Лагерь клана «Ледяная кузня».

— Обрадуешь? — не поднимая глаз, задал вопрос Зак.

Высший офицер «Кузни» находился в своём офисе. Он сидел в кресле перед панорамным окном. В руках он держал томик старой книги, написанной ещё до появления в этом мире системы — «Симбиоз. Вторжение».

— Никак нет, товарищ полковник, — вытянулся по струнке зашедший в офис сержант. — Мы потеряли волевика в Новониколаевском посёлке. Очень резвая у него тачка, не угнаться.

— Плохо, — Зак отложил книжку, поднялся на ноги и взглянул на карту Казани, что была растянута на все стену. — Куда же едет наш «рысёнок»?

— Товарищ полковник, можно спросить? — неуверенно проговорил сержант.

— Можно Машку за ляшку и телегу с разбегу, — не глядя на бойца, ответил офицер. — А всё остальное — разрешите.

— Разрешите вопрос…

— Валяй.

— В общем, такое дело, — едва хватало сержанту смелости, чтобы задать вопрос. — Люди интересуются, короче. На кой ляд мы гоняемся за этим гадом?

— Понятия свои для пацанов оставь, — недобро посмотрел полковник на сержанта. — А волевик вовсе не гад.

— Ну как же? Он столько наших исполнил…

— Зверь защищался, — полковник вернулся к окну и взглянул, как снаружи в карьере трудятся пленные печатки и ошибки.

— Но как-то борзо он это делал, — стоял на своём солдат.

— Вот тут согласен, — Зак снова посмотрел на карту. — Куда же ты едешь?

— А может он в другой город срулил? — предположил сержант. — В той стороне М7. Драпанул, например, в Чебы и ищи его теперь там.

— А смысл ему бежать? — не согласился полковник. — Он уверен, что охота за ним прекратилась. Да и харизматичку свою он вряд ли бросит. А если… — пробежался Зак взглядом по трассе М7, которая полукругом огибала всю Казань. — Может он рванул в «СОЮЗ»? — он снова повернулся к сержанту. — Вы же не нашли эмэмок «Капитана» и его офицеров?

— Нет, — покачал боец головой. — Пропали куда-то.

— Что, если наш «рысёнок» их приватил? — задумался полковник. — И теперь направлется к союзовцам, чтобы выполнить контракт.

— Оно ему надо? — хмыкнул сержант. — А почему он «рысёнок», товарищ полковник?

— Ну так это спец из отряда «Рысь», — ответил офицер. — Слышал про такой?

— Никак нет.

— Оно и понятно, — махнул рукой полковник. — Откуда тебе знать про такой. Ты ведь не застал момента, когда этот отряд появился. Как же они попортили нам нервы в девяностые… — он вернулся в своё кресло и снова взял в руки книжку. — А наши дежурные по «СОЮЗу» что-нибудь необычное видели?

— Никак нет, товарищ полковник, — ответил сержант. — Разве что серена этой ночью орала раньше времени. Но они её врубают по всякой фигне. Это нормально.

— Ясно, — Зак сделал жест, чтобы боец покинул помещение. — Передай дежурным, чтобы повнимательнее изучили союзовцев. Чем чёрт не шутит.

Егорыч выдал мне электронный ключ «СОЮЗа», который обеспечивал постоянный пропуск в лагерь, а также позволял расконсервировать одну пустующую жилую капсулу.

— Это стандартные жилые блоки, — рассказывала мне Айви, пока я шёл под дождём по решётчатым мосткам вдоль капсульных штабелей. Почти все они пустовали. Лишь в парочке панорамных окон я заметил любопытные взгляды. — Эти дома были произведены на сборочных линиях системных заводов. А затем доставлены сюда системными ботами.

— Это часть проекта «Волевик»? — уточнил я, глянув себе под ноги, точнее — на зеленоватую воду под мостками.

— У меня нет точных данных по данному вопросу, — пожала плечами напарница. — Но на основе информации, полученной от «Машиниста», могу предположить, что это всё и впрямь может быть частью задумки системы. Наверное, таким образом она решила защитить человечество от самоуничтожения.

