не галлюцинация, сорвалась с места.

— Учитель!

Девушка врезалась в меня с разбегу, не обращая внимания на окружавшее нас безумие. Тонкие руки обвили мою шею мертвой хваткой. Я почувствовал, как её немного потряхивало от резко схлынувшего адреналина.

— Вы-ы пришли… В-вы все-е-таки пришли… — шептала она мне в грудь, и я ощутил, как горячие слезы пропитывают ткань разгрузки.

Я стоял на том же месте, ощущая всем своим телом, как дрожит в моих руках хрупкая фигура ученицы, и медленно, с трудом, возвращал себя в реальность.

Злость на пару с животной яростью отступили куда-то на второй план. Одновременно с тем, неохотно, оставляя после себя свинцовую тяжесть и привкус пепла на языке.

— Ну всё, всё… — неловко похлопал Аню по спине, стараясь сделать это нежно, чтобы не причинить боль. Всё ж таки, как сказала Алиса, я её чуть не раздавил в объятиях, потому что силу мог контролировать с трудом. — Я здесь, помнишь, обещал же что мы встретимся. — улыбнулся ей. — Живой. И ты живая. Это самое главное.

Она всхлипнула, в последний раз судорожно сжимая мой маск-халат, как если бы проверяла его на прочность, и отстранилась назад. Лицо девушки, перемазанное сажей, пылью и каплями крови, сейчас казалось лицом подростка, который увидел ночной кошмар наяву. Только вот кошмар этот был слишком уж осязаемым, и от него нельзя было спрятаться под одеяло.

— У-учитель… — её голос срывался, прыгая от радости к какому-то животному ужасу. Она заглянула мне в глаза, в её расширенных зрачках легко можно было увидеть не только мое собственное отражение, но и то, что она пыталась сказать. — П-простите… Я… я не с-смогла…