— Слышь, за базаром следи, — не понравились эти слова парню в кожаной куртке, надетой поверх спортивного костюма.

— Да не быкуй ты на своих, — вступился за товарища кузнец в военной форме. — Ща разрулим. Нормально всё будет.

— Мне долго вас ждать? — снова раздался голос волевика. — Я теряю терпение.

— Ладно, харе стрематься, — снял парень свою восьмиклинку и почесал голову. — Пошли, чё.

Мне пришлось подождать несколько минут, когда кузнецы покинут своё укрытие и выйдут ко мне.

И вот, наконец, они появились на площади. Половина из них были одеты в спортивные костюмы, будто прибыли прямиком из девяностых, где состояли в банде. Остальные выглядели посолиднее и носили военную форму. Трое имели при себе снайперские винтовки, четверо — автоматы, а оставшиеся двое держали при себе обрезы. Также у каждого было по пистолету.

Когда парни подошли они с минуту осматривали меня, пытаясь делать это с презрением.

— Уверяю тебя, они притворяются, — заверила меня Айви. — Я фиксирую в них страх. Хотя, его явно недостаточно.

— Ну? Чё хотел? — подошёл ко мне парень в военной форме и с восьмиклинкой на голове.

— Не люблю долго разговаривать, поэтому сразу к делу, — перешёл я сразу к сути не здороваясь. — Вы все прямо сейчас садитесь в свои байки и уезжаете домой. Доступно объясняю?

— Слышь, пацанчик, а ты ничего не попутал? — включился в разговор парень в спортивке. — Это наш город. И не тебе указывать что, где и как нам делать. Усёк?

— Также я уверен, что где-то рядом есть и другие группы кузнецов, — не придал я значения словам того парня. — Им тоже передайте, чтобы в срочном порядке сворачивали здесь все свои дела и ехали на базу.

— Ты чё какой трудный? — подскочил ещё один кузнец, одетый в косуху. — Тебе популярно объясняли, что мы тут свои дела ведём. Тебя это ваще трогать не должно. Лучше садись в свою тачку, навороченную и, езжай снимать блок с системы. А то что-то подзатянул ты с этим.

— Так, — внимательно осмотрел я своих оппонентов, — кто-нибудь из вас по-человечески разговаривать может? Кто старший?

— Тебя это е… — завёлся ещё один парень в спортивке, но его тут же перебил первый кузнец, который зачем-то носил неуставную кепку с военной формой.

— Осади, — вытянул он руку в сторону, показывая, чтобы все замолчали. — Я сам разберусь.

— Да чё тут разб… — попытался тот снова что-то выкрикнуть.

— Рот закрыл! — повысил голос старший. — Я сказал. Сам всё выровню.

Затем он долго смотрел на меня изучая. Его надменное выражение лица было точь-в-точь таким же, как это показывают в бандитских фильмах про девяностые. Будто он был здешним смотрящим.

— Ладно, давай перетрём с тобой волевик, — снова заговорил старший. — Вижу, ты парень неглупый. И должен понять, что в этом городе есть правила. Ты хоть и крутой, не спорю, но даже тебе не по масти в это лезть. Понимаешь, о чём я говорю?

— Понимаю, — кивнул я.

— Ну так в чём тогда проблема? — развёл он руками и усмехнулся. — Те-я никто не трогает. Дороги все свободны. Езжай и наслаждайся жизнью. Она у тебя одна. Мы поняли друг друга?

— Я-то вас понял, — покачал я головой. — А вот вы почему-то меня услышать не хотите. Я вам так скажу: у вас десять минут, чтобы покинуть этот населённик. После этого мы перейдём на кардинально новый уровень диалога. Скажу по-вашему: смекаешь?

— Ты нам угрожаешь, волевик? — напрягся старший.

— Я говорю, как есть, — ответил я, сражаясь с кузнецом взглядами. — Я знаю, чем вы тут занимались. Поверьте мне наслово — больше вы этого делать здесь не будете.

— А тебя кто автором назначил? — прищурился старший. — Чё-та не поступало такой команды. Не трогать тебя — слышал. Но про то, что ты командовать будешь — никто ни слова не сказал, — он повернулся к друзьям. — Пацаны, вы слышали что-то такое?

— Не-а, — в голос ответили те.