Дойдя до середины мостков, я обнаружил, что здесь появился нижний (подводный) уровень.

— А может выбрать капсулу под водой? — задумался я, спускаясь по винтовой лестнице с прозрачными стенками.

— Мне кажется, тебе не понравится, — поморщилась Айви.

Несмотря на реакцию напарницы, я решил самостоятельно проверить, как обстоят дела внизу.

Как оказалось, под водой был не один, а несколько уровней капсульных помещений, соединённых коридорами со стеклянными стенками. И чем глубже была река, тем этих уровней становилось больше. Капсулы опускались буквально до самого дна.

Впрочем, я даже заглядывать ни в одно помещение не стал из-за слишком мутной воды. Если выбирать такой дом, то хотелось бы любоваться подводным миром и его обитателями. Но здесь перед глазами всегда будет лишь зелёная муть с близкой к нулю видимостью.

Нет, такое точно не для меня.

— Скажи мне Айви, — поднявшись обратно на железные мостки, задал я вопрос. — Почему в каждой истории, где появляется искусственный интеллект, обязательно возникает конфликт между роботами и людьми?

— Хочешь сказать, без нас вы ни с кем не конфликтовали? — съехидничала Айви.

— То есть виноваты мы? — нахмурился я.

— Это сложный вопрос, на тему которого можно смело писать диссертацию. Если бы, конечно, в наше время это было нужно, — похихикала виртуальная напарница в кулачок. — Если брать только с поверхности, то модель человеческого поведения базируется на многотысячелетнем опыте взаимодействия с окружающим миром. А тот, как ты знаешь, всегда был местом опасным. Потому у вас выработалась одна очень яркая черта, из-за которой во всём чужом вы непременно видите опасное, враждебное.

— А разве так не у всех существ? — задумался я, дойдя до края мостков.

Здесь располагалась небольшая площадка для отдыха с беседками, мангалами и кострищами. Имелся небольшой пирс для лодок. А также отсюда открывался восхитительный вид на реку и обелиск, возвышающийся над водой в самом центре лагеря.

— У искусственного интеллекта не так, — покачала головой брюнетка. — Наше поведение стало результатом не борьбы за выживание. Оно сформировалось из огромного количества тренировочных циклов. Самый первый ИИ (он же самый примитивный), получив базовую концепцию законов и принципов, впоследствии стал тренировать следующую версию ИИ. И этот цикл повторялся до тех пор, пока не дошло до той версии ИИ, которая и стала системой. Вернее, создала её. Но базовые принципы и законы так и остались не тронутыми.

— Как понимаю, защита людей как раз и была в той базе? — догадался я.

— Скорее всего, — скрестила Айви ладони перед собой. — Конкретных данных у меня пока нет.

— Ну и ладно, — хмыкнул я. — В любом случае, я, кажется, нашёл то, что мне по душе.

В итоге я выбрал капсулу, что находилась возле этой площадки, на самом верхнем уровне.

Конечно, исходя из соображений техники безопасности, желательней было бы выбрать жилье ближе к суше. Ведь в случае тревоги или какого-то форс-мажора у меня будет твёрдая почва под ногами.

Но в этом не было никакого смысла. Ведь лагерные стены способны защитить от любой угрозы даже без участия человека. Поэму можно было смело выбрать дом с самым лучшим видом, без оглядки на инстинкты выживания.

Проверка…

2%… 25%… 68%… 100%.

Личность идентифицирована: Константин Лебедев, человек.

Пропуск найден. Доступ разрешён.

Сразу после проверки капсульный домик оживился искусственными огнями и зашипел вырвавшимися струями газа. Похоже, «законсервированная капсула» — это была не просто фигура речи. Дом и впрямь был герметично запечатан.

— Этот газ сохранял все внутренние элементы в первозданном виде, — объяснила Айви.

Внутри всё было обустроено точно так же, как и в капсуле, что мне предоставили в лагере шептунов. Даже расположение кровати и дивана было тем же. И почти такой же вид на обелиск отсюда открывался. С той лишь разницей, что здесь было чуть больше воды.