— Вот и кенты мои ничего не знают, — задвигал он губами, будто жевал огромную жвачку, а затем сплюнул себе под ноги. — Вот и всё волевик, гуляй.

Я несколько секунд смотрел ему в глаза, а затем в ответ произнёс:

— У вас осталось девять минут.

— Ты реально рамсы попутал⁈ — вскипел старший и, соорудив распальцовку, двинулся ко мне. — Здесь себя так не ведут. Здесь Зак всё решает. И он приказал держать это место. Вот если съездишь к нему и договоришься с ним об обратном, тогда мы кентами свалим, — он подошёл вплотную и попытался взять меня за грудки.

Но это было его ошибкой. Я мог стерпеть любые угрозы, спустить на тормозах какие угодно слова в свой адрес, но с подобным мириться не собирался. Тогать меня не следовало.

В следующий миг его распальцованная кисть оказалась зажата моей. Резкое движение и вот он заработал болезненный кистевой перелом. Ещё немного довернул его руку, и он уже стоит спиной ко мне. Удар по ногам — упал на колени.

— Костя, справа! — выкрикнула Айви, отметив кузнеца, который попытался вскинуть дробовик.

Но я успел схватить пистолет первым. После чего сразу же отправил пулю ему в лоб.

— Ещё! — показала напарница ещё на одного решившего, что разумно браться за автомат. Он тоже замертво упал, не успев открыть огонь.

Остальные шестеро хвататься за оружие не стали. И даже благоразумно подняли руки вверх.

— Тише, тише, волевик, ты чё беспределишь? — оледеневшим от страха голосом, проговорил парень в косухе.

— Восемь, — больше не желая вести с ними диалог, всего одним словом ограничился я.

Не прошло и пяти минут, как кузнецы на своих байках спешили к выезду из деревни. Парню со сломанной рукой пришлось занять место пассажира.

— Да, сделали всё, как вы приказывали, — общался старший по рации с полковником Заком. — Он ваще непонятливый. Вроде нормально общались, но он как начал палить по нам. Мне руку сломал. «Палыча» и «Ножа» вообще завалил.

— Всё, как я и предполагал, — хмыкнул Зак. — Эмэмки хоть забрали?

— Он не дал, — ответил кузнец, оглядываясь назад, где по пятам следовал внедорожник волевика. — Сказал, что пока побудут у него.

— Понятно, — протрещала рация голосом офицера. — Дальше делаешь так: до вечера лечишься. А потом в однёху едешь к нему и передашь моё послание.

— Но как? — возразил кузнец. — Он сказал, что в следующий раз будет стрелять без разговоров.

— Что–нибудь придумаешь…

Я сопровождал колонну байкеров не с какой-то особенной целью. Просто мне было по пути. Дорога до дамбы как раз пролегала через М7, и потому мне пришлось видеть впереди себя кузнецов вплоть до той самой вывески, где было написано «СОЮЗ». Затем я свернул влево и вскоре добрался до нужной мне ментальной зоны.

— Почему ты из всех не убил? — спросила меня Айви, пока я парковал машину возле упавшей опоры ЛЭП. — Ты же сам говорил, что чем меньше будет защитников лагеря кузнецов, тем лучше.

— Тех, кто попытался оказать сопротивление, я наказал, — ответил я напарнице. — Остальные сдались. Убивать таких не положено.

— Согласна, — закивала Айви, — но всё равно… они такие мерзкие. Прям фу-у.

— И я с тобой согласен, — кивнул я. — Но это всё равно не повод стрелять по тем, кто поднял руки вверх.

У реки на этом участке были необычайно высокие и скалистые берега. Казалось, что она течёт в пропасти.

— Я тебе больше скажу, — подоспела Айви с очередной занимательной историей. — В симуляции реки Званка в этом месте и вовсе нет. Она заканчивается раньше. Да и течёт она в другую сторону.

— Занятно, — покачал я головой, двигаясь между хаотично разбросанными фурами.

Казалось, что кто-то намеренно соорудил этот лабиринт у подхода к дамбе. Все проходы были неширокими, а иногда и вовсе сужались настолько, что приходилось протискиваться.

Водились здесь и твари. Преимущественно это были кожа-кости и кидалы. Первые пытались подловить меня на самых узких участках, вторые бросались огненными шарами из-за спин первых.